Практикующие юристы и адвокаты должны быть готовы к тому, что недоработки в суде 1-й инстанции станет сложнее исправить в вышестоящих инстанциях.
Верховный Суд Российской Федерации выступил с законодательной инициативой и внес в Государственную Думу РФ законопроект, зарегистрированный под № 1264907-8 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившим силу Федерального закона «Об арбитражных заседателях арбитражных судов субъектов Российской Федерации» (в части совершенствования судебной деятельности, повышения доступности правосудия и эффективности судопроизводства)».
На день написания статьи правовой режим законопроекта — «На рассмотрении».
Законопроект внесен в Государственную Думу, рассмотрен профильным комитетом и Советом ГД, направлен на заключение в Правовое управление ГД. Дата рассмотрения законопроекта в первом чтении не определена.
Законопроект поддержан Правительством РФ, в том числе, отказ от института арбитражных заседателей (отзыв от 27.07.2026).
Законопроект подвергнут критике со стороны адвокатской палаты Москвы (утверждено решением ее Совета от 30 июня 2026 года) и правового управления Государственной Думы.
Я сформировала свое мнение, опираясь на правовой анализ, представленный в научной статье «Судебная контрреформа против процессуальных гарантий: анализ законопроекта № 1264907-8». Журнал «Евразийская адвокатура». 2026. № 4 (81). С. 88. Автор Андрей Викторович Рагулин, адвокат адвокатской палаты г. Москвы, главный редактор международного научно-практического юридического журнала «Евразийская адвокатура», адвокат, доктор юридических наук.
Разрешение на использование статьи предоставлено руководителем Редакционно-издательского центра ЕврАзНИИПП А.В. Кулагиным и самим автором.
Проект федерального закона № 1264907-8 внесен на рассмотрение Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в порядке реализации постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 июня 2026 г. № 21, предлагает масштабные изменения в процессуальном законодательстве, затрагивающие Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации (ГПК РФ), Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации (АПК РФ) и Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации (КАС РФ).
Это — изменения, направленные на упрощение судебных процедур, в том числе, в части обжалования отдельных определений суда, расширение пределов упрощенного производства, изменение правил формирования составов суда в проверочных инстанциях, ликвидацию института арбитражных заседателей.
Изменения заключаются в следующем.
I. Изменения в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации (статья 1 законопроекта)
1.1. Сокращение гарантий коллегиальности и риски расширения дискреционных полномочий председателей судов
Перечень категорий дел, рассмотрение которых, согласно законопроекту, предлагается на стадии апелляционного и кассационного производства осуществлять судом в составе одного судьи:
-дела, подсудные мировым судьям;
-дела (материалы), рассматриваемые по частным жалобам;
-дела упрощенного производства;
-дела особого производства.
Проектируемая норма предполагает расширение единоличного рассмотрения дел в судах апелляционной и кассационной инстанций, при этом наделяя председателя суда или его заместителя правом на основании мотивированного заявления судьи решать вопрос о коллегиальном рассмотрении дела в связи с его «особой сложностью».
Конституция Российской Федерации (ч. 1 ст. 118) императивно не определяет, в каком составе (коллегиально или единолично) суды могут рассматривать подсудные им дела, это отнесено к прерогативе федерального законодателя.
Здесь следует указать, что в правовое поле введены такие категории, как «эффективность судопроизводства» и «процессуальная экономия».
Судебная практика устанавливает связь между ними. Из Постановлений Конституционного Суда РФ (от 19 марта 2010 года № 7-П, от 19 июля 2011 года № 17-П; определения от 15 мая 2002 года № 110-О, от 19 декабря 2019 года № 3500-О) следует, что процессуальная экономия является одной из предпосылок эффективной судопроизводственной деятельности. Подобное толкование позволило ряду исследователей обозначить процессуальную экономию в качестве принципа гражданского процесса. Этот принцип закреплен в абзаце втором п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 23.12.2021 № 46136.
Но следует критически рассматривать стремления закрепить за процессуальной экономией статус принципа цивилистического процессуального права.
Применительно к оценкам процессуальной деятельности другой методологический подход является более правильным. Он заключается в следующем.
«Процессуальная экономия» — это количественная характеристика, объем затраченных ресурсов при достижении результата.
«Эффективность судопроизводства» — качественная характеристика судопроизводства, экономичность здесь отходит на второй план и является второстепенным требованием. Первостепенной задачей для суда является осуществление эффективной судебной деятельности с точки зрения достижения легальных целей и задач гражданского судопроизводства, обозначенных в процессуальном законодательстве.
Взаимосвязь эффективности судопроизводства с процессуальной экономией не является необходимой и закономерной. Удобство производства имеет по сравнению с правильностью решений второстепенное значение. Процессуальная экономия не является безусловной предпосылкой эффективного гражданского судопроизводства, понимаемого в узком (специально-юридическом) смысле.
В пояснительной записке к законопроекту не содержится достаточного и конкретного обоснования того, почему именно по предлагаемым, приведенным выше категориям дел, необходимо введение предложенного проявления процессуальной экономии и не обосновано, почему права граждан и организаций — участников соответствующих категорий дел, предлагается ограничить.
Пояснительная записка обосновывает расширение единоличного рассмотрения необходимостью перераспределения ресурсов на сложные дела при наличии устоявшейся практики. Однако конкретные критерии отнесения категорий дел к «не содержащим сложных вопросов» в законопроекте и записке не раскрыты.
Коллегиальность составов суда вышестоящих инстанций — одна из гарантий минимизации судебных ошибок и противодействия коррупции. Единоличное рассмотрение дел повышает риск судебной ошибки вследствие отсутствия внутреннего обсуждения правовой позиции несколькими судьями.
Делегирование председателю суда права формировать состав суда фактически для конкретного случая по размытому критерию «особой сложности» прямо нарушает статью 47 Конституции РФ (право на рассмотрение дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом).
1.2. Расширение и унификация полномочий помощника судьи
Законопроект (новая редакция ст. 47.1 ГПК РФ) предлагает расширить и унифицировать полномочия помощника судьи.
Слияние должностей, как и делегирование помощнику судьи функций секретаря судебного заседания, порождает конфликт интересов. Помощник, заранее подготовивший проект судебного решения по указанию судьи, может оказаться в ситуации потенциального конфликта интересов, поскольку он будет объективно заинтересован, например, в том, чтобы протокол судебного заседания не содержал сведений, которые противоречат этому проекту.
1.3. Учет правовых позиций высших судов как элемент проверки правильности толкования закона
В законопроекте принятие судебного акта без учета правовых позиций высших судов предлагается расценивать, в том числе, как неправильное истолкование закона.
Законопроект фактически призван, как минимум, уравнять закон с мнениями высших судов, которые не являются и по своей сути не могут являться источниками права.
Постановления Пленума Верховного Суда РФ в силу статьи 126 Конституции РФ представляют собой разъяснения по вопросам судебной практики, но не являются нормативными правовыми актами (законами). Из этого следует, что предложенная законопроектом идея вступает в противоречие с положениями статьи 120 Конституции РФ, закрепляющей подчинение судей только закону.
Подчинение судьи разъяснениям высшей судебной инстанции под угрозой отмены судебного акта — значимый шаг, направленный на подавление судейского усмотрения и самостоятельности суда при применении закона, которое может быть основано на уникальных фактических обстоятельствах дела, не охваченных типовой ситуацией, на которую рассчитано разъяснение .
Проблема состоит и в отсутствии механизма, позволяющего судье отступить от позиции Пленума или Президиума ВС РФ при наличии исключительных обстоятельств конкретного дела.
1.4. Расширение рассмотрения жалоб без судебного заседания
Законопроектом предложен перевод рассмотрения дел по частным жалобам и части кассационных жалоб в Верховном Суде Российской Федерации в письменный формат единоличного рассмотрения без извещения и вызова сторон.
Перевод рассмотрения абсолютно всех дел по частным жалобам в письменный формат (без извещения и вызова сторон) существенно ограничивает возможности реализации принципов непосредственности, состязательности и устности судебного разбирательства при рассмотрении соответствующей категории жалоб, в том числе, по вопросам, затрагивающим фундаментальные основы гражданского судопроизводства (обжалование определений суда, преграждающих доступ к правосудию). Стороны и их представители лишатся возможности представить устные пояснения, опровергнуть доводы оппонента, а возникшие у суда сомнения останутся неразрешенными. Между тем право на судебную защиту предполагает не только формальное рассмотрение дела, но и реальную возможность стороны донести свою позицию до суда.
Оптимизация процесса через письменное производство, если при этом не обеспечены надежные каналы для письменной коммуникации сторон с судом и право на заявление ходатайств о проведении очного рассмотрения дела, не может быть признана допустимой.
1.5. Увеличение предельных сумм требований, рассматриваемых без проведения судебных заседаний
Предлагается увеличить предельные суммы требований, рассматриваемых в рамках ГПК РФ в упрощенном порядке, то есть, без проведения судебных заседаний.
Перевод таких споров (взыскание долга в размере до 300 тысяч рублей) в режим «судебного конвейера», где судья изучает только представленные истцом документы, повышает риск вынесения решений на основе неполных или формальных данных, лишая слабого участника (например, потребителя или должника по ЖКХ) эффективной защиты. Такой подход снижает возможности по оперативному выявлению недобросовестного поведения истца, что критически важно в спорах с микрофинансовыми организациями и коллекторскими агентствами. Компенсаторных механизмов, способных сгладить этот риск, законопроектом не предложено.
II. Анализ изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации (статья 2 законопроекта)
2.1. Упразднение института арбитражных заседателей
Ликвидация института арбитражных заседателей, обосновываемая в пояснительной записке к законопроекту его «невостребованностью», вступает в противоречие с положениями части 5 статьи 32 Конституции РФ, поскольку участие граждан в отправлении правосудия — это фундаментальная гарантия против бюрократизации судебной системы и форма реализации народного суверенитета и общественного контроля над правосудием.
Потребность в специальных знаниях особенно заметна в стремительно развивающихся сферах искусственного интеллекта, цифровых финансовых активов и криптовалют, срочных финансовых инструментов и рынка ценных бумаг. Правовое регулирование соответствующих отношений нередко отстает от экономической и технологической практики, а разрешение возникающих споров требует понимания не только юридических норм, но и механизмов функционирования современного рынка. В таких условиях институт арбитражных заседателей потенциально способен обеспечить привлечение к отправлению правосудия лиц, обладающих необходимым практическим опытом, и повысить качество формируемой арбитражной практики. Поэтому динамичное развитие экономики является аргументом не в пользу ликвидации данного института, а в пользу устранения препятствий для его эффективного применения.
2.2. Единоличное рассмотрение жалоб по спорам в сфере энергоснабжения и аренды
Предлагается выделить в ст. 17 АПК РФ споры из договоров энергоснабжения и аренды в категорию дел, рассматриваемых в судах апелляционной и кассационной инстанций единолично с механизмом перехода к коллегиальному рассмотрению конкретного дела по решению руководства арбитражного суда.
Выделение именно споров из договоров энергоснабжения и аренды в категорию дел, рассматриваемых в судах апелляционной и кассационной инстанций единолично, вызывает серьезные сомнения, поскольку соответствующие споры на практике затрагивают наиболее финансово емкие, сложные и конфликтные сферы экономики, где часто сталкиваются интересы монополистов и малого бизнеса. Единоличное рассмотрение таких споров в судах апелляционной и кассационной инстанций повышает коррупционные риски.
Одновременное наделение руководства арбитражного суда правом по своему усмотрению на основании расплывчатого критерия «особой сложности» передавать дело на коллегиальное рассмотрение (ч. 6 ст. 17 АПК РФ) также увеличивает их и нарушает принцип независимости судьи.
Выделение споров из договоров энергоснабжения и аренды требует оценки также с точки зрения конституционного принципа равенства, из которого вытекает требование регулировать однородные по своей правовой природе отношения одинаковым образом.
2.3. Преобразование статуса помощника судьи в арбитражном процессе
В экономических спорах, где каждое слово, отраженное в протоколе, может иметь многомиллионные имущественные последствия, независимость лица, ведущего протокол, от лица, готовящего проект судебного акта, жизненно необходима.
2.4. Факультативность предварительного заседания
Законопроект предлагает сделать проведение предварительного судебного заседания в арбитражном процессе необязательным и зависящим исключительно от усмотрения судьи.
В арбитражном процессе предварительное судебное заседание является не технической, а важнейшей стадией, на которой реализуется обязанность по раскрытию доказательств до начала основного разбирательства, заявляются ходатайства об истребовании документов, привлекаются третьи лица.
Формула «по усмотрению судьи при необходимости», не сопровождаемая критериями такой необходимости, делает положение участников неопределенным и допускает неодинаковую организацию производства по сходным делам.
Перевод предварительного судебного заседания в разряд факультативных стадий может способствовать и легализации процессуальных злоупотреблений, когда недобросовестные участники процесса будут представлять основной массив доказательств непосредственно в заседании по рассмотрению дела по существу, что приведет к отложению основных судебных заседаний и затягиванию процессуальных сроков, тем самым действуя против заявленной цели законопроекта.
2.5. Изменение состава суда при обжаловании определений
Законопроектом предлагается ограничение коллегиального рассмотрения и введение единоличного рассмотрения жалоб на ряд определений судов первой инстанции и апелляционной инстанции в арбитражных судах кассационной инстанции.
Несмотря на наличие существенных различий между гражданским и арбитражным судопроизводством, предлагаемые изменения способны затронуть фундаментальные процессуальные гарантии, общие для обеих процессуальных форм. Создание тотального единоличного фильтра на стадии кассационного пересмотра определений снижает стандарты коллегиального судебного контроля за промежуточными и пресекательными актами судов.
2.6. Обязательные позиции высших судов в арбитражном процессе
Помимо аргументов, изложенных выше относительно аналогичных изменений, предложенных к включению в ГПК РФ, следует добавить, что применение этой нормы в арбитражном процессе усугубляется ссылкой на постановления Пленума ВАС РФ (Высшего Арбитражного Суда РФ), упраздненного в 2014 году.
2.7. Повышение порогов упрощенного производства
Заложенное в законопроекте существенное расширение пределов упрощенного и приказного производств, влекущее увеличение ценовых порогов для рассмотрения дел без вызова сторон, повлечет за собой изъятие масштабного массива социально и экономически значимых споров из сферы действия полноценного состязательного правосудия.
Перевод споров малого бизнеса и требований к гражданам на столь существенные суммы в режим сугубо документарного, «конвейерного» рассмотрения де-факто лишает участников оборота базовой конституционной гарантии — права на публичное слушание, устную правовую аргументацию и непосредственное исследование доказательств судом. Данная мера свидетельствует о недопустимом смещении баланса, при котором фундаментальные принципы состязательности и равноправия сторон ограничиваются ради исключительно технической цели формального снижения показателей судейской нагрузки.
III. Анализ изменений в Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации (статья 3 законопроекта)
3.1. Расширение единоличного рассмотрения административных дел
Законопроектом предложены передача целого ряда административных дел на единоличное рассмотрение в суде апелляционной и кассационной инстанций и введение дискреции председателя суда относительно возможности коллегиального рассмотрения конкретного дела.
Помимо аргументов, изложенных выше относительно аналогичных изменений, предложенных к включению в ГПК РФ, следует отметить, что административное судопроизводство уже характеризуется изначальным неравенством субъектов: гражданин или организация защищаются от действий властного государственного аппарата.
Передача дел об оспаривании действий судебных приставов-исполнителей (которые обладают чрезвычайно широкими полномочиями вплоть до блокировки счетов и изъятия имущества) на единоличное рассмотрение в апелляции и кассации снижает стандарты коллегиального контроля и уровень правовой защищенности граждан от ошибочных или незаконных действий должностных лиц.
Особую обеспокоенность вызывает инициатива передачи на единоличное рассмотрение в апелляционной и кассационной инстанциях административных дел о признании информации, размещенной в сети «Интернет», запрещенной к распространению, и о признании информационных материалов экстремистскими. Данные категории дел не носят рутинного характера. Они напрямую затрагивают фундаментальные политические и гражданские права: свободу мысли, слова и массовой информации. Признание материала экстремистским влечет необратимые публично-правовые последствия, зачастую служа преюдициальной основой для уголовного преследования авторов, ликвидации некоммерческих организаций и блокировки финансовой деятельности лиц через механизмы Росфинмониторинга. Отказ от коллегиального судебного контроля в столь чувствительных сферах свидетельствует об опасном крене государства в сторону упрощения репрессивных процедур и недопустимом умалении гарантий защиты граждан от цензуры.
Дискреция председателя суда в административном процессе также опасна. Если гражданин выступает стороной в споре с могущественным государственным ведомством, а председатель суда получает возможность в любой момент вмешаться в процесс формирования состава суда, ссылаясь на «особую сложность», и сформировать угодный ему состав суда, это создает риск нарушения стандартов независимого и беспристрастного суда вследствие принятия законопроекта.
3.2. Суд без судебных заседаний в административных спорах
Проектируемая норма полностью исключает оговорки и предполагает, что все без исключения частные жалобы на определения суда первой инстанции рассматриваются без проведения судебного заседания.
Сторонам придется излагать все свои аргументы исключительно в письменной форме, без возможности непосредственно ответить на вопросы судей, привести дополнительные доводы или парировать контраргументы оппонента, что сужает реализацию принципа состязательности. В делах против государства лишение гражданина (административного истца) и его представителя права лично выступить в суде проверочной инстанции является недопустимым сужением конституционного права на судебную защиту. Публичный характер судебного разбирательства защищает участников от тайного отправления правосудия вне контроля общественности.
3.3. Обязательность позиций высших судов в административном производстве
В результате введения данной нормы судья утратит возможность вынести решение на основе прямого применения Конституции РФ (ч. 1 ст. 15 Конституции), если оно расходится с толкованием высшей судебной инстанции.
IV. Законопроект № 1264907-8 и Международный пакт о гражданских и политических правах
Предлагаемые изменения вступают в прямое противоречие с фундаментальными гарантиями, закрепленными в статье 14 Пакта и с учетом положений Замечания общего порядка № 32.
4.1. Право на рассмотрение дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона
Законопроект создает два вида рисков, требующих оценки:
-риски произвольного формирования состава суда: проектируемые нормы наделяют председателя суда и его заместителей дискреционным правом решать, будет ли конкретное дело рассматриваться судьей единолично или коллегиально из-за его «особой сложности». Это нарушает критерий суда, «созданного на основании закона», поскольку законный состав суда должен определяться четкими, заранее установленными нормами, а не зависеть от административного усмотрения руководства суда;
-уничтожение внутреннего судейского убеждения: введение норм, согласно которым неприменение правовых позиций высших судов приравнивается к незаконному судебному акту. Однако судьи должны быть независимы не только от исполнительной и законодательной власти, но и обладать фактической независимостью при принятии решений по конкретным делам без какого-либо давления.
4.2. Право на справедливое и публичное слушание
Статья 14 Пакта гарантирует каждому право на публичное слушание.
Лишение сторон права на устное выступление в судах апелляционной и кассационной инстанций, а также резкое увеличение ценовых порогов для упрощенного (письменного) производства делают судебный процесс непрозрачным и противоречащим международным стандартам.
4.3. Нарушение принципа равенства состязательных возможностей
Право на равенство перед судами включает принцип «равенства средств защиты», что означает предоставление всем сторонам одинаковых процессуальных прав для отстаивания своей позиции. Однако законопроект подрывает это право следующими положениями:
- отмена обязательности предварительного судебного заседания в арбитражном процессе.
Устранение этой стадии де-факто лишает сторону эффективного инструмента подготовки к делу и нарушает равенство состязательных возможностей, гарантированное статьей 14 Пакта;
— вносимые законопроектом искусственные процессуальные ограничения, отменяющие право на очное присутствие или коллегиальный пересмотр, создают препятствия для доступа к правосудию.
4.4. Нарушение критерия соразмерности ограничений и отсутствие эффективных средств правовой защиты
Комитет по правам человека ООН в Замечании общего порядка № 32 указывает, что некоторые ограничения процессуальных прав допустимы при условии их соразмерности и наличия эффективных средств правовой защиты. Заявленными легитимными целями законопроекта выступают снижение нагрузки на судейский корпус и ускорение судопроизводства. Однако предлагаемые законодателем меры не проходят тест на пропорциональность.
Лишение сторон права на коллегиальное рассмотрение дел, перевод слушаний в письменный формат и передача вопросов формирования состава суда на усмотрение председателей не являются соразмерными механизмами для достижения процессуальной экономии.
Оптимизация нагрузки на судебную систему должна осуществляться соразмерными методами: через расширение штата судей, автоматизацию делопроизводства и развитие альтернативных способов разрешения споров, а не путем директивного отсечения граждан от полноценного доступа к правосудию.
Заключение
На основании изложенного следует заключить, что законопроект № 1264907-8 в представленной редакции создает риски вступления в противоречия с международными обязательствами Российской Федерации в сфере защиты прав человека, положениями Конституции Российской Федерации и концептуальными основами процессуального права.
Мое особое мнение.
Вызывает удивление требование: «ст. 19 АПК РФ признать утратившей силу» (упразднение института арбитражных заседателей). Прямое покушение на конституционное право граждан РФ участвовать в отправлении правосудия.
Падение интереса к этому институту вызвано искусственными препятствиями: низким вознаграждением, сложной процедурой отбора и негласным сопротивлением самого судейского корпуса. Однако вместо решения этих проблем судебная власть предлагает государству выбрать путь отстранения общества от правосудия.
И в этом проявляется стремление судебной власти к абсолютной корпоративной замкнутости. Никакого внешнего контроля.
Участие граждан в отправлении правосудия следует расширять не только за счет института арбитражных заседателей, но и установления института народных заседателей в гражданском и уголовном судопроизводстве.
