Отказ от медицинского освидетельствования на состояние опьянения (ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ)

В судебной практике по делам об административных правонарушениях в области безопасности дорожного движения, достаточно часто можно встретиться с версией привлекаемого лица, заключающейся в том, что автомобилем оно не управляло и соответственно водителем не являлось. Такая версия выдвигается для обоснования незаконности проведенного освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) медицинского освидетельствования на состояние опьянения. 

К сожалению, эта версия, как к слову и многие другие, мировыми судьями воспринимается скептически. Доказательства, опровергающие позицию инспектора ДПС о том, что гражданин управлял автомобилем непосредственно перед составлением административного материала, как правило добыть очень тяжело, я бы сказал практически невозможно. К показаниям свидетелей, являющихся друзьями (знакомыми, родственниками) предполагаемого водителя, мировые судьи не прислушиваются, ссылаясь на их заинтересованность и дружеские отношения. При этом, в моей практике не было ни одного случая привлечения такого «заинтересованного свидетеля» к административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Что же касается показаний инспекторов ДПС, то им «оснований не доверять» нет, т.к. они исполняют государственную функцию и не преследует какой-либо личной заинтересованности.

Несмотря на то, что я категорически не согласен с такой формулой мировых судей, но при отсутствии опровергающих факт совершения правонарушения доказательств, она с правовой точки зрения худо бедно может быть принята.

А что если в материалах дела имеются бесспорные, очевидные доказательства (помимо показаний свидетелей либо наряду с ними), подтверждающие ту самую версию гражданина о том, что он не был водителем?

Лично я всегда вспоминаю, ставший, по-моему мнению, уже хрестоматийным кейс ВС РФ.

Если кратко, то его фабула заключается в том, что инспектор составил протокол в отношении гражданина по части 1 ст. 12.26 КОАП РФ. Гражданин изначально утверждал, что водителем не являлся, а лишь занимался ремонтом автомобиля рядом со своим домом. При этом, при рассмотрении дела было установлено, что на момент вменяемого правонарушения на автомобиле отсутствовала корзина сцепления, а потому гражданин физически не мог управлять им.

В кейсе ВС РФ, о котором я хочу рассказать в этой публикации «водитель» также утверждал о том, что он не являлся водителем, т.е. субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.26 КОАП РФ.

В подтверждение версии привлекаемого лица, его защитником было заявлено ходатайство об истребовании из ООО «Яндекс Драйв» сведений о перемещении спорного автомобиля в интересующий период времени. Судом данное ходатайство было удовлетворено.

ООО «Яндекс Драйв» суду была предоставлена детализация поездки, согласно которой следовало, что арендованный автомобиль в период с 04 час. 25 мин. до 06 час. 14 мин. движения не осуществлял.

Это обстоятельство имеет очень важное значение, т.к. согласно протоколу об отстранении от управления транспортным средством, «водитель» управлял им в 05 час. 00 мин.

По-моему мнению, ООО «Яндекс Драйв» при всем желании нельзя отнести к заинтересованным в исходе дела лицам, т.к. он предоставляет в аренду тысячи автомобилей ежедневно.

Таким образом, в материалах дела имелись доказательства, подтверждающие версию привлекаемого лица о том, что он не являлся водителем. Но, герою нашей истории, пришлось «идти» до ВС РФ, чтобы доказать, казалось бы очевидные факты.

ВС РФ, отменяя состоявшиеся судебные акты и прекращая производство по делу, указал следующее:

«Вместе с тем, выводы в судебных актах об управлении ФИО транспортным средством … года в 05 часов 00 минут вступают в противоречие с ответом, полученным из ООО «Яндекс Драйв», согласно которому, с 04 часов 25 минут по 06 часов 14 минут транспортное средство «Renault Kaptur», государственный регистрационный знак ………. движения не осуществляло.

Мотивы, по которым достоверными относительно обстоятельств вмененного административного правонарушения признаны одни доказательства и отвергнуты другие, в обжалуемых актах по делу об административном правонарушении фактически не приведены, возникшие противоречия не устранены.

В связи с вышеизложенным в данном случае нельзя сделать однозначный вывод о законности требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования ФИО именно как лицом, управляющим транспортным средством».

Постановление ВС РФ от 08.04.2020 года № 5-АД20-45.