Позитивное и негативное оправдание

В общественном сознании, подпитываемом средствами массовой информации, а также в профессиональном сознании прокуроров, следователей, судей сложилось если не отрицательное, то, по крайней мере, скептическое отношение к оправдательному приговору и оправданию как институту уголовного процесса, что нетрудно заметить, анализируя статистику оправданных лиц, процент которых ежегодно в среднем в РФ составляет 0,66 %.[1].

Истоки подобного искаженного представления лежат в теоретических концепциях, ставящих во главу угла борьбу с преступностью, рассматривающих суд как орган этой бескомпромиссной борьбы и отводящих второстепенную роль обеспечению безопасности личности, вовлеченной в сферу уголовной юстиции. И в настоящее время на фоне всеобщей «борьбы» с коррупцией в судейских рядах вынесение оправдательного приговора в общественном мнении выглядит если не как «преступление», то уж точно как проявление судейского либерализма, недопустимой «милости» к преступникам.

Несмотря на общую значимость и позитивность оправдания в уголовно- процессуальной деятельности, обусловленную тесной связью этого института с искомой правосудием справедливостью, оправдательный приговор может иметь и отрицательное значение в плане реализации задач уголовного судопроизводства. Безусловно, что незаконный оправдательный приговор компрометирует не только судебную власть, но и в целом правоохранительную деятельность государства, поэтому имеет негативный характер. Однако, отрицательные правовые последствия, связанные с его вынесением, во многих случаях устранимы при пересмотре приговора.

Правда, необходимо учитывать, что нередко суды вышестоящих инстанций к категории «незаконных» относят законные оправдательные приговоры, о чем косвенно свидетельствует высокий процент отмен оправдательных приговоров. Так, количество оправданных, в отношении которых оправдательные приговоры были отменены за период 1995-2008г., составило в среднем — 33,3%, а количество осужденных, в отношении которых были отменены обвинительные приговоры — 2,4%.[2]

В процессуальной науке советского периода высказывалась точка зрения о том, что при оправдании в ситуации, когда исчерпание всех возможностей по собиранию доказательств не позволяет «достигнуть познавательного результата» и дать категорический ответ на вопрос, совершено ли преступное деяние лицом, привлеченным к уголовной ответственности, суд не достигает истины по делу.[3]

Тем самым подчеркивалась «сомнительность» оправдательного приговора, вынесенного на основании принципа презумпции невиновности, хотя и в строгом соответствии с законом. Безусловно, непрофессиональные действия следователя, прокурора в ряде случаев приводит к серьезным следственным ошибкам и оправданию.

С процессуальной точки зрения даже в таких случаях нельзя сделать вывод о том, что оправдательный приговор «помог» преступнику избежать ответственности, поскольку виновность лица устанавливается лишь на основе собранных (а не предполагаемых) доказательств.

С криминалистической же точки зрения, когда известно, что потенциальные возможности расследования и раскрытия преступления реализованы не были в связи с непрофессиональными действиями следователя, прокурора, т.е. исключительно по субъективным причинам, (например, в случае признания недопустимыми доказательств обвинения, собранными с нарушением порядка, установленного УПК РФ и т.д.)[4] оправдание можно рассматривать как негативное явление.
Ответственность за негативное оправдание в полной мере должны разделять не только следователь, но и прокурор, утвердивший обвинительное заключение, а также государственный обвинитель, занявший в суде пассивную позицию. В соответствии со ст.15 УПК РФ в обязанности суда входит рассмотрение дела, а не осуществление уголовного преследования. Несмотря на то, что согласно ч. 1 ст. 86 УПК суд наряду с дознавателем, следователем и прокурором отнесен к числу лиц, собирающих доказательства, из содержания ст.15 УПК РФ следует вывод о том, что суд не обязан собирать доказательства и к нему нельзя обратить упрек в том, что обстоятельства дела не выяснены полно и всесторонне.

В судебном разбирательстве, построенном на принципе равенства сторон и состязательности, решение по делу зависит от использования сторонами в суде их равных процессуальных возможностей. По правилам ранее действовавшего УПК РСФСР вся ответственность за ненадлежащим образом расследованное дело и сбор доказательств обвинения была бы возложена на суд, а не на следователя или прокурора, В судебной практике можно найти немало примеров, когда следственные ошибки наряду с непрофессионализмом государственного обвинителя приводили к постановлению оправдательных приговоров.[5]Поэтому неслучайно после отмены оправдательных приговоров и передачи дела на новое рассмотрение государственное обвинение, как правило, поддерживается более опытным работником прокуратуры, занимающим более активную позицию.
 
Юрий Юрьевич Чурилов

Е-mаil chur.j@yandex.ru

 Сайт адвоката Ю.Ю. Чурилова chur-j.narod2.ru/
[1] См.: Судебная статистика. Сайт Судебного департамента при Верховном Суде РФ // http: // www.cdept.spb.ru/
[2] См.: Судебная статистика. Сайт Судебного департамента при Верховном Суде РФ // http: // www.cdept.spb.ru/
[3] См. Пастухов М.И.Оправдание подсудимого. –Минск: Издательство Университетское, 1985.-С.10.
[4] См.: Определение Верховного Суда РФ от 11.10.2006 N 20-о06-41// Справочно- правовая система Консультант плюс.
[5] См.: Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации по рассмотрению уголовных дел в кассационном и надзорном порядке в 1995 году. // Бюллетень Верховного Суда РФ.- 1996.№7.-С.10.