Поиск отличий юристов от коллекторов не главное

Иногда, задаваясь вопросом, в чём же разница между юридической компанией, специализирующейся на взыскании долгов на любых стадиях их возникновения (переговоры, освещение в СМИ, судебный процесс, исполнительное производство, возбуждение уголовного дела) и так называемого коллекторского агентства, ответ на него остаётся не всегда очевидным. А учитывая, что у коллекторов порой имеются в штате юристы, а юридические компании, в свою очередь, на практике используют коллекторские методы, то их принципиальные различия становятся ещё более туманными.
Тем не менее, главным для понимания того или иного кредитора должно быть то, что любое силовое воздействие на должника недопустимо в принципе, какой бы услугой это не называлось – юридической или коллекторской. При подобных действиях вполне может быть вменена уголовная ответственность, предусмотренная статьёй 163 Уголовного кодекса РФ – вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества или права на имущество под угрозой применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего (должника) или его близких, которые могут причинить существенный вред его правам или законным интересам. При этом основным обвиняемым по делу может являться именно заказчик такой услуги, он же кредитор, в то время, как сама организация подобных действий сотрудниками правоохранительных органов может быть квалифицирована как совершение преступления, направленного на вымогательство в составе организованной преступной группировки. Такой «уголовный букет» реально грозит лишением свободы на срок до 15 лет с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
Не верится? Судите сами: должнику, который прекрасно знает свои права в связи со взятыми на себя финансовыми обязательствами, ничто не мешает обратиться с заявлением о возбуждении уголовного дела в полицию. (Кстати, забрать такое заявление уже нельзя!) По данной кляузе правоохранительные органы привлекают к ответственности непосредственных исполнителей по горячим следам, особенно в условиях «вездекамерности» и «всепрослушиваемости». Сами исполнители – коллекторы, юристы, – угрожающие должнику, не записывающие переговоры с ним либо оставившие следы побоев, награждаются уголовным делом. Однако в ходе проведения допросов, как нередко это бывает, для смягчения своей участи они, естественно, «сдают» основного заказчика своих услуг, тем самым, скидывая основной груз ответственности на кредитора.
Поэтому сложность самой деятельности, связанной с непосредственным взысканием долгов, и выбор исполнителя такой услуги должен определятся не только наличием у него опыта хождения между Сциллой и Харибдой при истребовании долга, но и его подкованностью в области российского законодательства, а также адекватным поведением при внезапных кризисных ситуациях для обеспечения безопасности кредитора. Такие профессиональные качества присущи на юридическом рынке далеко не всем представителям этой профессии. Но проблема состоит ещё и в том, что портфолио работы подобной фирмы никто не публикует по понятным причинам сохранения и коммерческой тайны, и индивидуальных фирменных методов, поэтому, чтобы взыскателю самому не оказаться на скамье подсудимых, необходимо соблюсти ряд обязательных мер:
1) совместно с исполнителями всегда разрабатывать общую стратегию взыскания долга для чёткого понимания тактики ведения переговорного процесса и дальнейших действий;
2) требовать аудио- и видеоотчетов о проделанной работе для собственного спокойствия и подтверждения профессионального уровня исполнителя;
3) привлекать к подобной работе только публичные компании, зарекомендовавшие себя на рынке.

Михаил Старостин
Юридическая компания
«Правовой совет»
правовойсовет.рф