Ошибка следствия, выявленная при вынесении Приговора

Недавно в Симоновском районном суде г.Москвы произошел курьезный случай, когда ошибка следствия не была выявлена в ходе судебного разбирательства ни стороной защиты, ни стороной обвинения, а была вскрыта судом после удаления в совещательную комнату для постановления Приговора.

И так по порядку.

В это дело я вступил в качестве защитника Иванова на стадии судебного следствия по назначению суда. У другого обвиняемого Петрова еще со следствия было два защитника по соглашению. Надзор за расследованием осуществляла окружная прокуратура.

Иванов и Петров обвинялись в том, что мошенническим образом группой лиц по предварительному сговору пытались похитить у Смирнова, являющимся бывшим сотрудником МВД, значительную сумму в американских денежных знаках под предлогом его устройства заместителем Префекта одной из префектур г. Москвы через влиятельных лиц в руководстве ФСБ России (ч.3 ст. 30 – ч.4 ст. 159 УК РФ).

Естественно, что Смирнов, являясь в подобных делах гораздо более опытным, чем те, кто пытался его «трудоустроить», сразу же догадался об истинных намерениях будущих обвиняемых и все последующие переговоры и передача «вознаграждения» происходили под непосредственным контролем правоохранительных органов.

Уголовное дело слушалось чуть боле полугода и вот наконец-то закончили исследование всех доказательств, прокурор и защитники выступили со своими итоговыми речами, подсудимые произнесли свое последнее слово и суд удалился в совещательную комнату для постановления Приговора.

Каково же было всеобщее удивление, когда вместо Приговора суд огласил Постановление о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Из описательно-мотивировочной части Постановления следует, что несмотря на то, что Иванов и Петров обвиняются в покушении на мошенничество группой лиц по предварительному сговору, тем не менее, в описании предъявленного обвинения указан разный способ совершения мошеннических действий: Иванов — путем обмана, Петров — путем злоупотребления доверием, что исключает квалификацию их действий по признаку предварительного сговора группой лиц.

При этом обвинение построено таким образом, что без единого умысла и согласованных действий подсудимые достичь преступного результата не могли, так как их роли были заранее распределены и каждый из них действовал для достижения общей цели.

Сторона защиты указанный нюанс пропустила, так как каждый адвокат читал только то обвинение, которое было предъявлено его подзащитному, обоснованно предполагая при этом, что другому фигуранту дела предъявлено аналогичное по способу исполнения преступного деяния обвинение.

С Постановлением суда не согласился окружной прокурор. В апелляционном представлении он указывает, что понятия «обман» и «злоупотребление доверием» являются тождественными, а потому не свидетельствуют о вменении разного способа совершения мошеннических действий!!!

По мнению прокурора никаких нарушений Закона не допущено, поскольку описание способа совершения инкриминируемого обвиняемым деяния дано в полном объеме.