Уволенные военнослужащие, не признанные в период службы нуждающимися в получении жилого помещения, сохраняют право на его получение от Министерства обороны РФ. Верховный Суд РФ в очередной раз пересмотрел судебную практику

На сегодняшний день проблема получения жилого помещения военнослужащими, по утверждению представителей МО РФ, решается весьма успешно. В печати периодически появляются  доклады должностных лиц, которые в подтверждение сказанного приводят статистические данные о том, сколько человек, признанных нуждающимися и внесенных в Единый реестр военнослужащих, получили квартиры или жилищную субсидию.  Вот, к примеру,  цитата из выступления Министра обороны РФ на внеплановом заседании коллегии военного ведомства, состоявшегося 25.07.2018 года:

«Прежде всего, наконец, удалось снять с повестки дня застарелую проблему нехватки жилья для военных. С 2012 года по настоящее время выполнены социальные обязательства по реализации жилищных прав в отношении более 521 тысячи военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей», — отметил министр.

И далее по тексту:

Благодаря такому нововведению, как предоставление субсидий для приобретения или строительства постоянного жилья, очередь нуждающихся в нем сократилась в 2,5 раза.

Только при всей видимости успеха в разрешении столь важного вопроса, «за бортом» остается проблема, скрываемая, замалчиваемая и никогда не упоминаемая в этих самых докладах и выступлениях.

А суть проблемы в том, что достаточно большое количество бывших военнослужащих (сколько их на самом деле доподлинно неизвестно), честно и добросовестно отслуживших Родине,  заработавших право на получение жилого помещения от МО РФ, но уже закончивших службу и уволенных из рядов ВС РФ,  оказались брошенными этим самым Министерством обороны на произвол судьбы.

В подавляющем большинстве в эту группу входят военнослужащие, оставшихся проживать после увольнения в служебном жилье, в общежитиях, часто вообще не обеспеченные жильем, и которые по различным причинам, в том числе, как например, незнание закона,  прямого злоупотребления со стороны вышестоящих должностных лиц, не были признаны нуждающимися в получении жилого помещения в процессе прохождения военной службы.

 А злоупотребление выражалось в том, что увольняемым военнослужащим, не имеющим жилья, в целях их скорейшего увольнения со службы, командованием предлагались служебные квартиры, и после согласия последних на их получение, их увольняли уже как обеспеченных жильем по установленным нормам.

Соответственно, такие лица сразу же снимались с жилищного учета. По прошествии времени люди начинали понимать, что с ними поступили, мягко говоря, нехорошо, но что-либо исправить становилось невозможным.

Почему так происходит, и как теперь можно поступать в таких случаях, рассказывается в этой публикации.

Часть 1. 

Первоначально обратимся к нормам действующего законодательства, касающегося жилищного обеспечения военнослужащих.  

Исходя из ст. 15 Федерального закона от 27.05.1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» право на обеспечение жилым помещением (жилищной субсидией) имеют следующие категории военнослужащих:

— Военнослужащие, заключившие контракт о прохождении военной службы до 1 января 1998 года,

  — признанные нуждающимися в жилых помещениях,  по месту военной службы, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более — по избранному месту жительства;

— военнослужащие, заключившие первый контракт о прохождении военной службы после 1 января 1998 года, или поступившие на военную службу после этой даты, признанным нуждающимися в жилых помещениях, по достижении общей продолжительности военной службы 20 лет и более, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более  — по избранному постоянному месту жительства.Сюда же можно отнести военнослужащих, уволенных до 1 января 2005 года подлежавших обеспечению жилыми помещениями органами местного самоуправления.

Между тем, в  вышеперечисленном списке к военнослужащим положения закона «О статусе военнослужащих», несмотря на  заявленные  в ст. 15  государственные гарантии предоставления жилого помещения, не применяются в том случае,  если они на момент обращения в жилищные органы МО РФ с заявлением о признании их нуждающимися уже не служат в армии. 

И такие «бывшие» военнослужащие обеспечению квартирами или жилищной субсидией от МО РФ не подлежат.  Чиновники МО РФ, в чьей компетенции находится обеспечение жилыми помещениями, отказывая таким гражданам в постановке на жилищный учет, обосновывают свой отказ тем, что они:

 — утратили связь с армией, 

— не являются действующими военнослужащими,

= жилищные органы обязаны обеспечивать жильем только действующих военнослужащих, и т.д.

 Суды, начиная с середины 2013 года, отказывают бывшим военнослужащим по их искам о признании нуждающимися в получении жилого помещения и в обязании жилищного органа  постановить их на учет.  

Судьи считают отказы жилищных органов МО РФ соответствующими закону, мотивируя это тем, что «нормативные и правовые акты Министерства обороны Российской Федерации, в частности, Приказ МО РФ от 30.09.2010 №1280,
не предусматривают принятие органами военного управления на жилищный учет граждан, не являющихся военнослужащими».

Для примера рассмотрим вкратце два решения по такой категории дел.

Вначале обратимся к практике Верховного суда РФ.

Определение Верховного Суда РФ от 08.09.2016 № 201-КГ16-28

Решением жилищной комиссии Пограничной службы ФСБ России от 27 марта 2015 г., утвержденным руководителем Пограничной службы ФСБ России 3 апреля того же года, Тюрину С.Е. и членам его семьи (четыре человека) отказано в принятии на учет нуждающихся в жилом помещении.

Тюрин С.Е., общая продолжительность военной службы которого составляет более 36 лет, 17 февраля 2014 г. уволен с военной службы по достижении предельного возраста пребывания на военной службе и с 22 апреля того же года исключен из списков личного состава воинской части.

Оставляя в силе решение Московского гарнизонного суда, Верховный суд РФ, указал в своем решении, что реализация военнослужащим своих жилищных прав через федеральный орган исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба, носит заявительный характер и предполагает необходимость постановки военнослужащим соответствующего вопроса до его увольнения с военной службы.

Поэтому после увольнения с военной службы и исключения из списков личного состава части Тюрин С.Е. не вправе ставить перед федеральным органом исполнительной власти, в котором законом предусмотрена военная служба, вопросы, связанные с оценкой нуждаемости его как военнослужащего и членов его семьи в жилом помещении.

Второе решение, на этот раз суда субъекта РФ.

Апелляционное определение Нижегородского областного суда от 22.05.2018 по делу № 33-5932/2018.

Гражданин Н. обратился в Володарский районный суда Нижегородской области  с иском к МО РФ, ФГКУ «Западное РУЖО»,  а также к администрации района о признании права и возложении обязанности поставить его на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении.

В обоснование иска указал, что является ст. прапорщиком запаса, уволен по достижению предельного возраста, в период службы в 1990 году обеспечен служебной квартирой, в которой проживает в настоящее время.  Решением отделения (территориального. г. Нижний Новгород) ему отказано в принятии на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма в связи с тем, что он не является военнослужащим и не имеет право претендовать на жилое помещение по линии Министерства Обороны РФ. 

Суд апелляционной инстанции, оставляя решение районного суда в силе, в качестве оснований привел следующие доводы:

Судом первой инстанции при отказе в иске правомерно обращено внимание на то, что на момент обращения в Отделение ФГКУ «Западное РУЖО» МО РФ с заявлением о постановке на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, Н. не являлся военнослужащим, а относился к гражданам, уволенным с военной службы (статья 2 Федерального закона от 27.05.1998 г. N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), и доказательств что Н. в установленном законом порядке признавался нуждающимся в получении жилого помещения либо, что он состоит в списке военнослужащих (уволенных с военной службы), нуждающихся в получении жилого помещения в избранном постоянном месте жительства (то есть до увольнения с военной службы истец обращался к командованию войсковой части с рапортом о признании нуждающимся в получении жилого помещения по договору социального найма или о постановке в очередь для предоставления постоянного жилого помещения), не представлено.

Таким образом, разрешая требования Н., который на момент обращения с заявлением о постановке на учет нуждающихся в предоставлении жилых помещений по договору социального найма, в уполномоченный орган МО РФ не являлся военнослужащим, суд обоснованно указал, что он не мог быть принят на соответствующий учет, а доказательств его обращения в органы местного самоуправления с заявлением о постановке на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма Н. не представил.

И в качестве дополнения к сказанному приобщаю решение Ивановского гарнизонного военного суда, оставленного в силе Московским окружным военным судом.

Основания отказа в признании нуждающимся в этом решении гарнизонного суда аналогичны первым двум, но интересно другое. В нем наглядно продемонстрировано, как командование части может поступить с военнослужащим, в данном случае, с женщиной, воспользовавшись её незнанием особенностей законодательства, и уволить её  без жилья и в дальнейшем без права на его получение, ни неся при этом никакой ответственности, а в происшедшем обвинить саму пострадавшую.

Вывод: если  военнослужащий при наличии у них основания для получения жилого помещения не обратился с заявлением или рапортом о постановке его на учет в качестве нуждающегося, то будучи уволенным, он уже признанным быть не может.

Согласитесь, что основание, используемом судами для обоснования отказа, напрямую противоречит хотя бы тем же гарантиям, провозглашенным в законе «О статусе военнослужащих». Военный отслужил положенное, жильем нормальным не обеспечен, так как у него квартира служебная, или общежитие из которых выселить могут, и кстати, успешно выселяют. А если уволился, не проявив должного волеизъявления, то прав  лишается сразу. Автоматически и навсегда.

Определенные попытки как-то добиться справедливости были и остаются. Иногда такие споры первоначально даже разрешаются положительно. Но вышестоящие инстанции такие решения отменяют.

В целом на сегодняшний день все они терпят неудачу именно через эти формулировки: «Во время службы нуждающимся не признавался; документов, подтверждающих постановку на жилищный учет, не представил; до исключения из списков личного состава воинской части с просьбой о постановке его на жилищный учет к полномочным на то жилищным органам не обращался».

Часть 2. «Всё течёт и ничто не остаётся на месте»

Выведенный в качестве подзаголовка фразеологизм, первоисточником которого, как принято считать, послужили слова древнегреческого философа Гераклита из Эфеса, как нельзя точно характеризует сложившуюся в настоящее время ситуацию в правоприменительной практике в нашей стране.

В последние годы Верховный суд РФ  постоянно преподносит нам сюрпризы, изменяя казалось бы уже неизменные и  устоявшиеся во времени сложившееся толкование по применению тех или иных правовых норм

Не обошла  эта тенденция и описанную мною выше проблему.

Недавно, когда  внимание всей страны было приковано к чемпионату мира по футболу,, судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ  выносит определение, в котором, анализируя приведенные выше аналогичные обстоятельства, делает совершенно противоположные выводы, диаметрально изменив прежние представления по практике разрешения подобных дел.

Давайте посмотрим, что же изменилось в этот раз.

Определение судебной коллегии по административным делам Верховного суда РФ от 27 июня 2018 года.

Гражданин Марченко А.В. обращается в районный суд с административным иском о признании незаконным решения территориального отделения города Улан-Удэ ФГКУ «Востокрегионжилье», которым ему отказано в постановке на учет в качестве нуждающегося в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма.

Марченко А.В. досрочно уволен с военной службы с зачислением в запас в связи с организационно-штатными мероприятиями,  с 31 марта 2013 года исключен из списков личного состава; выслуга лет в Вооруженных Силах: календарная — 28 лет 4 месяца, в льготном исчислении — 52 года 6 месяцев; является участником ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС; обеспечен служебным жилым помещением по установленным нормам действующего законодательства.

Октябрьским районным судом  г. Улан-Удэ Республики Бурятия административный иск удовлетворен, оспариваемое решение признано незаконным и подлежащим отмене.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Республики Бурятия от 16 января 2017 года решение районного суда отменено и принято новое решение об отказе в удовлетворении административного иска.

Мотивировка отказа:

Марченко А.В. на момент обращения в ФГКУ «Востокрегионжилье» с заявлением о постановке на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма, военнослужащим уже не являлся и, следовательно, не подлежал постановке на соответствующий учет.

В период прохождения военной службы Марченко А.В. нуждающимся в жилом помещении в установленном порядке не признавался, на учете нуждающихся в жилых помещениях в органах Министерства обороны Российской Федерации не состоял. Поэтому решение жилищного вопроса заявителя не входит в компетенцию Министерства обороны РФ.

Как видим, мотивы отмены решения районного суда, на которые ссылается апелляционный суд, полностью совпадают с приведенными выше.

Только в этот раз Судебная коллегия по административным делам Верховного суда РФ с выводами суда апелляционной инстанции не согласилась, оценив обстоятельства дела иным образом.

1. Содержание норм федерального закона «О статусе военнослужащих» указывает на то, что реализация права на жилище военнослужащих, заключивших контракт о прохождении военной службы до 1 января 1998 года, осуществляется путем предоставления за счет федерального органа власти, в котором предусмотрена военная служба, жилых помещений в период военной службы с оставлением им этого жилья при увольнении с военной службы или с условием его сдачи для последующего обеспечения жильем по избранному месту жительства.

Кроме того, согласно п. 1 Правил признания нуждающимися в жилых помещениях военнослужащих — граждан РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 29 июня 2011 года № 512, признание нуждающимися в жилых помещениях военнослужащих — граждан РФ, указанных в абзацах третьем и двенадцатом п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», осуществляется по основаниям, предусмотренным ст. 51 Жилищного кодекса РФ, уполномоченными органами федеральных органов исполнительной власти и федеральных государственных органов, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба.

Изложенное свидетельствует о том, что при увольнении Марченко А.В. с военной службы подлежал рассмотрению вопрос о том, является ли административный истец нуждающимся в улучшении жилищных условий по избранному месту жительства.

2. На момент увольнения со службы Марченко А.В. был обеспечен только служебным жильем, из которого в дальнейшем выселен по решению суда.

Материалы административного дела не содержат сведений о том, что административный истец и члены его семьи, в отношении которых принято оспариваемое решение ФГКУ «Востокрегионжилье», имеют в собственности либо на другом праве какие-либо иные жилые помещения; не представлено соответствующих доказательств и административным ответчиком.

Суд первой инстанции установил, что заявителем в ФГКУ «Востокрегионжилье» представлены все документы, перечисленные в приказе Министра обороны Российской Федерации от 30 сентября 2010 года № 1280 «О предоставлении военнослужащим Вооруженных Сил Российской Федерации жилых помещений по договору социального найма и служебных жилых помещений».

Отменяя решение суда и признавая законным оспариваемое решение, суд апелляционной инстанции указал, что Марченко А.В. уволен с военной службы в 2013 году и предусмотренные Федеральным законом «О статусе военнослужащих» гарантии в жилищной сфере на него не распространяются.

Однако вопрос о признании нуждающимся в жилом помещении по договору социального найма как лица, находящегося в запасе и не обеспеченного жильем, административным истцом не ставился.

Марченко А.В. ссылался на неправомерное увольнение его с военной службы без предоставления жилья и без принятия решения о признании его нуждающимся в предоставлении жилого помещения. Фактически заявитель просит признать его нуждающимся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма как военнослужащего, подлежащего увольнению, так как именно в этот период его права и были нарушены, а не как гражданина, находящегося в запасе.

Само по себе увольнение с военной службы не может служить основанием для лишения военнослужащего права на жилище, гарантированного статьей 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

Кроме того, вопросы нуждаемости в предоставлении жилых помещений для военнослужащих, которые подлежат увольнению в связи с организационно-штатными мероприятиями, решаются не органами местного самоуправления, а специализированными организациями Министерства обороны Российской Федерации.

Из изложенного вытекают два вывода:

1. Соблюдение жилищных прав военнослужащих является обязанностью органов военного управления, а не только исключительно личной проблемой самого военнослужащего.
2. Увольнение военнослужащего и исключение его из списков части не освобождает уполномоченные органы жилищного обеспечения МО РФ от обязанности обеспечить военнослужащего и членов его семьи жилым помещением при условии, что для признания нуждающимся в получении жилого помещения имеются все предусмотренные законом основания, если даже гражданин обратился с заявлением уже после его исключения из списков части. 

 Все перечисленные выше аргументы, на которые прежде ссылались жилищные органы, не могут теперь иметь юридического значения, и следовательно,  не могут быть положены в основу отказного решения суда.

Теперь у граждан, оказавшихся в аналогичной ситуации, и уже утративших надежду,  наконец появилась возможность реализовать заслуженное ими право на достойное жилье, которого они до этого были лишены.

А мне остается только пожелать им успехов в этом нелегком деле.

Адвокат Нестеров Сергей Николаевич. Ивановская область. г. Тейково