Как ни покажется странным, дело было в Москве. Февраль 2017 года. Обычный двор между двух пятиэтажных хрущевок.
Мой подзащитный — мужчина средних лет. Назовем его Павел. Совершенно неконфликтный человек. Опытный собаковод. Вел просветительскую работу, вежливо объясняя другим владельцам собак, что продукты жизнедеятельности их питомцев следует убирать в мусорные контейнеры.
И все было бы хорошо, но его настойчивость не понравилась другому собаководу — старшему по дому, по совместительству помощнику главы управы района Северное Измайлово. Назовем его Николай.
Последний указанный, на все входящие просьбы отвечал грубым отказом, мотивируя это тем, что поганая лимита, коей по его мнению является мой подзащитный, не обладает правом указывать коренным москвичам на то, что продукты жизнедеятельности собак загрязняют окружающее пространство. Не барское де это дело, собачьи экскременты за своим питомцем убирать!
В какой-то момент, герой нашей странной истории устал от этого барского тона соседа и решил его проучить. Увидев очередной пример халатного отношения соседа к правам ни в чем не повинных граждан, вынужденных по этим собачьим «минам» ходить, он собрал эти «мины» соседской собаки в пакет и положил соседу на капот его машины.
Такова завязка нашей истории.
Прошло пару дней. Мой подзащитный увидел как сосед паркуется у дома. Настроение было хорошее и портить его разборками совсем не хотелось, поэтому он развернулся и пошел в противоположную сторону, но уйти не успел.
Николай догнал его, начал оскорблять, хватать за одежду, толкать. Чуть позже и вовсе набросился на моего подзащитного с кулаками. В ответ на все это Павел продемонстрировал наличие у него устройства самообороны, для приобретение которого не требуется разрешение на оружие. Устройство не применял. После конфликта сразу же позвонил в полицию и сообщил о произошедшем.
Видеозапись инцидента: https://youtu.be/9VAHjiuPPH4
Поняв, что разбить Павлу лицо не получается, Николай решил написать на него заведомо ложный донос о том, что Павел угрожал ему убийством, а угрозы подкрепил тем, что приставил это устройство самообороны Николаю к голове. Лжесвидетель нашелся быстро — Николай был с супругой.
В обычной ситуации, уверен, без проверки дело не возбудили бы. Но часть 1 ст. 116 УК РФ как раз отменили. План у полицейских горел синим пламенем. В общем… За один единственный день, только лишь на основании показаний свидетеля и «потерпевшего» возбуждают дело по ч.1 ст. 119 УК РФ.
Дальше начинается такое, что даже бывалые и более опытные коллеги, адвокаты и судьи удивлялись тому, как мы все дошли до жизни такой.
На допросе Павел решил рассказать правду, как она была на самом деле. Пистолет доставал. Предупреждал, что будет применять в ответ на насилие.
Во первых строках подозреваемый заявляет ходатайство о выемке видеозаписей с камер видеонаблюдения. Получает от дознавателя отказ с мотивировкой «предварительный просмотр показал, что камеры не охватывают место совершения преступления». Ничего. Получаем записи сами. Конфликт, как видно выше, присутствует.
Далее дознаватель проводит осмотр предметов — приобщенной нами флешки с видеозаписями. Итогом указанного осмотра явился протокол в котором: неверно указан адрес камеры; указаны несуществующие понятые (адресов указанных в протоколе не существует). В учетом событий описанных абзаце выше, в действиях дознавателя налицо ч.1 ст. 303 УК РФ.
Находим четырех свидетелей — очевидцев. Из них допрашивают только двоих. На допросах пугают всем, чем только можно. Итог — несвязные показания ни о чем.
На каждый отказ дознавателя в удовлетворении ходатайств защиты, планомерно подаем жалобы по ст. 123 УПК РФ. Не знаю норма это или нет, но ни одного ответа получено не было, а те, что были, к существу жалоб не относились.
Подходят сроки дознания. Прокурор не глядя подписывает обвинительный акт — и так сойдет. Дело направляется в суд.
Как мне потом сообщили, первым тревогу забил мировой судья, которому попало дело. Не хотел к производству принимать, но позже прокуратура его все-таки уговорила.
Показания потерпевшего выглядят следующим образом:
Увидел, как сосед гуляет с собаками без поводков, подошел сделать замечание, а он в ответ на это начал ругаться нецензурной бранью. Я подошел к нему объяснить, чтобы он больше так не выражался. Схватил его за куртку и в этот момент сосед достал пистолет и с криком «убью, застрелю» приставил к моей голове. Я другой рукой отбил пистолет, оттолкнул его и сказал, что вызову полицию. После этого мы разошлись.
На суде выяснилось и было доказано что:
1. Угрозы и оскорбления во время конфликта звучали в адрес подсудимого от «потерпевшего», а не наоборот;
2. Потерпевший применял к подсудимому физическую силу — толкал, хватал за одежду, пытался ударить.
3. Потерпевший целенаправленно врал суду о том, что это первый конфликт между ними;
4. Потерпевший врал суду о том, как именно ему приставили к голове пистолет.
Заявляем о преступлении дознавателя. Итог — частное определение не выносилось. Заявление перенаправлено в МРСО СК РФ.
Итог: приговор обвинительный. При этом, приговором установлено, что да, потерпевший толкал подсудимого и кричал на него. И это… является смягчающим обстоятельством. Финиш. Пишем апелляцию.
На апелляции выясняется, что прокуратура так же подала представление на приговор… спустя месяц после его оглашения. Ходатайство о восстановлении срока судом первой инстанции не удовлетворено. На Постановление об отказе в восстановлении срока так же подано представление.
В качестве причины пропуска сроков указано «решение не было вовремя сдано на проверку».
В самом апелляционном представлении не содержится (!!!) требование о более тяжком наказании, а просительная часть представления заключается в том, что прокуратура просит вернуть дело на новое рассмотрение (!!!).
Суд апелляционной инстанции все требования прокуратуры удовлетворят. Договорились значит. Дело направляется на новое рассмотрение.
Заявление о преступлении дознавателя в настоящий момент не рассмотрено. Жалуемся в прокуратуру, пока толку ноль. Покрывают значит.
Продолжение следует...
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
| 1. | Фальсификат дознавателя | 3 MB | 36 | |||
| 2. | Приговор первая инстанция первое рассмотрение | 2.9 MB | 27 | |||
| 3. | Апелляционное постановление | 6.9 MB | 37 |
Уважаемый Дмитрий Игоревич, а как Вам такая версия — в ответ на полученные удары, понимая, что собаки могут встать на мою защиту, в результате чего гр-н… может серьезно пострадать, продемонстрировал разрешенное, нелетальное оружие самообороны, предупредив о возможности его применения.
В отношении дознавателя я бы направил сообщение о совершенном преступлении в местный отдел СК РФ.
А, вообще, по моему мнению, оружие существует не для того, чтобы им размахивать; достал — применяй…
В местный отдел СК РФ наше заявление о преступлении направил суд, поскольку оно заявлялось в судебном заседании. Пистолетом он и не размахивал. Просто переложил из кармана в карман в первый раз, а второй раз достал только в ответ на уже совсем агрессивные действия. В этот момент он его применять не мог, поскольку был ближе 1 метра от нападавшего.
Идея хорошая, но, будете смеяться, на процессуально важно доказать что его собаки — милее котиков. Это один из аргументов против позиции лжесвидетелей.
Уважаемый Дмитрий Игоревич, пистолетом можно и не размахивать — для ст. 119 УК РФ (подлейшей — на мой взгляд), достаточно его демонстрации. Расстояние не имеет значение с точки зрения оценки «не мог» и «был не вправе» — стреляют и в упор, так что, на этом я бы внимание особо не акцентировал — палка о двух концах.
А «свидетели», как я понимаю, все заслуженные кинологи, разбирающиеся в этологии, и знающие, что это такое:)
Уважаемый Андрей Юрьевич, да, демонстрации достаточно. Но только с умыслом, направленным на преступление) Посмотрите видео. Там без слов все понятно кто в действительности на кого напал. В качестве доказательств обвинения в деле — только показания лжедоносчика и лжесвидетеля. В пользу нашей версии говорят четверо очевидцев, двое свидетелей которые подтверждают наличие ранее конфликтов. Плюс один свидетельствует о том, что сам потерпевший говорил ему о том, что у него был повод для сведения счетов. Кроме того, я нигде не встречал приговора по ст. 119 УК РФ, в котором субъект преступления угрожал бы предметом, который конструктивно не в состоянии причинить кому бы то ни было даже вреда здоровью средней тяжести.
Уважаемый Дмитрий Игоревич, поскольку, в Вашем случае, ни слова не говорится о том, что это было за средство, я исхожу из того, что оно могло быть идентифицировано потерпевшим, как оружие.
На допросе Павел решил рассказать правду, как она была на самом деле. Пистолет доставал. Предупреждал, что будет применять в ответ на насилие.
Теперь, об умысле — подлость ст.119 УК и заключается в том, что в основу обвинения ложится субъективное восприятие потерпевшим степени гипотетической опасности — осознание обвиняемого этого восприятия, уже принимается априори.
При применении ст.119 УК, как и ст.116 УК в ее прежней редакции, виновным оказывается тот, кто «добежит вторым», или же, вообще не сочтет нужным прибегать.
Уважаемый Андрей Юрьевич, вы безусловно правы. Только степень восприятия потерпевшим опасности в нашем случае роли не играет, поскольку мы доказываем, что на подсудимого было совершено нападение, ввиду чего он действовал со всей присущей ситуации разумностью, предусмотрительностью и эквивалентностью
Уважаемый Дмитрий Игоревич, самые непредвзятые свидетели, собаки.
Их поведение указывает, что острого конфликта между людьми не было.
Толчки имели исключительно дружественный и шутливый характер.
Думаю, Андрей Юрьевич разовьёт эту мысль.
Уважаемый Александр Валерианович, то-то они врут что вообще не толкал его никто) и еще что это он ругался на них нецензурной бранью, а они тихо пытались его утихомирить. Я же говорю. Там свидетельских показаний много. А восприятие опасности у каждого свое. Кто-то и меньшего испугается.
В местный отдел СК РФ наше заявление о преступлении направил суд, поскольку оно заявлялось в судебном заседании.Уважаемый Дмитрий Игоревич, Вы бы еще в кассации это заявление подали.
Вообще было бы весело.:)
А так все безупречно и добротно сработано. Ну может быть, за исключением «преступления» дознавателя. Это лихер.
Уважаемый Владимир Александрович, Вы бы видели этого дознавателя. По-свински общалась со свидетелями и подозреваемым. Намеренно создала ситуацию, в которой ключевой свидетель не попал в дело на стадии дознания. И эта женщина, дознаватель, преподает! Преподает, Карл! В учебных учреждениях полиции! Я не могу себе позволить, чтобы будущее поколение коллег сталкивалось с таким же безобразием. Мне не хочется до конца жизни называть полицейских мусорами. Я хочу дожить до времени, когда их все-таки будут уважать, а не плевать в спины как сейчас. Это же от каждого из нас зависит. Можете называть меня идеалистом)
Про кассацию… А как еще сподвигнуть прокуратуру к тому, чтобы она наконец-то начала осуществлять надзор за полицией, а не заметать жалобы под стол?!
Уважаемый Дмитрий Игоревич, идеалист Вы мой!
Да все здорово было проделано. И сбор доказательств и встречка.
Встречка чуть позднее, чем нужно было.
А за прокуратуру и полицию не беспокойтесь. Все они делают верно. Играют ровно настолько, насколько Вы им позволяете.
Такая ИГРА.
И эта женщина, дознаватель, преподает! Преподает, Карл!В этом, кстати, ничего плохого нет:) Она преподает со «своей колокольни», никто не запрещает Вам преподавать со «своей».
Уважаемый Владимир Александрович, встречку я проморгал, признаюсь честно. Только в суде заметил. Это мое первое уголовное дело, которое веду самостоятельно.
Уважаемый Дмитрий Игоревич!
Ваша тактическая ошибка заключается в том, что зная позицию и поведение дознавателя, Вы допустили поход свидетелей к ней без адвоката.
Уважаемый Евгений Викторович! Адвокат был конечно.
Уважаемый Дмитрий Игоревич! Находим четырех свидетелей — очевидцев. Из них допрашивают только двоих. На допросах пугают всем, чем только можно. Итог — несвязные показания ни о чем. А что же тогда в это время делал адвокат, если дознаватель так себя вёл? И почему показания не связано записаны, ни о чём?
Уважаемый Евгений Викторович, не буду критиковать коллегу. Бывает плохое стечение обстоятельств и это как раз тот случай. Слишком пугливый свидетель и слишком наглый дознаватель. Подскажите лучше, как более опытный коллега. Как быть с ситуацией, когда заявление о преступлении дознавателя не рассмотрено, а прокуратура покрывает это преступление и не рассматривает жалобы на бездействие? Про жалобы в окружную и городскую прокуратуру понятно. А кроме этого еще есть какие-нибудь варианты как пробить эту стену?
Уважаемый Дмитрий Игоревич.
Подсказывать не зная Конкретики, не в моих правилах. Устройте мозговой штурм с коллегами, которые знакомы с материалами дела.
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
Рейтинг публикации:
«Статья 119 УК РФ как последствие самообороны не сопряженной с насилием»
3
звезд из 5
на основе 18 оценок.
Дорого, но зато качественно. Все встречи и консультации, в т.ч. дистанционные только по предварительной записи.
Консультации, дела.
Действую с интересом, спокойно и тщательно, очно и дистанционно.
Уважаемый Дмитрий Игоревич, я надеюсь, что ещё до нового рассмотрения сдвинется с мёртвой точки заявление о фальсификации доказательств, у новому рассмотрению дела, «коренной» чиновник потеряет свою должность, что позволит суду вынести действительно правосудный приговор.
Уважаемый Иван Николаевич, боюсь все не так просто. Есть мнение, что прокуратура намеренно покрывает преступление дознавателя с целью скрыть свой очевидный ляп с подписанием без проверки обвинительного акта. Но спасибо Вам! Стараемся.