Как остаться свидетелем в ходе расследования уголовного дела? Ответ простой: не дать следствию доказать, что вы входили в группу лиц, и своевременно отбить «запасной» состав, по которому пытаются возбудить дело уже после того, как основной примерить на вас не получается.
Расскажу, как мы с моим подзащитным — одним из двух собственников газовой заправки избежали этого сценария.
Предыстория: цистерна, поставка газа, договор (которого нет)
Итак, у нас есть два взрослых мужчины. У каждого — доля в общем бизнесе: газовой автозаправке. Земля в аренде, а вот ёмкость для хранения газа, заправочное оборудование и техническое помещение — в собственности.
Формально — два хозяина. «А как у вас отношения оформлены?» — спросите вы. А никак. Серьёзно. Договора о совместной деятельности не было. Никогда. Они знакомы не первый год, просто договорились, и всё.
Мой доверитель отвечал за расчётно-кассовые операции. Деньги, касса, отчётность. Второй собственник — за техническую часть: ёмкость, шланги, организацию работы всего этого «газового хозяйства». Разделение было чисто устным, но, как показала практика, оно нас и спасло.
На заправке работали кассир и заправщик. Стандартная АЗС, ничего необычного. Даже на учёте в качестве юрлица она не стояла — ну, бывает, не будем лукавить. Кстати, именно это обстоятельство в какой-то степени сыграло нам на руку с другой стороны: раз заправка не стояла на учёте, контролирующие органы (Ростехнадзор, пожарный надзор) её попросту не проверяли. Никто не приходил с плановыми проверками, не выдавал предписания, не фиксировал нарушения (в крайнем случае мне об этом не известно). Следствию не на что было опереться в части «системных нарушений» — документально подтверждённого надзорного «послужного списка» у объекта не оказалось.
Тот самый день: газ, облако и трагедия
В один из дней при сливе привезенного газа в цистерну на АЗС произошёл сброс излишек газа в виде паров. Облако затянуло в помещение, где располагался кассир, и тут произошло возгорание. Двое сотрудников получили ожоги. К сожалению, заправщик несмотря на то, что пошел на поправку, впоследствии скончался от полученных травм в ожоговом центре.
Существует очень важная версия, которая всплыла позже: возгорание могло произойти из-за того, что в помещении АЗС использовался обогреватель. Да-да, обычный электрический обогреватель. В помещении, где работают с газом. Комментировать безопасность такого решения я, пожалуй, не буду — вы и сами всё понимаете.
Но ключевое здесь другое: если подтвердится версия с обогревателем, то даже технически грамотно смонтированная заправка всё равно рано или поздно «вспыхнула» бы. Потому что газ + нагревательный прибор — это абсурд с точки зрения безопасности.
Следствие, естественно, возбудилось. Статья? 238 УК РФ — оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, повлекшее смерть человека. Группа лиц, само собой, в версии следствия была изначально.
Допрос: следователь пытался расширить круг, но не вышло
Вызвали для допроса моего доверителя. Следователь — опытный, как все устроено понимает, сразу начал копать в сторону организации работы заправки в целом. Кто принимал решения? Кто контролировал? Кто отвечал за персонал? В общем, классическая попытка «притянуть за уши» к группе по 238‑й.
Но тут ключевую роль сыграло то, что мы с доверителем заранее проговорили. Я дал чёткие инструкции: отвечаем только на то, что конкретно мы делали. Лишнего — ни слова. Не объясняем, не фантазируем, не помогаем следствию достраивать картину.
Доверитель — молодец. Сказал ровно то, что мы обсуждали: я отвечал за расчётно-кассовые операции. За техническое состояние помещения — не отвечал. Внутри, кроме кассы, ничего не было, не видел. К ёмкости, шлангам, газовому хозяйству — никакого отношения.
Следователь, конечно, пытался расширить круг: «А как же вы не знали, кто же тогда отвечал, а персонал кого слушался, присутствовал ли при приемке газа?». Несколько раз задавал вопрос про договор о совместной деятельности, но мы изначально определились, что этот документ входит в разрез с нашей позицией. Мы четко стояли на своём: есть разделение, каждый занимался своим. Документа нет. Хотели как-то составить, но так руки не дошли. Свидетелей обратного тоже нет.
В итоге для группы лиц по 238‑й материала не наскребли. Потому что для группы нужно хотя бы два человека, которые совместно принимали решения по технической эксплуатации и безопасности.
238-я не срослась — прилетела 171-я
Следователь — человек неглупый и достаточно творческий. Понял, что с 238‑й по моему доверителю глухо. Дополнительных сведений, подтверждающих причастность моего доверителя к инкриминируемому деянию в результате допроса не добыто. Но это же не повод не привлекать к ответственности? Конечно же нет! И тогда родилось постановление о возбуждении дела по ч.1 ст. 171 УК РФ — незаконное предпринимательство. Формальная логика: раз заправка не стояла на учёте, значит — предпринимательская деятельность велась без лицензии. А какая здесь нужна лицензия? Объясню для тех, кто не в теме.
Деятельность по эксплуатации взрывопожароопасных производственных объектов (а АГЗС — это именно он) подлежит лицензированию. Лицензия выдаётся Ростехнадзором на основании Федерального закона № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности». В частности, требуется соблюдение требований промышленной безопасности — аттестация персонала, наличие планов локализации аварий, страхование рисков и многое другое. Плюсом отдельная работа по линии антитеррористической защищенности объекта в наших с вами реалиях.
Так вот, у нашей заправки ничего этого не было. От слова «совсем». Поэтому ч.1 ст. 171 УК РФ — это было ожидаемо. И даже крупный ущерб следствие где-то усмотрело гражданам и юрлицам. Но вот незадача: ущерба-то нет.
Ущерба в материалах не было. Ни размера, ни подтверждения, ни даже потерпевших. А без крупного ущерба 171-я превращается в КоАП (ст. 14.1 КОАП РФ — максимум штраф 5 тыс. рублей для должностного лица).
Мы подали жалобу в прокуратуру: отменить постановление о возбуждении уголовного дела по ст. 171 УК РФ. Основания? Пожалуйста:
-нет суммы ущерба (обязательный признак);
-нет документов, его подтверждающих;
-нет потерпевшей стороны.
Прокурор решил: «Отменить»
Через некоторое время заместитель городского прокурора вынес постановление об отмене постановления о возбуждении уголовного дела. Потому что ч.2 ст. 140 УПК РФ так или иначе работает — для возбуждения уголовного дела нужны достаточные данные о признаках преступления, а не «а давайте пока возбудим, порасследуем и там разберёмся». На сегодня мой доверитель в статусе свидетеля. Дело в производстве — ждём экспертизу, в том числе по обстоятельствам возгорания (версия с обогревателем пока не снята). Конечно же не расслабляемся.
Что с арестованным вторым директором?
Второй директор — тот, кто отвечал за техническую часть, — изначально был арестован. Но его защитник (достойный коллега, кстати) в Московском областном суде добился изменения меры пресечения на запрет определённых действий. И знаете, что сыграло важную роль? В том числе и постановление прокурора об отмене постановления о возбуждении уголовного дела по ст. 171 УК РФ.
Потому что логика суда была простой: раз даже прокуратура признала, что по одному из эпизодов (незаконное предпринимательство) материалы были «сырые», значит, и степень общественной опасности всего события не такая высокая, чтобы держать человека в СИЗО. Юридически это называется «изменение обстоятельств, учитываемых при избрании меры пресечения».
Сработала косвенная, но очень убедительная связка: процессуальный успех по одному эпизоду потянул за собой смягчение участи по смежному.
Какой вывод из этого можно сделать и что мы имеем в сухом остатке:
- Отсутствие письменного соглашения иногда полезно. Если бы договор о совместной деятельности был — следствие получило бы готовый расклад на группу лиц.
- ст. 171 УК РФ без ущерба — не работает. Проверяем материалы на входе. Нет потерпевших — нет крупного ущерба — нет состава преступления. Статус свидетеля это результат. Это возможность дышать свободно, работать и не сидеть в СИЗО.
- Не стесняемся подавать жалобу прокурору. Многие думают, что это бесполезно. А вот нет — в этой истории жалоба сработала.
- Лицензия — это не формальность. Если вы работаете с газом — будьте добры оформить всё по закону. А если не оформили знайте, что за это может быть не только штраф по КоАП, но и уголовное дело (при наличии ущерба). У нас ущерба не нашли, а может так не повезти.
- Никогда не игнорируйте инструкции адвоката на допросе. Мой доверитель сказал ровно то, что мы обсудили и ни слова лишнего.
- Версия с обогревателем — это не шутка. Иногда трагедия происходит не из-за грубых нарушений правил эксплуатации газового оборудования, а из-за бытовой дурости. Следствию это только усложняет работу, а защите даёт козыри.
На месте второго (или получается что первого) директора я бы не хотел оказаться. Его арестовали, потом изменили меру, но осадочек остался. Мой доверитель свободен с самого начала. И разница между ними — не только в степени вины, а в правильной процессуальной позиции на старте и грамотно выстроенных показаниях.
Адвокат по уголовным делам Сибарсов Павел Юрьевич, 8-929-560-43-30
Рейтинг публикации:
«
