![Бессрочные проценты по срочному займу](/upload/content/2011/04/22/file_4bb95d3c829f1596c1cc53ccac2e8fc2_i.jpg)
Тем не менее до сих пор вразрез с рекламными посылами даже бытовой кредит в банках получить может отнюдь не любой, да и без соответствующего обеспечения, гарантирующего его возврат, банки, как правило, в долг не дают.
Неудивительно, что на фоне «жадных» банков и иных специализированных кредитных организаций весьма привлекательно выглядят услуги относительно недавно появившихся во множестве обычных хозяйственных обществ, предоставляющих займы в отсутствие гарантий или под самое минимальное обеспечение.
Между тем цена такого займа в виде начисляемых на него процентов в несколько раз выше, чем в банках, а методы работы с неплательщиками мало чем отличаются от тех, которые были популярны в «лихие 90-е».
Так брать или не брать легкодоступный займ, а если брать, то на каких условиях?
Вернуть долг вовремя удается далеко не всем.
Тут-то и выясняется, что платить обозначенные в договоре займа высокие проценты, скорее всего, придется за все время просрочки, т.е. до момента полного возврата всей суммы займа.
Дело в том, что должнику доказать обратное при взыскании задолженности через суд будет очень сложно, поскольку последний будет руководствоваться Постановлением Президиума ВС РФ от 6 января 2002 г. № 176пв01пр (далее – Постановление), касающимся наиболее широко используемого в обыденной и деловой практике договора займа, а именно последствий его несоблюдения для заемщика.
По мнению автора, данное разъяснение Верховного Суда не способствует устойчивости гражданского оборота, а наоборот, сказывается на нем сугубо отрицательно.
Формат настоящей статьи не дает возможности проанализировать доктринальную (научную) основу выводов Постановления, хотя таковая, безусловно, имеется.
В свое оправдание скажем, что юридическая доктрина может принести в практику применения закона как великое благо, так и не меньшее зло, в случае когда она отрывается от непосредственного буквального смысла действующих норм, устоявшейся практики их толкования и применения, обычаев делового оборота, а также основополагающих правовых принципов.
Как нам кажется, именно это, наряду с другими обстоятельствами, и имело место в рассматриваемом нами случае, что мы и постараемся показать далее.
Итак, 25 декабря 1996 г. В. по договору дал в займы Т. 12 млн. (неденоминированных) руб. сроком на 2 месяца на условии выплаты 10% ежемесячно.
Т. возвратила В. основную сумму займа, но проценты не выплатила, в виду чего последний обратился в суд. По решению суда первой инстанции от 9 февраля 2000 г. с Т. была взыскана задолженность по процентам в размере 27668 (деноминированных) рублей 91 коп.
Данное решение было поддержано всеми вышестоящими судебными инстанциями (в кассационном порядке не обжаловалось), в том числе Президиумом ВС РФ в его Постановлении.
При этом суд не воспринял довод протеста заместителя Генерального прокурора РФ, по мнению которого суд ошибочно руководствовался ст. 809 ГК РФ, поскольку проценты на сумму займа в размере 10% от ее размера ежемесячно Т. должна была выплачивать именно в течении срока действия договора, а по окончании оного проценты за просрочку исполнения заемщиком обязательства по возврату займа должны рассчитываться в соответствии со ст. 811 ГК РФ, т.е. по ст. 395 ГК РФ.
Свою позицию ВС РФ мотивировал тем, что «истечение срока договора займа не является основанием для прекращения обязательств, вытекающих из договора займа, как по уплате основной суммы долга, так и процентов по нему».
Верность такой аргументации не вызывает никакого сомнения, поскольку, действительно, по общему правилу п. 1 ст. 408 ГК РФ любое обязательство прекращается его надлежащим исполнением.
Несмотря на это, думается, что возможная ошибка Постановления заключается в том, что суд надлежащим образом не выяснил ключевой для разрешения возникшего разногласия вопрос о том, какое, собственно, обязательство имело место между спорящими сторонами.
По нашему мнению, между В. и Т. существовало денежное обязательство из договора займа, по условиям которого В. передал Т. сумму займа на условиях ее возврата по истечении 2 месяцев с начисленными на нее за этот срок процентами в размере 10% от нее в месяц.
Начисление, точнее, доначисление, указанных процентов по истечении срока договора займа необоснованно, пусть даже оно и продиктовано ненадлежащим исполнением своего обязательства заемщиком.
Иное означает, по сути, изменение условий заключенного договора судом, что, исходя из ст. 450 ГК РФ, необоснованно.
Подчеркнем, что мы говорим именно о возможно допущенной ошибке, поскольку, не имея перед собой непосредственного текста указанного договора займа, нельзя определенно сказать, было ли им установлено изъятие из общего правила п. 2 ст. 809 ГК РФ, к толкованию и особенностям применения которого в свете Постановления мы здесь и переходим.
В Постановлении и вслед за ним (а вероятно, и до него) упоминаемое в п. 2 ст. 809 ГК РФ слово «выплачиваются» нередко толкуется судами как синоним слова «начисляются», что, конечно, несколько расходится с буквальным смыслом непосредственно использованного в законе термина.
Исходя же из буквального толкования настоящей нормы в ней говорится лишь о том, что если договором займа не предусмотрено иное, то должник обязан каждый месяц уплачивать кредитору за пользование суммой займа начисленные на нее проценты, покуда не будет возвращена вся сумма займа.
Таким образом, тут говорится только, скажем так, об общем (по умолчанию) порядке расчетов заемщика с займодателем за предоставленные первому денежные средства и ни о каком начислении (доначислении) процентов на сумму займа по истечении срока действия договора в настоящей норме речи не идет.
В свою очередь, неисполнение такого порядка также необходимо рассматривать как нарушение договора займа, влекущее за собой соответствующие правовые последствия.
Как бы то ни было, невозможно отрицать, что норма п. 2 ст. 809 ГК РФ, является, исходя из использованного в нем выражения «при отсутствии иного соглашения», диспозитивной и соответственно может быть изменена сторонами по договору.
В соответствии же с общими правилами о толковании договора (ст. 431 ГК РФ) используемое в п. 2 ст. 809 ГК РФ понятие «соглашение» следует толковать не только как договор займа, но как любой иной письменный документ, заключенный в его рамках, в том числе приложение, дополнительное соглашение или протокол разногласий к нему.
Для установления же иного соглашения по поводу срока выплаты процентов по договору займа, нежели общее правило о выплате таковых ежемесячно до дня возврата суммы займа, прежде всего, необходимо принимать во внимание буквальное значение содержащихся в договоре слов и выражений, которое в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Тем не менее опытный юрист знает, с какими огромными сложностями ему придется столкнуться в суде, прибегая к толкованию договора, для обоснования позиции по делу и подтверждения выводов, которые не следуют, а, точнее не столько следуют, из конкретных условий договора, сколько вытекают из его общего смысла.
Для рассматриваемого же нами случая, считаем, что Постановление немало повлияло на диспозитивность нормы п. 2 ст. 809 ГК РФ, вернее, особенности ее учета в правоприменительной практике судов.
Ведь, как уже говорилось, из обстоятельств рассмотренного ВС РФ спора усматривается, что договор займа был заключен на условиях уплаты начисленных на сумму займа процентов в течении 2 месяцев, однако суд не придал этому значения, как обстоятельству изменяющему общее правило о начислении (доначислении) процентов по день возврата суммы займа.
Это, в свою очередь, подтверждает высокую вероятность появления вышеописанных затруднений с толкованием договора займа для обоснования позиции о необоснованности начисления (доначисления) процентов по день фактического возврата суммы займа, в отсутствие прямых буквальных указаний на это в его тексте.
Ввиду этого рекомендуем заемщикам всегда настаивать на включении в договор займа условия и о том, что по истечении срока действия договора займа договорные проценты по нему не выплачиваются (не начисляются), или согласовывать иной разумный исходя из обстоятельств срок их начисления, что также необходимо отразить в договоре в качестве одного из его условий, избрав для этого четкие и однозначные для понимания формулировки (слова и выражения).
Если же заемщик этого не сделает, а проценты за пользование суммой займа значительны, то в случае наступившей впоследствии невозможности возврата денежных средств ему придется очень горько об этом пожалеть.
В свою очередь суды должны более внимательно относится к толкованию договора займа, для целей определения наличия или отсутствия изъятия из общего правила п. 2 ст. 809 ГК РФ, поскольку таковое может вытекать из его общего смысла.
В целом же представляется, что неисполнение, а равно ненадлежащее исполнение, выражающееся в просрочке исполнения и (или) неполном исполнении обязательства заемщиком, или их возможность, могут и должны компенсироваться займодателем при помощи целого ряда правовых средств.
Самое очевидное заключается, конечно, в возможности взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ. Хотя нельзя умолчать о том, что на сегодняшний день размер ставки рефинансирования незначителен и составляет всего лишь 7,75% (сейчас уже 8% — Е.Е.) годовых.
Не стоит забывать и о возможности полного взыскания убытков, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением договора заемщиком, а именно как реального ущерба, так и упущенной выгоды по ст. 15 ГК РФ.
Но принимая во внимание необходимость и сложность доказывания наличия и размера убытков, на помощь может придти включение в договор займа (расписку или иной письменный документ к нему) условия о неустойке (ст. 330 ГК РФ), которая может равняться тем же самым договорным процентам за пользование суммой займа.
Вместе с тем справедливости ради, следует заметить, что тут появляется возможность уменьшения ее судом в виду явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства по ст. 333 ГК РФ.
Наконец, можно предусмотреть в договоре, так сказать, доначисление договорных процентов на сумму займа после окончания срока действия договора на точно определенную в нем дату на ту их общую сумму, которая могла бы гарантировать защиту права и законного интереса займодателя в случае нарушения договора.
Все это, как нам представляется, будет куда как лучше, чем натянутые доводы Постановления, которые, будучи направлены на защиту займодателя, одновременно ставят в заведомо проигрышное положение заемщика, на которое он никак, как было показано, исходя из буквального смысла закона, не рассчитывал и рассчитывать не мог.
Теперь же вполне возможна и допустима ситуация, когда займодатель намеренно не будет торопить должника с исполнением и, лишь когда на сумму займа «накапают» солидные проценты, предъявит к нему иск об их взыскании.
Тем более что проценты на сумму обычного займа зачастую устанавливаются куда как большие, чем аналогичные им проценты по кредиту в банках и иных кредитных организациях.
В том же приведенном в Постановлении случае такие проценты составляли ни много ни мало, а 10% ежемесячно, т.е. 120% годовых и, надо сказать, что такой размер совсем не предел, ведь пределов для установления размера процентов за пользование суммой займа действующим законодательством на сегодня не установлено.
«Домашний адвокат». 2010. № 22. С. 2-3.