Возражения налогоплательщика на акт проверки и апелляционная жалоба признаны налоговыми органами обоснованными.

В более ранних публикациях я несколько вскользь коснулся того, что четко проявляется следующая  тенденция — в последнее время налоговые органы при привлечении к налоговой ответственности по результатам проверок стали более внимательно относиться к доводам представителей налогоплательщика, приводимых в процессе досудебного урегулирования налоговых споров.  Если раньше, после Акта налоговой проверки, его выводы практически дословно воспроизводились инспекцией в решении о доначислении налогов и штрафных санкций, и решение оставалось в 95% случаев неизменным вплоть до суда, то сейчас доводы проверяющих лиц становятся объектом досконального изучения как руководителя ИФНС, принимающего решение, так и вышестоящего налогового органа, рассматривающего апелляционную жалобу.

Является ли это результатом переосмысления налоговыми органами принципов работы или пониманием того, что слишком ортодоксальная позиция часто влечет взыскание с государства судебных  расходов на оплату услуг представителя я не знаю, но думаю, что факторов для  расширения описываемой тенденции много и они присутствуют в комплексе.  Конечно, немалое значение имеет и доступная всем, в большей мере единообразная практика арбитражных судов по тем или иным вопросам, связанным с налогообложением, а так же явно выросший за эти годы уровень работающих в налоговых органах специалистов.

В размещаемом материале нет судебных решений, поскольку доводы налогоплательщика были приняты налоговыми органами в два этапа. Сначала по результатам возражений налогоплательщика были приняты доводы о реальности сделок с одним контрагентом, который, по мнению проверяющих, являлся «фирмой-однодневкой», а затем по результатам рассмотрения апелляционной жалобы Управление ФНС решило, что нет оснований считать, что по сделке с другой фирмой, «обладающей подобными признаками», налогоплательщик получил необоснованную налоговую выгоду.  Таким образом, претензии связанные с неуплатой налога на прибыль и возмещением НДС на сумму более 2,5 миллионов рублей, по сделкам с этими фирмами были сняты во внесудебном порядке.

При этом основанием для инспекции для принятия возражений налогоплательщика по сделке с ООО «Премьер-строй» явилось то, что  экспертиза не смогла установить подписаны документы директором контрагента или иным лицом в связи со сменой фамилии свидетеля-директора (размещается только этот 19 лист решении я ИФНС ввиду большого объема).  Следовательно, все иные критерии определения фирмы как однодневки (не предоставление отчетности, массовый учредитель, отсутствие персонала, оборудования, отсутствия адреса, офиса и т.д.), без данных экспертизы подписания документов имеют явно недостаточное  доказательственное значение.
В основу этого и были положены основные доводы налогоплательщика, содержащиеся в апелляционной жалобе. Результаты экспертизы подписи директора второй фирмы были поставлены под обоснованное сомнение в связи с тем, что образцы его подписи были получены не в рамках налоговой проверки – 4 марта 2010 года, тогда как проверка проводилась с 1 апреля 2010 года.  Резонным был вопрос жалобы: Если по поручению налогового органа 11.06.2010 года действительно проводился допрос ИХХХХХ В.В. то, что мешало в этот же день получить его экспериментальные образцы подписи для производства исследования?»
В качестве оснований для изменения решения инспекции Управлением не было указано на нарушения связанные с проведением экспертизы, однако, на мой взгляд, указанный факт предопределил принятие Управлением иных доводов налогоплательщика о том, что ООО «ООООО» вообще то сдавало налоговую отчетность, имело строительную лицензию, а работы, выполненные им на условиях субподряда приняты у налогоплательщика Заказчиком строительства и т.д.
 
Любопытно, что решение ИФНС было вынесено 31 декабря 2010 года. Что это было — «подарок» налогоплательщику или уже отмечали  Новый год я так и не понял.  Так что в далекий и снежный Салехард на суд я не поехал, чему нисколько не огорчен…  Был, и еще не раз, надеюсь, буду.
 
* Наименование второго контрагента изменено.