Взыскание заработной платы. Результат ошибки юрисконсульта

В последнее время вопросы трудовых споров стали довольно актуальными. В связи с этим мне вспомнился один уже очень давний случай из судебной практики, где по первой инстанции была командная работа представителей юридического лица, а в кассационной инстанции автор данной публикации был единственным представителем юридического лица.

В целом данный казус был из разряда курьёзов. Еще до того, как я трудоустроился в организацию соцзащиты в ней работал водителем будущий истец по данному делу. И в период работы он обратился в суд с иском из серии «Заплатите мне ещё раз ту же сумму за тот же период, которую Вы мне уже заплатили». В итоге цена иска составила чуть менее 70 тысяч рублей (впоследствии исковые требования были уменьшены). Исковое заявление было составлено адвокатом. Этот же адвокат представлял интересы истца в суде.

Насколько помню с материалами дела ознакомлялся в День юриста (03.12.2010 г.). А предварительное судебное заседание было назначено уже на 13.01.2011 г.

Дело же рассматривалось судом почти год (вместе с кассационной инстанцией 12 судебных заседаний). Здесь было и истребование доказательств, и болезнь судьи, и мой ежегодный отпуск, неявка истца, перерывы, отложение судебного заседания по иным причинам, и, как сказал выше, уменьшение заявленных требований по иску… Были и повторные ходатайства, так как при первом их заявлении суд отказывал в удовлетворении ходатайств, а при повторном их заявлении соглашался с доводами, что тот или иной довод оппонента следует проверить. Дело, кстати, находилось в производстве самого председателя суда (сейчас он в отставке, пенсионер).

Для меня же дело было интересно следующим: 1) разобраться в области трудовых правоотношений и трудовых споров; 2) четко разделять работу в условиях ненормированного рабочего дня и в особенностях сверхурочных работ; 3) постараться максимально снизить заявленные истцом исковые требования – если возможно, добиться отказа в удовлетворении исковых требований.

Со стороны же истца и его представителя основной упор делался на сверхурочность работ и постоянное привлечение водителя к работе за пределами установленной продолжительности рабочего времени, когда в условиях ненормированного режима рабочего времени подобное привлечение должно быть эпизодическим. В отдельные дни водитель, действительно, работал до 15-18 часов в смену – это было связано с командировками в Красноярск и в Хакасию.

Несколько забегая вперёд, можно сказать что суд первой инстанции присудил сущие копейки истцу и то, так как предыдущий юрист допустил одну очень маленькую, но существенную ошибку. Суд кассационной инстанции (Красноярский краевой суд), рассмотревший кассационную жалобу истца, оставил решение суда первой инстанции без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения. Само Определение Красноярского краевого суда кое-как нашёл на «Судакте», так как непосредственно на сайте Красноярского краевого суда судебные акты стали размещаться только с 2012 года.

В первую очередь, был предоставлен отзыв на исковое заявление, в котором просили отказать в удовлетворении исковых требований, тем более, что необходимо было истребовать ряд документов от истца. Естественно, были далее заявлены ходатайства об истребовании доказательств. Заявление подобных ходатайств привело к тому, что истец на 10 с небольшим тысяч уменьшил заявленные исковые требования. Впоследствии, правда, попытался «отыграть» сумму назад, причем в большем размере, чем первоначально заявленные исковые требования, но это ему не помогло.

Также предоставлялись документы, опровергающие доводы истца – справки, расчёты, ходатайства об исключении доказательств, представленных истцом.

Уже ближе к судебным прениям был представлен документ со ссылкой на так называемый Руководящий документ № 2, более известный как РД 03112178-1023-99 «Сборник норм времени на техническое обслуживание и ремонт легковых, грузовых автомобилей и автобусов». После пересмотра отработанного истцом времени, с учетом норм времени, установленных поименованным Сборником, в итоге получилось так, что не учреждение должно истцу, как он утверждал, а истец должен учреждению. Правда, здесь мы немного «схитрили» — пересчитали предоставленные в качестве дополнительного отпуска дни за работу в условиях ненормированного рабочего дня в рубли. Ни первая инстанция, ни кассационная инстанция подобного пересчета либо не заметили, либо не захотели замечать.

В судебных же прениях мной был сделан упор на следующее:

— несоответствие доводов истца фактическим обстоятельствам дела;

— ссылки на действительное заключение прокурора, а не показания истца относительно результатов проверок учреждения прокурором по жалобам истцам;

— особенности ненормированного рабочего дня и особенности сверхурочных работ;

— как можно более максимальное исключение приводимых истцов доводов.

Итогом стало только частичное удовлетворение исковых требований:

Вместо почти 30 тысяч рублей имущественных требований суд первой инстанции удовлетворил только 402 рубля 54 копейки. И то только потому, что предыдущий юрисконсульт учреждения посоветовал работу в выходной день оплатить только в одинарном размере, не предоставляя дополнительного выходного дня. Подобный случай был связан с форс-мажорным обстоятельством ввиду попытки суицида воспитанницы учреждения в период отдыха в летнем детском лагере.

Соответственно, вместо заявленных 30 тысяч морального вреда было удовлетворено только 2 тысячи.

Можно было, думаю, и дальше сопротивляться доводам истца, но суд, возможно, не стал рисковать – «мало ли что ещё предъявлю и окончательно уничтожу претензии истца, а то и какой-нибудь встречный иск заявим» и решил скорейшим образом вынести решение. Я, действительно, планировал следующим шагом ещё одно заявление, но не встречный иск, а с учетом того, что истец заявил имущественные исковые требования, превышающие реально недоплаченное в 74,5 раза (!).

Понятно, что истец далее обратился в вышестоящую судебную инстанцию с кассационной жалобой. Но Красноярский краевой суд, как уже было сказано выше, оставил решение суда первой инстанции без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения. Конечно, в самом зале судебного заседания по вынесению Красноярским краевым судом Кассационного определения от адвоката истца я получил в свой адрес порцию негатива в виде «И всё равно Вы неправы». Но это уже «лирические мелочи».

После вступления решения суда в законную силу истец так и не стал получать исполнительный лист и обращаться за исполнением решением суда. Таким образом, удалось сохранить учреждению денежные средства.