Справедливость в зачете срока

Пора засчитывать в срок наказания и зачет наказания – время наблюдения командования войсковой части за подозреваемым или обвиняемым.

Полагаю, что в ст. 72 УК РФ: Исчисление сроков наказаний и зачет наказания, следует внести дополнения, следующего содержания:
«ч. 5 Время наблюдение командования воинской части за подозреваемым или обвиняемым до окончания судебного разбирательства засчитывается в сроки лишения свободы, из расчета один день за три дня, ограничения свободы — один день за два дня, исправительных работ и ограничения по военной службе — один день за четыре дня, а в срок обязательных работ — из расчета один день содержания под стражей за двенадцать часов обязательных работ».

Что представляет собой мера пресечения наблюдение командования войсковой части за подозреваемым или обвиняемым?

Наблюдение командования воинской части за подозреваемым или обвиняемым, являющимся военнослужащим или гражданином, проходящим военные сборы, состоит в принятии мер, предусмотренных уставами Вооруженных Сил Российской Федерации, для того, чтобы обеспечить выполнение этим лицом обязательств, предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 102 настоящего Кодекса.

На сегодняшний день, исходя из практики, я вижу, что уголовные дела в отношении лиц проходящих срочную службу, возбуждаются за месяц или полтора до окончания срока службы.

Учитывая, то, что на сегодняшний день срок службы в армии составляет один год, многие до вынесения приговора задерживаются на службе еще на пол года, а то и на год, отдавая долг родине с лихвой.

Ведь, до вступления приговора в законную силу, военнослужащие согласно действующему законодательству из армии не увольняются. «Конституционный Суд Российской Федерации установил:

1. В соответствии с Федеральным законом от 28 марта 1998 года N 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» по истечении срока военной службы по призыву военнослужащий подлежит увольнению с военной службы (подпункт «б» пункта 1 статьи 51); окончанием военной службы считается дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части (абзац первый пункта 11 статьи 38); военнослужащий должен быть исключен из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы (абзац второй пункта 11 статьи 38), за исключением ряда случаев, в частности, когда военнослужащий находится под следствием (абзац девятый пункта 11 статьи 38)».

Очень интересно еще так же вот что: «Оспоренная норма создает возможность применения этой меры без достаточных  оснований и без принятия соответствующих процессуальных решений… Конституционный  суд указал, что такое регулирование ставит военнослужащих в неравное положение с  другими гражданами. В частности, военнослужащие лишаются права на обжалование ограничений своей свободы, потому что УПК не относит командование воинской части к числу должностных лиц, действия которых подлежат обжалованию», — постановил суд.
 
Справедливо ли это?

А ведь данная мера пресечения, на довольно длительный период ограничивают личную свободу обвиняемого (свободу передвижения, общения, совершения определенных действий), что лишает обвиняемого продолжать активный социальный образ жизни: общаться с близкими, устроиться на работу, поступить в институт, заниматься воспитанием ребенка, помогать престарелым родителям.

P.S.  И еще в завершении мыслей на данную тему, хочется поиграть понятиями, которые фигурируют в ст. 104 УПК РФ, где говорится что такая мера пресечения, как наблюдение командования войсковой части может быть избрана только в отношении подозреваемого или обвиняемого, а о подсудимом ни слова. 

Обвиняемый — это лицо,в отношении которого вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого по уголовному делу в установленном законом порядке.

Подсудимый — это лицо, обвиняемое в совершении преступления (с момента предания суду и до вступления приговора в законную силу или оправдания).
 
Полагаю, что требуется внести поправочку и в ч. ст. 104 УПК РФ и дополнить после слов за подозреваемым или обвиняемым: «подсудимым, сужденным».
 
Так как полагаю мало только понимать юридический переход из одного процессуального статуса в другой, необходимо и законодательно закреплять права и обязанности.