При этом доводы защитников лиц, привлекаемых к административной ответственности, о недопустимости подобных действий, как правило, оставляются судьями без внимания как надуманные, а нередко даже расцениваются ими как способ затянуть судебное разбирательство. Попытаемся разобраться, что по данному поводу установлено действующим законодательством.
Пункт 1 ст. 25.6 КоАП РФ устанавливает, что в качестве свидетеля по делу об административном правонарушении может быть вызвано лицо, которому могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению.
Настоящая статья в целом, а равно никакие иные нормы КоАП РФ не содержат прямого запрета на участие в таком деле в качестве свидетеля сотрудников ГИБДД. Тем более что ст. 26 Закона РФ от 18.04.1991 N 1026-1 «О милиции» прямо закреплено, что показания сотрудника милиции по делу об административном правонарушении оцениваются судом наравне с иными доказательствами, полученными в установленном законом порядке.
Разъяснение пленума ВС РФ
Вместе с тем в данном случае необходимо учитывать разъяснение, данное в п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП РФ» (в ред. от 11.11.2008; БВС. 2005. N 6).
Согласно данному разъяснению органы и должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ. Тем не менее, как указывается в нем далее, при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.
Исходя из вышесказанного, если процессуальный статус свидетеля как участника производства по делам об административных правонарушениях определен в ст. 25.6 КоАП РФ, расположенной в гл. 25 КоАП РФ, то сотрудник ГИБДД, составивший протокол об административном правонарушении, ни в коем случае не может являться свидетелем по этому же делу.
Правильность и обоснованность приведенного разъяснения ВС РФ не вызывает сомнения. Дело в том, что органы и должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, в том числе сотрудники ГИБДД, имеют непосредственную заинтересованность в исходе дела. Так, в другом своем разъяснении ВС РФ пришел к справедливому выводу о невозможности привлечения сотрудника милиции в качестве понятого при составлении протокола при производстве по делам об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ, именно ввиду возможной служебной заинтересованности такого лица в исходе дела. Ведь он является работником органа внутренних дел, который составляет протокол об административном правонарушении и формирует доказательственную базу по делу (ответ на вопрос N 12 Обзора законодательства и судебной практики ВС РФ за IV квартал 2006 г., утв. Постановлением Президиума ВС РФ от 07.03.2003 // БВС. 2007. N 8). Заметим, в свою очередь, что статус понятого близок к статусу свидетеля, тем более что впоследствии понятой может быть допрошен судом как раз в качестве свидетеля.
Служебная заинтересованность
Сказанное означает также опасность дачи сотрудником ГИБДД, привлекаемым в дело в качестве свидетеля, заведомо ложных показаний. Заметим, что в данном случае соответствующая санкция ст. 17.9 КоАП РФ не является надежной гарантией ее соблюдения. И дело тут не в мизерном размере штрафа (от 1 до 1,5 тысячи рублей), а в том, что и к такой ответственности привлечь сотрудника ГИБДД по ней просто не удастся. По общему правилу согласно п. 1 ст. 2.5 КоАП РФ сотрудник органов внутренних дел несет за совершенные им административные правонарушения дисциплинарную ответственность, за исключением административных правонарушений, указанных в п. 2 настоящей статьи, по которым он несет уже ответственность административную. Однако в п. 2 ст. 2.5 КоАП РФ административное правонарушение, предусмотренное ст. 17.9 КоАП РФ, не упомянуто.
Поэтому практикуемое судьями предупреждение привлекаемых в качестве свидетелей сотрудников ГИБДД об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний необоснованно и выглядит по меньшей мере нелепо.
Не стоит думать, что мы сомневаемся или желаем умалить авторитет сотрудников ГИБДД, просто думается, что в данном случае применение по отношению к ним мер дисциплинарной ответственности объективно менее эффективно.
Кроме этого, привлечение сотрудника ГИБДД в качестве свидетеля по делу нарушает его конституционное право не свидетельствовать против самого себя (п. 1 ст. 51 Конституции РФ), которое воспроизведено в подп. 1 п. 3 ст. 25.6 КоАП РФ. Ведь он будет вынужден это делать опять же потому, что имеет служебную заинтересованность в исходе дела, поскольку опять же именно он составил протокол об административном правонарушении и сформировал доказательственную базу по делу.
Представляется, что в данном случае такую же служебную заинтересованность имеет и напарник сотрудника ГИБДД, который произвел вышеуказанные действия.
Попробуем разобраться
В каком же тогда качестве выступает в процессе о привлечении лица к административной ответственности сотрудник ГИБДД и как расценивать даваемые им показания?
Определить процессуальное положение сотрудника ГИБДД в деле о привлечении лица к административной ответственности достаточно сложно, хотя и говорить тут о пробеле в праве, по нашему мнению, тоже преждевременно.
Сотрудник ГИБДД не является участником по делу, а соответственно, не является свидетелем или любым иным лицом, указанным в главе 25 КоАП РФ. Ввиду того что настоящей главой определен исчерпывающий перечень участников производства по делам об административных правонарушениях, можно сказать, что сотрудник ГИБДД не имеет процессуального статуса вообще. Поэтому привлечение его судом к участию в деле в качестве любого из лиц, упомянутых в настоящей главе, будет необоснованным.
Роль указанного должностного лица в суде сводится исключительно к уточнению тех или иных обстоятельств по делу и ответу на возникающие в связи с этим у суда вопросы. Данные им показания являются доказательством, которое оценивается судом наравне с иными доказательствами по делу. По сути, указанное должностное лицо является в таком случае источником, или, еще лучше будет сказать, носителем доказательств по делу, и, учитывая его возможную служебную заинтересованность в его исходе, к данным им показаниям суд должен отнестись максимально критично.
Заметим, что сказанное в равной мере относится и к любым иным должностным лицам, составившим протокол об административном правонарушении.
На практике же пока все происходит с точностью до наоборот: сотрудники ГИБДД по указанной категории дел продолжают привлекаться в дело в качестве свидетелей. При этом к их показаниям судьи не то что не относятся критично, а «не находят оснований им не доверять». Таким образом, не принимается во внимание приведенное разъяснение ВС РФ об их служебной заинтересованности в исходе дела, а также нарушается правило ст. 26.11 КоАП РФ о недопустимости определения за каким-либо доказательством заранее силы.
Все это влечет за собой не только возможность последующей отмены вынесенных судебных актов, но и прежде всего нарушение прав и законных интересов лиц, привлекаемых к административной ответственности.
Надеемся, что предложенные в нашей статье доводы повлияют на практику работы хотя бы некоторых членов судейского корпуса или по крайней мере помогут защитникам и лицам, привлекаемым к административной ответственности, защищающимся самостоятельно, делать это более эффективно.
ЭЖ-Юрист. 2010. № 35. С. 14.
Вы бы вначале дочитали до конца, а потом уже выражали свое несогласие, возможно ваша позиция была бы уже совершенно иной. По существу же замечания, если даже исходить из того, что свидетелем должен проходить инспектор, который не составлял протокол (что, по-моему, неверно), то на практике это также не соблюдается.
Извините, но статью я дочитал. И сделал это сразу же после написания этого комментария. Как видите мне не пришлось редактировать мой первоначальный комментарий после прочтения статьи до конца.
Хорошо, тогда ваша позиция мне понятна.
Я считаю, что сотрудники ГИБДД (как и другие составители протоколов), могут быть допрошены в суде, но только по обстоятельствам совершения ими лично процессуальных действий, и суд должен относиться к их показаниям в десять раз более критично, чем ко всем другим показаниям, т.к. они явно заинтересованы в исходе дела, о чем уже писал И.Н. Морохин здесь.
Судьи только к гражданам относятся «кретинически», а к своим братьям по разуму, они относятся лояльно, и даже более чем нужно…
С точки зрени теории права мне категорически непонятно почему должностное лицо, составившее протокол не является участником процесса.
По существу, административный процесс это плохая и сильно упрощенная копия уголовного процесса.
Допрос в стадии судебного разбирательства должностного лица, составившего процессуальный документ, конечно недопустим. Если в документе есть существенные недостатки, которые невозможно восполнить другими способами в порядке, установленном соответствующими процессуальными нормами, то такой документ нужно признавать незаконным.
В любом случае восполнять пробелы в таком документе путем допроса лица, его составившего недопустимо. Такой допрос это уже признание того, что сведения, изложенные в этом документе не соответствуют требованиям, предъявляемым к ним Законом, а с учетом заинтересованности такого свидетеля, как в положительном результате оценки такого документа, так и в желании скрыть недостатки в работе, никакого смысла не имеет.
Правоприменительная же практика идет по тому пути, по какому идет (в статье описано подробно).
В связи с изложенным не согласен с Алексеем Анатольевичем. Вполне нормальная ситуация, когда инспектор ДПС выявил нарушение, составил соответствующий протокол, СОБРАЛ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА (что делается довольно редко) и направил собранный материал для рассмотрения.
А вот ситуация, когда инспектор ДПС выявил правонарушение, но не стал оформлять протокол, а написал рапорт, на основании которого другой инспектор ДПС составил протокол мне кажется надуманной.
Должностное лицо — в данном случае представитель власти (не в смысле соответствующих статей УК РФ), как раз уполномоченной для соответствующей деятельности — реализация властных государственных полномочий.
Административка — действительно — сильно упрощенная и сокращенная до карикатурности, версия УПК.
По поводу допустимости составления протокола тем же сотрудником, который выявил нарушение, а так же и с тем, что восполнение в судебной стадии «корявых» протоколов недопустимо, поддерживаю мнение Константина Владимировича.
В отсутствие полноценного административного процессуального кодекса, действительно, существующий административный процесс плохая копия уголовного, отсюда неразбериха и путаница во всём и со всеми.
Административный процесс и административное право по существу аналогичны уголовному процессу и праву, только предмет рассмотрения в одном случае проступки, а в другом преступления (большая общественная опасность), но и в том и в другом случае речь идет о санкции, которую государство применяет к нарушителю, при этом иные вопросы или вообще не рассматриваются (например, возмещение причиненного вреда или примирение в административном процессе) или сильно ограничены (например предмет иска в уголовном процессе — только прямой ущерб и моральный вред, речь не о практике, а именно о теории гражданского иска в уголовном деле, нарушения встречаются часто, не об этом разговор).
Главное и в административных и в уголовных делах — установление вины за соответствующее нарушение, все остальное второстепенно.
Константин Владимирович, вы сначала писали «по существу, административный процесс это плохая и сильно упрощенная копия уголовного процесса», а потом выразили свое не согласие с моей позицией которая как раз и основана на нормах УПК.
Согласитесь, что если следователь был очевидцем преступления, то он не может сам возбудить дело и расследовать его в силу того, что он потенциальный свидетель по этому делу.
По аналогии с этим должно толковаться и административное расследование.
Алексей Анатольевич, интересная ситуация получается, ведь по своей, скажем так, публично-правовой природе административный процесс сходен с уголовным, но, если мне не изменяет память, ВС РФ в своих разъяснениях к нему по ряду процессуальных вопросов, применяет аналогию все же с ГПК РФ. Что суть лишнее доказательство неразберихи и путаницы в данной области и назревшей необходимости принять еще один процессуальный кодекс, который бы учел всю специфику рассматриваемых в его рамках дел.
В принципе может, только потом свидетелем быть не стоит.
Совмещать статус нельзя, а определиться в каком то одном можно.При этом конструкция, о которой вы писали по поводу отложенного возбуждения административного дела другим должностным лицом (не тем, которое обнаружило правонарушение), в принципе также возможна и даже практикуется, но это не всегда нужно, а с учетом относительно коротких сроков давности привлечения к административной ответственности еще и вредно.Скажем привлечь к административной ответственности за нарушение ПДД сотрудник ППС не может, но написать рапорт, на основании которого лицо привлекут, в принципе может, если удастся доказательства собрать, так как сотрудник ППС их собирать права также не имеет.
Не может в силу предвзятости, подлежит самотводу…
Ну тогда чего его допрашивать как свидетеля, если мы ему сразу не верим?
А пусть он сам себя свидетелем и допросит :-))
Он то себе, как себе, поверит :)
«критически» :-)))
Я вообще не понимаю для чего допрашивать сотрудника в судебном заседании. Я считаю, что сотрудники тоже люди, и они не могут, чисто физически, запомнить ситуации, при которых составлялся тот или иной протокол и т.д. Только за одно дежурство «через сотрудника» проходят десятки, сотни участников дорожного движения, и помнить нюансы, при которых проходило составление протокола просто невозможно.
Вопрос: «Как было?»
Ответ: «Не помню, но как написано правильно»
Это в схематичном виде допрос практически любого инспектора, оперативника…
Вернее:
— Как было?
— Не помню, обстоятельства АП отражены в протоколе.
И вообще, полагаю, что со стороны административного органа должно выступать только одно обстоятельство: протокол об АП и схема правонарушения, видео/фотофиксация.
Все остальное: рапорт, письменные объяснения сотрудника — это заинтересованность!
Соглашсь с вами отчасти, поскольку и рапорт и письменные объяснения инспектора также имеют право быть доказательствами, другое дело, что оцениваться они должны судом критично.
Ну тогда нужно по смыслу ст. 25.6 КРФобАП определиться с правовым статусом свидетеля и должностного лица. По смыслу ч. 2 указанной статьи, должностное лицо в производстве которого находится дело об АП (или находилось) не может выступать одновременно и свидетелем. Иначе данное должностное лицо должно быть изначально внесено в протокол об АП как свидетель. Или я чего-то не понимаю?
Я хотел сказать, что вся работа ГИБДД должна свестись лишь к представлению в суд любых допустимых и относимых доказательств, а также при необходимости дачи устных пояснений инспекторами, в том числе составившими протокол, но без привлечения их в дело в качестве свидетеля и вообще в качестве кого-либо из упомянутых в гл. 25 КоАП РФ участников судопроизводства. Конечно, может показаться странным, что инспектор будет в процессе без процессуального статуса, но, по смыслу данного ВС РФ разъяснения, как мне видится, так оно и должно быть. Но, повторюсь, к такому выводу я пришел только на основании разъяснения ВС РФ, правильность такого решения суть уже вопрос другой, который я не рассматривал.
Поймите, инспектор, составивший протокол, согласно правовой определенности по КРФобАП и есть то должностное лицо, в производстве которого находится или находился административный материал. О каких пояснениях, показаний инспектора может идти речь, если результатом административного расследования являются законодательно определенные процессуальные документы.
Конечно, инспектор является должностным лицом. Пояснения берутся у инспектора для уточнения содержания, как вы выразились, «законодательно определенных процессуальных документов», устранения пробелов и разночтений в них. Это очень важно, так по одному из дел, в котором я выступал защитником лица привлекаемого к административной ответственности, именно показания инспектора привели к отказу в привлечении последнего к административной ответственности, а также вынесению судьей частного определения о недопустимости нарушения порядка освидетельствования на состояние алкогольного опьянения лица, управляющего транспортным средством, в адрес ГИБДД.
Представляется, что вы проводите слишком уж слишком уж близкую аналогию с жестким уголовным процессом, говоря о каких-то непреодолимых рамках «административного расследования».
Владимир Михайлович, я полностью разделяю ваше мнение.
Не вполне понял.
Широко распространенный штамп про «критическую оценку» уже навяз в зубах.
Суд обязан всед доказательства оценивать критически, а после этого делать вывод о доверии или недоверии сведениям, которые, он из доказательств почерпнул.
Ваше предложение (как я его понял) оценивать объяснения сотрудника как доказательство второго сорта это тоже самое, с точки зрения юриспруденции, что творится сейчас по отношению к объяснениям лиц, которых привлекают.
Солидарен целиком и полностью.
У нас не формальная система доказательств, поэтому нет «доказательств второго сорта» в принципе. Для суда никакие доказательства не имеют заранее силы, в этом собственно и состоит, то, что вы называете критичностью в оценке доказательств. Другое дело, что какие-то доказательства имеют пороки и суд, как принято писать в судебных решениях, «относится к ним критично». Таковы показания инспектора всегда имеющего служебную заинтересованность в исходе дела.
Я же против привлечения инспектора в качестве свидетеля, по изложенным в статье причинам.
Согласен, если уж есть необходимость в дополнительных пояснениях, то они должны быть в самом протоколе, есть же строчки для обяъснения лица, привлекающегося к ответственности, и выдаваться на руки с копией протокола лицу, которое привлекают, а заодно и потерпевшему, если таковой имеется.
Абсолютно верно!
Ах, Константин Владимирович и Владимир Михайлович, еще бы эти протоколы разборчиво и подробно заполнялись, тогда нужды инспекторам являться в суд вообще бы не было! Пока же этого в большинстве случаев не наблюдается и последние, нередко после ночных дежурств, вынуждены являться в суд для дачи пояснений по поводу оформленных ими же процессуальных документов.
Рука руку моет. Пока выгодно собирать «дорожную дань», сотрудники ГИБДД и будут привлекаться в качестве свидетелей.
Злободневная проблема поднята в публикации. В целом соглашусь с точкой зрения автора. Но практика должна идти немного по другому пути, статус инспектор в административном разбирательстве в суде должен быть «заинтересованное лицо», а не свидетель, что и указывается в жалобе (в случае ее подачи).
Но и тут необходимо разграничить административную практику по двум критериям.
Первый — инспектор должностное лицо, уполномоченное рассматривать дела об административных правонарушениях.(ст.23.3) В данном случае, по моему мнению, инспектор ни в каком качестве не может и не должен принимать участие в последующем судебном разбирательстве. Представте по аналогии, что судья первой инстанции выступает в кассации как свидетель!!!
Второй — инспектор составляет протокол, а рассматривает административное дело суд или вышестоящее должностное лицо. В этом случае инспектор, по аналогии с УПК, является следователем, дознавателем и оперативником в одном лице, и не оказывает прямого влияния на исход дела, хотя и заинтересован в его исходе. В данном случае, по моему мнению, участие инспектора как заинтересованное лицо, сторона обвинения, а не как свидетель, вполне обосновано и возможно.
Не риторический вопрос: кто, согласно КРФобАП, вправе составлять административный протокол и каков правовой статус данного лица? Какое правовое значение административного протокола, не есть ли это процессуальный документ административного производства, которое тут же, на месте АП, может окончится постановлением, например о штрафе?
Не понимаю, о чем Ваш вопрос. С чем из сказанного мной Вы не согласны?
допрос в качестве свидетеля инспектора позволяет предупредить его об ответственности за ложные показания/
это потенциально эффективный механизм для объективного рассмотрения дела; но как всегда в россии он извращен
1) необходимо чтобы была введена уголовная ответственность за ложные показания в административном процессе (и квалифицированный состав для сотрудников правоохранительных органов)
2) ввести ограничения по перечню тех обстоятельств, которые не могут подтверждаться свидетельскими показаниями инспектора (например, обстоятельств, которые удостоверяют понятые)
3) разъяснения ВС РФ об условиях оценки показаний инспекторов в условиях наличия опровергающих их показаний понятых и т.п.
вот так )
Коллеги, вообще, насколько я помню, в связи с разъяснением ВС РФ о недопустимости участия органов и должностных лиц, как лиц со статусом упомянутым в гл. 25 КоАП РФ, составивших протокол, предлагалось, что позицию ГИБДД в судебном разбирательстве должен поддерживать прокурор. Только боюсь, что если это случится, то оправдаться привлеченному тогда, будет почти нереально.
Рейтинг публикации:
«Инспектор как свидетель»
2
звезд из 5
на основе 9 оценок.
Консультации, дела.
Действую с интересом, спокойно и тщательно, очно и дистанционно.
Дорого, но зато качественно. Все встречи и консультации, в т.ч. дистанционные только по предварительной записи.
Даже не стал дочитывать до конца, поскольку сразу же не согласен с такой трактовкой, что инспектор выявивший правонарушение не может быть свидетелем.
ИМХО, все как раз наоборот! Свидетель (очевидец) правонарушения не может одновременно быть и должностным лицом составившим протокол и вынесшим постановление!
Другими словами, если инспектор увидел нарушение, то он может быть только свидетелем, а процессуальные акты должен составлять иное должностное лицо.
Кто не согласен, я готов к дискуссии.