В октябре прошлого года я принял поручение на представительство в суде по уголовному делу интересов потерпевшей гражданки Н. Дело находилось на рассмотрении мирового судьи в г. Кандалакше Мурманской области и квалифицировано по ст. 113 УК РФ (Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта).
Потерпевшая была категорически не согласна с предложенной органом предварительного следствия квалификацией, что и побудило ее обратиться за помощью к адвокату в городе Мурманске.
Ознакомившись с материалами уголовного дела, я понял, что вопрос квалификации содеянного спорный. Из материалов дела следовало, что днем 27 марта 2013 года подсудимый Н., на тот момент являлся супругом потерпевшей, пришел к ней по месту работы в одно из отделений Сбербанка в г. Кандалакша, где нанес ножом несколько ударов по телу потерпевшей.
Удары пришлись в жизненно важные органы, поэтому телесные повреждения были квалифицированы судмедэкспертом как тяжкий вред здоровью. В момент совершенного преступления в отделении Сбербанка находился посетитель, врач по профессии, что и спасло потерпевшую от неминуемой гибели. Именно этот человек пресек действия нападавшего, а затем организовал оказание пострадавшей медицинской помощи. Н., естественно, с места преступления скрылся, впоследствии был задержан сотрудниками ОВД в лесопарковой зоне и помещен под стражу.
Все вроде бы понятно, потерпевшая, слава богу, жива, подозреваемый в СИЗО, ждет наказания. Но, на первоначальных этапах предварительного следствия возникли сомнения в состоянии психического здоровья подозреваемого Н. В таких случаях в обязательном порядке назначается и проводится комплексная психолого-психиатрическая экспертиза. И тут все пошло не так.
Неожиданностью для потерпевшей стало заключение психолога о наличии у подсудимого кумулятивного аффекта. Это такое состояние человека, когда вследствие накопления негативной информации, его эмоциональное напряжение усиливается.
Разрядка такого напряжения, по мнению психолога, и произошла в момент совершения Н. преступления и была вызвана оскорблением и аморальным поведением потерпевшей. Удивляет больше всего то, что никаких доказательств оскорблений со стороны потерпевшей или ее аморального поведения в деле не было, за исключением, пожалуй, показаний подсудимого.
Мало этого, на день проведения экспертизы, потерпевшая даже не была допрошена. Получается ее показания в деле вообще никого не интересовали.
Все обвинение было построено на доводах самого подсудимого Н. С такими явлениями сталкиваешься редко. Однако, благодаря настойчивости потерпевшей стороны, удалось убедить суд назначить и провести дополнительную психиатрическую экспертизу в другом экспертном учреждении.
Не было неожиданностью выявление у подсудимого Н. установочного поведения при экспертном исследовании и полного отсутствия аффекта при совершении преступления. Были приняты во внимание случаи неоднократного, еще до совершения преступления, применения физического насилия к потерпевшей со стороны подсудимого, отсутствие доказательств оскорбления и аморального поведения со стороны потерпевшей к подсудимому.
Дело возвращалось прокурору для организации дополнительного расследования. 17 декабря 2014 года Кандалакшский районный суд огласил приговор- 7 лет лишения свободы за покушение на убийство, взыскана компенсация морального вреда в размере 800 тысяч рублей.
Около 2-х лет потребовалось, что бы наказать преступника. Приговор еще не вступил в законную силу, защита обжалует решение суда первой инстанции.
Потерпевшая настроена оптимистично, она готова защищать свои интересы и в областном суде.
Уважаемый Николай Васильевич, раз Вы не предоставили к столь профессионально интересной публикации процессуальные документы, то позволю задать Вам вопрос: а как эксперт-психолог по первоначальной экспертизе оценил наличие ножа при кумулятивном аффекте?
Или осужденный его всегда носил с собой?
Добавило ли это доказательство убедительности Вашей позиции по делу в совокупности с другими неподтвержденными агрументами подсудимого?
Спасибо за комментарий. Нож по его версии оказался в кармане куртки случайно. Эксперт так и посчитал.
Да уж, с такими психологами надо держаться подальше.
Уважаемый Николай Васильевич!
1.
В таких случаях в обязательном порядке назначается и проводится комплексная психолого-психиатрическая экспертиза. И тут все пошло не так.
Неожиданностью для потерпевшей стало заключение психологаТак была первично проведена психолого-психиатрическая экспертиза или нет?
2.
провести дополнительную психиатрическую экспертизу в другом экспертном учреждении.
Не было неожиданностью выявление у подсудимого Н. установочного поведения при экспертном исследовании и полного отсутствия аффекта при совершении преступления.В дополнительной экспертизе психолог участвовал или нет?
3. Психологи и психиатры сыграли главную роль в колебаниях по делу. Жаль, что Вы не выложили:
постановление следователя о назначении экспертизы
заключение экспертов
определение суда о назначении дополнительной экспертизы
заключение экспертов (дополнительное)
Психолог присутствовал, Анатолий Кириллович, при проведении первой и повторной экспертизы. Повторная проводилась в другом экспертном учреждении, эксперты были другие.
Уважаемый Николай Васильевич, поздравляю Вас, как говориться «Справедливость восторжествовала» и не без Вашей помощи(Y)
На мой взгляд, суд абсолютно верно квалифицировал действия Н. как покушение на убийство и удивляет позиция «расследователей» относительно первоначальной квалификации, которые, как я понимаю, ограничились ссылкой на заключение психолого-психиатрической экспертизы, не утруждая себя проведением всего комплекса следственных действий…
Спасибо, Вадим Петрович, меня это не то, чтобы удивило, скорее насторожило. Подозрения относительно поведения «расследователей» имеются конечно, но их, как говорится, к делу не пришьешь.
Уважаемый Николай Васильевич, весьма сомнительное, как представляется, судебное решение по своей законности и обоснованности. Очевидно, речь идет об этом уголовном деле.
↓ Читать полностью ↓
Прежде всего, обращает на себя внимание фундаментальный вопрос о возможности, а точнее о невозможности ухудшения положения подсудимого вследствие перепредъявления обвинения в совершении более тяжкого преступления. Несмотря на появление п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, введенной в действие Федеральным законом от 21.07.2014 N 269-ФЗ, то есть после вынесения мировым судьей постановления о возвращении уголовного дела прокурору, а также наличия постановления от 02.07.2013 КС РФ, по поводу которого судья КС РФ Казанцев С.М. высказал свое мнение, тем не менее, следует принять во внимание и другие, наверное, незаслуженно забытые, правовые позиции высших судов.
Таким образом, суд, сам инициируя продолжение следственной деятельности по обоснованию обвинения, по сути, выполняет не свойственную ему обвинительную функцию. Возвращение дела для дополнительного расследования в связи с указанными основаниями при отсутствии соответствующих ходатайств сторон, т.е. если ни обвинение, ни защита не настаивают на этом, может отражать только интересы обвинения, так как тем самым обеспечивается восполнение недостатков именно обвинительной деятельности в ситуации, когда ни прокурором, ни потерпевшим сомнения в доказанности обвинения не устраняются (в том числе в судебном заседании)
(постановление Конституционного Суда РФ от 20.04.1999 N 7-П)
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, неоднократно высказанной в своих решениях, суд не вправе возвращать уголовное дело прокурору в случае неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, а также для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении.
(кассационное определение Верховного Суда РФ от 12.03.2013 N 72-О13-8 )
Уважаемый Александр Александрович, сейчас судьи вовсю применяют новые положения ст. 237 УПК. Я защищал интересы потерпевшей, которая тоже имеет право на справедливый суд. Я вижу только одно, что справедливость в данном деле восторжествовала. Ничего сомнительного здесь нет.
Уважаемый Николай Васильевич, с Вашего позволения продолжу. К вопросу о справедливом суде и о справедливой квалификации деяния.
Сам по себе факт нанесения удара, в том числе ножом, в область жизненно важных органов не свидетельствует об умысле на убийство. В противном случае следует признать, что, например, удар кулаком в область виска следует квалифицировать в соответствии со ст.105 УК РФ, а ч.4 ст.111 УК РФ должна быть отменена за ненужностью.
Об умысле на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, свидетельствует орудие преступления — нож, нанесение ударов ножом в жизненно важный орган — грудную клетку потерпевшего, механизм образования и локализация телесных повреждений у потерпевшего Г. находящихся в причинной связи с наступившими последствиями — причинение тяжких телесных повреждений потерпевшему.
(кассационное определение Верховного Суда РФ от 12.02.2013 N 72-О13-1)
Доводы осужденного Б. об отсутствии у него намерения причинить потерпевшему М.А. тяжкого вреда здоровью, по мнению Судебной коллегии, являются несостоятельными, поскольку орудие преступления — нож и нанесение им ударов в места расположения жизненно важных органов человека — свидетельствует об умысле Б. на причинение тяжкого вреда здоровью.
(определение Верховного Суда РФ от 10.06.2008 N 58-О08-23 )
Уважаемый Александр Александрович, я думаю, что спорить о теории не имеет смысла, поскольку вынесен приговор. Суд встал на сторону потерпевшей и квалифицировал так, как она требовала. Оспорить приговор можно только в законном порядке, или примите его за истину. Вы же юрист.
Уважаемый Николай Васильевич, согласен с Вами, можно. Только буду рад за сторону защиты, если кассационная инстанция отменит решения нижестоящих судов. Поэтому довод о принятии процессуального решения суда 1 инстанции за истину, конечно же, неуместен.
Далее, относительно того, кто на чьей стороне. Вы не находите странным то обстоятельство, что суд встает на сторону потерпевшего в 99,3% дел публичного и частно-публичного обвинения?
Тезис о теории рассматривается как не относящийся к существу вопроса публикации, при этом не может быть принят по причине того, что практика по уголовным делам основывается на теории. К тому же публикация предложена Вами.
Напоследок, о судебной экспертизе. Следственно-судебной практикой выработан критерий, согласно которому в случае наличия противоречий в заключениях двух судебных экспертиз, следует назначить третью экспертизу специалистам более высокой квалификации, которые разрешили бы возникшие сомнения, а не отдавать предпочтение одной из двух, как на это указывает апелляционная инстанция в определении.
О порочности второго заключения экспертов свидетельствует наличие противоречий приведенных в нем сведений фактическим обстоятельствам дела, а именно эксперты указывают, что у подэкспертного не наблюдалось состояния «энергетической разрядки». Вместе с тем свидетель утверждает, что на момент обнаружения подсудимого в лесу тот лежал в сугробе снега, был подавлен, предпринимал действия с целью лишить себя жизни из-за того, что ударил ножом свою жену.
Консультации, дела.
Действую с интересом, спокойно и тщательно, очно и дистанционно.
Дорого, но зато качественно. Все встречи и консультации, в т.ч. дистанционные только по предварительной записи.
Интересное дело. Во главе угла — экспертиза. Вы молодец, что добились проведения дополнительной экспертизы!
спасибо, Юрий Владимирович, решение суда о назначении экспертизы защитой обжаловалось, пришлось проталкивать через Президиум областного суда.
Уважаемый Николай Васильевич, было интересно почитать решение президиума.