С Постановлением о прекращении уголовного дела в отношении А.А. Карабчук, вынесенным 22 ноября 2012 года судьей Московского районного суда Санкт-Петербурга Ю.Н. Русановой, ни Александра Александровна, ни я не согласились, и нами (не без помощи уважаемых коллег-праворубцев) были подготовлены кассационные жалобы и дополнения к ним.
11 апреля 2013 года в Санкт-Петербургском городском суде состоялось судебное заседание, в ходе которого наши кассационные жалобы и дополнения к ним были рассмотрены.
Александрой Александровной было заявлено ходатайство об отказе от назначенного судом адвоката, производстве аудиозаписи судебного заседания и о проведении открытого судебного заседания. Для разрешения заявленного ходатайства судебная коллегия удалилась в совещательную комнату, а затем нам было оглашено — назначенного судом адвоката от дальнейшего участия в деле освободить, разрешить А.А. Карабчук вести аудиозапись судебного заседания, а в рассмотрении дела в открытом судебном заседании отказать. Всем присутствующим, не являющимся участниками процесса, пришлось покинуть зал судебного заседания. При этом в нарушение требований ст. 241 УПК РФ никаких конкретных обстоятельств, послуживших основанием для принятия решения о проведении закрытого судебного заседания, судебная коллегия не сообщила.
Сразу замечу, что никаких медицинских документов (и даже акта СПЭ) в ходе судебного заседания оглашено не было. Собственно, и рассмотрения как такового практически не было — не было задано ни одного вопроса. В ответ на доводы защиты, изложенные на нескольких десятках страниц жалоб, прокурор высказалась как обычно кратко — все законно и обоснованно, нарушений нет.
Итог — Постановление Московского районного суда от 22.11.2012 года оставлено без изменений, кассационные жалобы без удовлетворения. Суд кассационной инстанции не только не исправил нарушения, допущенные при рассмотрении дела районным судом, но и допустил не менее грубое нарушение уголовно-процессуального закона, само по себе являющееся основанием для отмены принятого решения.
Впереди надзор.
| 1. | Кассационная жалоба | 75 KB | 15 | |||
| 2. | Дополнительная кассационная жалоба | 122.5 KB | 11 | |||
| 3. | Дополнительная кассационная жалоба Карабчук | 169.5 KB | 9 | |||
| 4. | Кассационное Определение от 11 апреля 2013 года | 4.4 MB | 6 | |||
| 5. | протокол судебного заседания 11 апреля 2013 года | 1.8 MB | 6 | |||
| 6. | Надзорная жалоба | 170 KB | 8 |


Уважаемая Елена Владимировна!
Дело очень сложное — давность, плюс, как я предполагаю, заказное. Поразил отказ суда от проведения открытого заседания, которое возможно закрыть только лишь с согласия Вашей доверительницы, а она как раз настаивает на открытости, что лишний раз позволяет усомниться в правосудности вынесенного решения.
В остальном могу только пожелать Вам обоим удачи и поделиться моральной поддержкой.(hi)
Спасибо, Евгений Алексеевич!
Елена Владимировна, успехов Вам и удачи, справедливости и законности в вашем нелегком деле.
Спасибо, Наталья Евгеньевна!
Еще беспредел росийской судебной карательной психиатрии.
Спасибо Гражданской комиссии по правам человека города Москвы за достижения в борьбе с карательной психиатрией.
Новость.
Благодаря железным аргументам адвоката Елены Владимировны Ротькиной, дело надзорная инстанция городского суда Санкт-Петербурга истребовала из Московского районного суда СПб.:)
Пока так.
Спасибо, уважаемый Евгений Алексеевич.
Мне нечего скрывать, не совершала преступления, не было и нет Славу Богу заболевания шизофрения паранойяльная.
Был невроз — тогда с ним держали на учете, но в один миг психиатр ПНД № 8 Московского раона Санкт-Петербурга Наумченко Нонна Михайловна ( до сих пор работает бесценным незаменимым кадром — где -то 75 — 80 лет ей ) сообразила по желанию заинтересованных лиц шизофрению.
Пшик… готово…
Александра Александровна, мужества Вам и сил. Поражаюсь мужеству и терпению людей, которые в нашей стране добиваются правды. Успехов и справедливости!
Спасибо, уважаемая Наталия Евгеньевна.
Полагаю Елена Владимировна приложила большие усилия для написания жалоб.
Победа должна быть в надзорной инстанции — судьям надзорной инстанции верить можно.