Квартиру Долиной вернули. А кто вернёт квартиры детям? Кто

Вступление

Схема Долиной рухнула благодаря двум факторам: оно приобрело общественный резонанс и совпало по странному совпадению с назначением на должность Председателя Верховного Суда Российской Федерации Краснова И.В. Чуть позже стал известен ещё один фактор — решение было вынесено накануне выступления президента РФ.

А вот схема Детей успешно работает по настоящее время при активном содействии судов, прокуратуры, органов опеки и попечительства, уполномоченных по правам человека и ребёнка.

Схема Детей заключается в том, что одной рукой государство даёт детям деньги в качестве меры государственной поддержки, а другой их забирает. Точнее, позволяет забирать. Строго по закону. Как и в деле Долиной.

Федеральным законом установлены дополнительные меры государственной поддержки семей, имеющих детей, реализуемые за счет средств материнского (семейного) капитала и обеспечивающие указанным семьям возможность улучшения жилищных условий, получения образования, социальной адаптации и интеграции в общество детей-инвалидов, повышения уровня пенсионного обеспечения (далее также — дополнительные меры государственной поддержки; материнский (семейный) капитал).

В этой статье речь пойдёт исключительно о выделении, получение и направлении средств материнского (семейного) капитала указанным семьям на улучшение жилищных условий, путём погашения основного долга и процентов по кредиту, обеспеченного залогом (ипотекой).

На примере конкретного дела в одном из судов славного города Санкт-Петербург.

Обстоятельства дела

Мама двух детей (назовём её Г.) в 2007 году приобрела квартиру с использованием кредита, который был предоставлен банком под залог квартиры. В 2010 году для погашения основного долга по кредиту и процентам мамой с разрешения банка был использован материнский капитал. Договор залога квартиры с детьми не заключался. Т.е. дети приобрели доли в праве собственности на квартиру без залога.

И вот в один прекрасный день мама не смогла оплатить кредит. И был суд, с должника взыскана оставшаяся часть кредита и обращено взыскание на предмет залога – квартиру. Далее последовало банкротство должника. Финансовым управляющим с торгов оперативно реализована квартира, которая почти мгновенно была выставлена покупателем на продажу с маржой в 18 миллионов рублей.  

Суд, орган опеки и попечительства и прокуратура на «страже» детей или при чём здесь маржа в 18 млн. рублей

В Дзержинский районный суд г. Санкт-Петербурга с иском о признании сделки недействительной в интересах детей обратился их отец. В качестве представителя детей выступил я, потом в процессе рассмотрения дела по моей просьбе к защите детей присоединилась наша коллега с Праворуба адвокат Ротькина Елена Владимировна.

Рассмотрение дела началось… правильно, с оскорбления меня председательствующим и указанием на то, как дело будет ею рассмотрено. Подобные вещи происходят всегда, когда судьи имеют свой интерес в подобных делах. 18 миллионов рублей маржи – это вам не хухры мухры.

В начале процесса судья отклоняет моё ходатайство о привлечении мамы детей в качестве третьего лица, привлекает её в качестве ответчика, давит на меня на моё требование о привлечении в качестве ответчика финансового управляющего, но я не сдаюсь.

Судья во время процесса заявляет, что права детей были нарушены не ответчиками – покупателем квартиры и финансовым управляющим, а их матерью, которая не заключила соглашение об определении долей в праве собственности на квартиру и не оформила право собственности на детей.

Я не соглашаюсь с таким видением судьи и поясняю, что независимо от заключения соглашения об определении долей, у детей возникло право собственности на квартиру, на что судья говорит мне дословно: «Вы напрасно со мной спорите» и публично заявляет, что она сомневается в компетентности представителя истцов и потребовала от меня предъявить диплом.

Здесь я просто обращу внимание на не просто неуважительное отношение со стороны судьи, носящее оскорбительный характер, а на проявленную ею пристрастность по отношению к ответчику, так как судья, практически не приступив к рассмотрению дела,публично провозгласила своё решение по делу, что противоречит праву лица на справедливое судебное разбирательство дела независимым и беспристрастным судом.

По факту оскорбления и предрешения дела судье был заявлен отвод, который был признан этой же судьёй необоснованным.

Оскорбление последовало на требование представителя истцов привлечь в качестве ответчика финансового управляющего, а не маму.

В этом вопросе председательствующая показала полную некомпетентность либо заинтересованность, заявив, что финансовый управляющий не может быть в этом деле ответчиком, потому что сделка оформляется от имени должника.

Однако в ГК РФ четко указано, что коммерческий посредник, конкурсный управляющий и подобные им лица, не являются представителями в том значении, в котором оно применяется гражданским законодательством. И стыдно не знать судье, что финансовый управляющий несёт материальную ответственность за неправильную реализацию имущества должника в ущерб должнику или кредиторам. Именно поэтому его ответственность застрахована в силу законодательного предписания.

Судья незаконно исключила из участия в деле прокурора и орган опеки и попечительства. Истцами являются дети, т.е. полностью недееспособные в гражданском обороте по сделкам с недвижимостью лица. Предмет спора – признание за детьми долей в праве собственности на жилое помещение, приобретенных на средства материнского (семейного) капитала, имеющих специальное целевое назначение.

Вот что по этому поводу говорит Генеральная прокуратура РФ.

Ребенком признается лицо, не достигшее возраста восемнадцати лет (совершеннолетия). В соответствии с ч. 1 ст. 56 Семейного кодекса РФ ребенок имеет право на защиту своих прав и законных интересов, которая осуществляется родителями (лицами, их заменяющими), а в случаях, предусмотренных законом, органом опеки и попечительства, прокурором и судом. Защита прав и законных интересов несовершеннолетних является одним из приоритетных направлений деятельности органов прокуратуры. Несовершеннолетний в силу возраста и небольшого жизненного опыта не способны в полной мере защищать свои права и законные интересы. Согласно ч.3 ст. 45 ГПК РФ прокурор вступает в процесс и дает заключение по делам о выселении, о восстановлении на работе, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами, в целях осуществления возложенных на него полномочий.

Узнав, что истцы пытаются привлечь его в суд для защиты  жилищных прав детей, прокурор в категорической форме отказался от участия в деле.

Прокурор твердил, что ст. 45 ГПК РФ говорит о том, что если у детей есть представитель, то прокурор не вправе защищать детей.  

А ведь есть для хитроумных прокуроров специальный приказ Генерального прокурора РФ, который гласит, что прокурор обязан принимать участие в гражданском процессе с целью восстановления нарушенных прав и интересов несовершеннолетних лиц с целью обеспечение законности на всех стадиях гражданского и административного судопроизводства. Прокурор обязан участвовать в апелляционном, кассационном и надзорном обжаловании судебных постановлений по делам, в рассмотрении которых участвовал или вправе был участвовать прокурор; рассмотрение обращений о проверке законности и обоснованности судебных постановлений по гражданским и административным делам.

Прокурор обязан в обязательном порядке проверять законность расходования бюджетных средств, выделяемых на соответствующие мероприятия, включая национальные проекты.

ст. 45 ГПК РФ предусматривает два способа участия прокурора в гражданском процессе: самостоятельная подача прокурором иска в защиту прав и законных интересов несовершеннолетнего и вступление в процесс с целью дачи заключения. 

В данном случае истцы просили прокурора вступить в процесс для дачи заключения о соблюдении жилищных прав детей. Однако прокурор отказался от участия в настоящем деле для дачи заключения.

Спорная квартира давно уже продана, покупателем заявлен иск о выселении детей и в отсутствие опять же прокурора Дзержинским районным судом г. Санкт-Петербург принято решение о выселении детей. 

Здесь следует обратить внимание на то, что решение судом принято без разрешения вопроса о праве собственности детей на долю в квартире (?).

А какой тогда смысл участия органов опеки и попечительства и прокуратуры в суде при решении вопроса о выселении детей, если они не участвуют в защите прав ребенка в суде при оспаривании его прав собственности на жильё?

Вопрос о выселении детей из спорной квартиры напрямую зависит от того, будет ли признано право собственности на долю в общей собственности на спорную квартиру за детьми. Поэтому участие в данном деле  органа опеки и попечительства  и прокурора  обязательно в силу прямого указания закона.

Пристрастность суда заключается также в том, что суд незаконно отказал истцам в приобщении к материалам дела и исследования в качестве письменного документа- Апелляционного определения Кемеровского областного суда от 21.09.2017 по делу № 33-10199/2017, о котором поговорим далее.

В России действительно нет прецедентного права, поэтому истцы и заявили об исследовании в судебном заседании указанного апелляционного определения по аналогичному вопросу и даче оценки судом данному письменному доказательству в совещательной комнате.

Правовые основания и обстоятельства возникновения права собственности на долю в праве собственности у детей

Судебная практика. Кемеровский областной суд, апелляционное определение от 21.09.2017, дело № 33-10199/2017

В силу ч. 4 ст. 10 ФЗ от 29 декабря 2006 года N 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», жилое помещение, приобретённое (построенное, реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, оформляется в общую собственность родителей, детей (в том числе первого, второго, третьего ребёнка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению.

В соответствии со статьями 38, 39 СК РФ разделу между супругами подлежит только общее имущество, нажитое ими во время брака. К нажитому во время брака имуществу (общему имуществу супругов) относятся, в том числе, полученные каждым из них денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (п. 2 ст. 34 СК РФ).

Между тем, имея специальное целевое назначение, средства материнского (семейного) капитала не являются совместно нажитым имуществом супругов и не могут быть разделены между ними.

Согласно ч.4 ст. 60 СК РФ ребенок не имеет права собственности на имущество родителей, родители не имеют права собственности на имущество ребенка. Дети и родители, проживающие совместно, могут владеть и пользоваться имуществом друг друга по взаимному согласию.

Согласно ч.5 ст. 60 СК РФ в случае возникновения права общей собственности родителей и детей их права на владение, пользование и распоряжение общим имуществом определяются гражданским законодательством.

Определение долей в праве собственности на квартиру должно производиться исходя из равенства долей родителей и детей на средства материнского (семейного) капитала, потраченные на приобретение этой квартиры, а не на средства, за счёт которых она была приобретена.

В данном случае необходимо руководствоваться принципом соответствия долей в зависимости от объёма собственных средств, вложенных в покупку жилья родителями (в том числе средств, принадлежащих каждому из родителей, не являющихся совместно нажитыми), а также средств материнского капитала. Материнский капитал должен распределяться на родителей и детей в равных долях. Доли детей в общем имуществе определяются пропорционально их доле в материнском капитале (Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 14 марта 2017 г. N 4-КГ16-73).

Позиция истцов

При оплате доли в праве собственности на жилое помещение средствами материнского капитала, дети приобретают долю в праве собственности вне зависимости от того, что эта доля не была им выделена законными представителями, и зарегистрирована в установленном законом порядке в ЕГРН.

Однако, несмотря на разъяснения Верховного Суда РФ, суды по-прежнему считают, что если родители не выделили долю в праве собственности детям, то право собственности у детей не возникло. Основанием для этого указывают Правила направления средств (части средств) материнского капитала на улучшение жилищных условий, утвержденных постановлением Правительства от 12.12.2007 №862 в общую собственность себя и детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению в течение 6 месяцев после выплаты кредита.

Суды ссылаются на то, что право собственности на недвижимость возникает с момента государственной регистрации, а раз доля в праве собственности на квартиру детям не выделена родителями и не зарегистрирована, то и право собственности на долю в праве собственности у детей не возникло.

Судебная практика. Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, постановление от 18 декабря 2023 года № 18АП-15483/2023 (дело № А07-35256/2022)

— Согласно Выписке из ЕГРН № 580708 от 11.11.2022, представленной ФИО2 при подаче заявления о признании банкротом, следует, что спорное имущество, на приобретение которого использованы средства материнского капитала, принадлежит ФИО2, выделение долей на детей в приобретенной квартире не производилось. Таким образом, доля детей в квартире не определена, следовательно, права несовершеннолетних детей не нарушены.

Позиция истцов

Это называется навести тень на плетень. Бесстыдство со стороны всех тех, кто должен стоять на страже интересов детей, как лиц, за которых должны осуществлять их права законные представители, а также осуществлять надзор уполномоченные государством органы – органы опеки и попечительства, прокуратуры, суды, уполномоченные по правам человека и детей.

Вывод суда о том, что доли в праве собственности на жилое помещение могут быть выделены детям только в течение 6 месяцев после снятия обременения с жилого помещения основан на неверном понимании норм материального права (п. 11 «Обзора судебной практики по делам, связанным с реализацией права на материнский (семейный) капитал» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.06.2016; Апелляционное определение Кемеровского областного суда от 21.09.2017 по делу № № 33-10199, которое суд отказался принять от истцов в качестве письменного документа по делу и исследовать).

П. 11 «Обзора судебной практики по делам, связанным с реализацией права на материнский (семейный) капитал» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.06.2016) разъяснено, что наличие обременения в виде ипотеки на приобретенный за счет средств материнского (семейного) капитала объект недвижимости (жилой дом, квартиру) не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования супругов о разделе данного имущества и определении долей детей в праве собственности на это имущество.

В определении от 21.09.2017 по делу № № 33-10199 Кемеровский областной суд, оставляя без изменения решение Анжеро-Судженского городского суда Кемеровской области от 14 июля 2017 года по иску прокурора г. Анжеро-Судженска в интересах несовершеннолетних К., Е.., А.  к Малыхиной О.С. о признании права собственности на жилое помещение, приобретенное в кредит и с использованием материнского капитала и находящееся в залоге у банка, а апелляционную жалобу ПАО «Сбербанк России» — без удовлетворения, указал следующее: Доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требования, поскольку спорная квартира до настоящего времени является предметом залога и оформить ее в общую долевую собственность можно будет только в течение шести месяцев после снятия обременения с жилого помещения, судебная коллегия отклоняет, как основанные на неправильном понимании ответчиком норм материального права. Таким образом, определение долей детей в праве собственности на жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского (семейного) капитала, вопреки выводам суда в настоящем деле, осуществляется независимо от наличия ипотеки на указанное жилое помещение.

Для «засиливания» заведомо незаконных решений, суды всегда используют приём, основанный на не указании в решении доводов стороны, опровергающих позицию суда. В решение суда нет довода истца со ссылкой на судебную практику и позицию Президиума Верховного Суда РФ относительно того, что право собственности на материнский капитал должно быть оформлено вне зависимости от наличия ипотеки.

Согласно положениям статей 130, 131, 223 ГК РФ право собственности на приобретённое недвижимое имущество возникает у приобретателя такой недвижимости с момента его государственной регистрации в государственном органе, осуществляющим государственную регистрацию перехода, возникновения и прекращения прав на недвижимое имущество.

Дети на средства материнского капитала покупают доли в праве собственности на недвижимость, но право собственности на недвижимость не регистрируется в Росреестре.

В процессе расследования Схемы Детей выяснилось, что Управление ПФР, выдав разрешение на использование средств материнского капитала на приобретение родителями жилья, больше никак не контролирует использование данных денежных средств. Хотя в силу закона обязаны, потому что часть средств материнского капитала – это деньги детей, имеющие целевой характер – в данном случае на приобретение жилья.

Не осуществляют надзор за использованием материнского капитала ни органы опеки и попечительства, ни прокуратура.

Представители истцов ставили перед судом вопросы о том, почему, выдав деньги детям на приобретение жилого помещения, ни орган опеки и попечительства, ни прокуратура, не контролируют дальнейшее целевое использование государственных денег. Ответ был один: а государству этого не нужно.

Почему кредит, обеспеченной ипотекой, не может «поглотить» средства детей из материнского капитала 

Для начала необходимо понять сущность кредита. Кредит выдаётся на время лицу, который возвращает его частями, так называемыми платежами, к которым добавляется некая сумма  — % за предоставление кредита. Т.е., говоря простыми словами, кредит банк выдаёт тем, кто способен платить % сверху сумм кредита. Т.е. должник должен работать, чтобы иметь денежку на погашение кредита. Для чего банк перед выдачей кредита проверяет финансовое состояние должника и его способность обслуживать кредит. В случаях с ипотекой выдачу кредита банк страхует залогом (ипотекой) в отношении объекта недвижимости – жилого помещения.

Поэтому, когда заёмщик вдруг не способен оплачивать кредит, в целом вопросов к банку не возникает. Как не возникает особо вопросов и к суду.

А вот с детьми дело обстоит иначе. Детям банк кредит не выдаст. По одной простой причине — дети не работают, они не могут погашать кредит, т.е. исполнять обязательства по договору кредитования. Но вот принять деньги у детей в счёт погашения кредита, банки не гнушаются. Потому что закон позволяет.

И мысль вроде бы со стороны законодателя разумная. На первый взгляд. Потому что дальнейшая реализация умных идей идёт почему-то по схеме жулья, а не применительно к социальной политике государства, направленной на защиту детей.

И если кредит выплачен, то вопросов к банку не возникает. А если кредит не выплачен и жильё уходит для реализации с торгов, то право собственности детей в жилье вместе с потраченными на него деньгами детей исчезает.  Деньги уходят банку, либо в марже предприимчивым дельцам. Суды апеллируют к тому, что деньги растворяются в кредите и никаких денег детей нет. Как говорится, ловкость рук и никакого мошенничества.

Судебная практика. Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, постановление от 18 декабря 2023 года № 18АП-15483/2023 (дело № А07-35256/2022) 

— Средства материнского капитала были направлены должником на погашение обязательств по кредитному договору, таким образом, нужно учитывать, что это повлияло на размер задолженности должника. То есть, если бы данные денежные средства не поступили в погашение долга, то размер задолженности был бы другим.

Позиция истцов

Мнение истцов однозначно. Учитывая правовую природу денег, выделяемых государством детям, учитывая социальную значимость государства и неспособность детей участвовать в кредитных махинациях механизмах, деньги детей из материнского капитала, могут направляться на погашение кредита, но в случае не исполнения родителями обязательств по кредиту, служба судебных приставов как минимум обязана возвратить детям деньги, которые имеют отношение к материнскому капиталу, если доля в праве собственности на жильё будет признана судом незначительной. В противном случае жильё детей должно быть защищено от незаконного посягательства.

Не исполнение мамой Г. обязанностей родителя по выделению долей своим детям в приобретенной, в том числе на средства материнского (семейного) капитала, квартире и, соответственно, не оформление указанных долей в установленном законе порядке в ЕГРН в Росреестре, независимо от наличия или отсутствия вины законного представителя детей, не лишает права собственности детей на их доли в общем имуществе, приобретенные на  денежные выплаты,  имеющие специальное целевое назначение.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

Право собственности детей действительно не было зарегистрировано и суд, идя по пути наименьшего сопротивления, без учёта всех обстоятельств по делу и применения норм права в совокупности, просто указал, что раз право собственности детей не было зарегистрировано в установленном законом порядке, то оно у них и не возникло, а раз право собственности у детей не возникло, то и сделка по купле-продажи спорной квартиры с торгов никоим образом не нарушает права детей.

Вместе с тем судом не учтена, созданная законодателем парадоксальная ситуация, при которой и продавец, и покупатель выступили в одном лице, в лице матери детей Г.

Судом не учтены разъяснения совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» по вопросу уклонения продавца от проведения государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество. А в данном случае уклонились и продавец, и покупатель недвижимости.

Так пунктом 1 ст. 551 ГК РФ предусмотрено, что переход к покупателю права собственности на недвижимое имущество по договору продажи недвижимости подлежит государственной регистрации.

Отсутствие государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к покупателю не является основанием для признания недействительным договора продажи недвижимости, заключенного между этим покупателем и продавцом.

После передачи владения недвижимым имуществом покупателю, но до государственной регистрации права собственности покупатель является законным владельцем этого имущества и имеет право на защиту своего владения на основании ст. 305 ГК РФ. В то же время покупатель не вправе распоряжаться полученным им во владение имуществом, поскольку право собственности на это имущество до момента государственной регистрации сохраняется за продавцом.

В пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 указано, что если одна из сторон договора купли-продажи недвижимого имущества уклоняется от совершения действий по государственной регистрации перехода права собственности на это имущество, другая сторона вправе обратиться к этой стороне с иском о государственной регистрации перехода права собственности (пункт 3 ст. 551 ГК РФ).

Иск покупателя о государственной регистрации перехода права подлежит удовлетворению при условии исполнения обязательства продавца по передаче имущества. Согласно абзацу второму пункта 1 ст. 556 ГК РФ в случае, если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Как было сказано уже ранее, на основании ст. 224 ГК РФ в редакции, действовавшей по состоянию на июль 2010 года, было предусмотрено, что,если к моменту заключения договора об отчуждении вещи она уже находится во владении приобретателя, вещь признается переданной ему с этого момента.

Дети, как приобретатели долей в праве собственности на квартиру, уже жили в указанной квартире, в связи с чем квартира считалась переданной детям с 27 июля 2010 года. На указанный момент времени детям было 3 года. Их интересы как покупателей в силу закона представляют их законные представители – родители. В данном случае их интересы представляла мать Г., на которую было зарегистрировано право собственности на спорную квартиру.

На средства материнского (семейного) капитала дети изначально приобрели доли в праве собственности на спорную квартиру. Поэтому если иное не установлено законом или договором, в случае отсутствия в договоре купли-продажи долей в праве собственности на квартиру указания на срок проведения государственной регистрации перехода права собственности на доли в праве собственности на спорную квартиру, государственная регистрация должна быть проведена в разумный срок.

Вместе с тем, мать детей Г., которая одновременно являлась и продавцом, и покупателем долей в праве собственности на спорную квартиру, не подала документы на государственную регистрацию перехода права собственности. Т.е. она и как продавец, и как покупатель, уклонилась от совершения действий по государственной регистрации перехода права собственности на это имущество, поэтому она же не могла  обратиться сама к себе с иском о государственной регистрации перехода права собственности на основании пункта 3 ст. 551 ГК РФ.

Права детей были нарушены не только недобросовестными действиями их законного представителя, но и законодательной ошибкой, позволившей одному лицу бесконтрольно осуществлять сделку от имени и продавца, и покупателя, а также в силу отсутствия должного контроля со стороны ПФР, органа опеки и попечительства, прокуратуры, уполномоченных по правам человека и ребенка, и в силу отсутствия государственной и судебной защиты, гарантированными ч. 1 ст. 45 и ч. 1 ст. 46 Конституции РФ.

Вместе с тем обязанность по обращению в суд с иском об определении долей детей на общее имущество в квартире и регистрации прав собственности этих долей в ЕГРН законом возложена на финансового управляющего.

Однако судья игнорирует закон о банкротстве и указывает в решение следующее:

При этом ответственность за ненадлежащее исполнение мамой Г. и отцом В. обязательств, приведшее к невозможности снятия обременения (ипотеки) с жилого помещения и его дальнейшего оформления в общую долевую собственность несовершеннолетних детей, не может быть возложена на иных лиц, в данном случае на  приобретателя имущества Б. и финансового управляющего Н., действовавшего в пределах предоставленных ему законом полномочий.

Здесь следует обратить внимание на противоречивую позицию суда. Обоснование судьёй  — права детей были нарушены не ответчиками – покупателем квартиры и финансовым управляющим, а их матерью, которая не заключила соглашение об определении долей в праве собственности на квартиру и не оформила право собственности на детей – и не спорьте со мной. Далее обоснование судьёй – мать могла выделить доли детям только спустя шесть месяцев после погашения кредита – и опять, не спорьте с ней. И с таким противоречием решение суда признано вышестоящими судами законным.

В части момента возникновения, перехода и прекращения залога в случае отчуждения заложенного имущества залогодержателем, в нашем случае,  суд также неправильно истолковал и применил нормы права.

В соответствии с п. 1 ст. 341 ГК РФПрава залогодержателя в отношениях с залогодателем возникают с момента заключения договора залога, если иное не установлено договором, настоящим Кодексом и другими законами.

В отношении спорной квартиры право залога у  банка возникло с момента заключения договора залога (ипотеки) в 2007 году.

В соответствии с п. 2 ст. 346 ГК РФ Залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога. В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные пп. 3 п. 2 ст. 351, пп. 2 п. 1 ст. 352, ст. 353 ГК РФ.

Только в том случае, как если бы мама детей продала бы часть своих долей в праве собственности на жилое помещение своим детям без согласия банка, то только в этом случае дети в силу  правил, установленных пп. 3 п. 2 ст. 351, пп. 2 п. 1 ст. 352, ст. 353 ГК РФ становились в положение созаёмщиков.

В данном же случае заложенное имущество отчуждалось детям в лице их матери Г. с согласия банка(залогодержателя).

По ¼ средств материнского (семейного) капитала  — это деньги каждого ребенка, его собственность, на которую их родители не имеют никакого права. Каждый ребенок  в отдельности являлся самостоятельным покупателем доли в праве собственности на жилое помещение.

Вместе с тем, дав согласие на отчуждение долей в праве собственности на жилое помещение маме детей, а детям на их приобретение, банк не заключил с детьми договор залога. Поэтому доли детей в жилом помещении вопреки выводу суда оказались не заложенными.

Согласно ч. 1 ст. 40 Конституции РФ Каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В соответствии со ст. 35 Конституции РФ Право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

Решения о лишении  несовершеннолетних детей их жилья судом не принималось. Зато в отсутствие такого решения суды приняли решение о выселении детей из квартиры, в которой они приобрели доли в праве собственности. Подобного даже теоретически не должно происходить, однако происходит: сначала выселение, а потом решение вопроса о признании права собственности. А как суд признает право собственности, если человека он уже выселил?

Подобные противоправные деяния сейчас происходят в Крыму в г. Судаке, где принято решение о выселении двух женщин из дома, в котором они прожили более 40 лет, при том, что у них не признана незаконной их регистрация по месту проживания. Суды обосновали свои незаконные решения тем, что такого адреса не существует, так как это подтверждено справкой главы местной администрации, а решение Симферопольского городского суда от 1978 года, в котором указано на раздел домовладения с образованием двух домов номер 9 и 9А, суды попросту не приняли в качестве доказательств, заявив, что только они вправе решать, какие доказательства будут принимать во внимание, а какие нет.

По данному адресу зарегистрирован годовалый ребёнок одной из женщин. По информации представителя женщин, когда она поставила перед судебными приставами-исполнителями вопрос о невозможности их выселения, так как судом не принималось решения в отношении прав ребёнка, то с её слов помощник судьи дал указание приставам выселять вместе с ребёнком на улицу, так как на момент вынесения решения ребёнок ещё не родился и раз такого адреса нет, то никакого права ребёнка и его мамы они не нарушают.

Понимаете, что происходит в судебной системе России. Суды игнорируют вступившее в законную силу первоначальное решение суда – самое первое решение суда о разделе домовладения на два, суды игнорируют государственную регистрацию по месту проживания. В течение 40 лет регистрация по месту жительства по адресу с домом 9А подтверждалась вначале украинской регистрационной службой, далее в 2014 году Миграционной службой России, в 2019 году  и в 2025 году МВД России.  

По имеющейся информации приставы их пока на улицу не выкинули, так как президент Российской Федерации В.В. Путин дал негласное указание до Нового года никого из должников не выселять.

Так что дело Долиной – это только цветочки. Ягодки будут ещё впереди.

Согласно ч. 3 ст. 56 Конституции РФ не подлежат ограничению права и свободы, предусмотренные статьями 20, 21, 23 (часть 1), 24, 28, 34 (часть 1), 40 (часть 1), 46 — 54 Конституции РФ.

В нарушение гарантированных Конституцией РФ прав каждого на жилище договором купли-продажи от 26.04.2019 года квартиры …, расположенной по адресу: г. Санкт-Петербург во внесудебном порядке дети были лишены своего жилища.

Поскольку сделка по отчуждению спорного имущества совершена Г. без учета интересов несовершеннолетних, привела к нарушению их жилищных прав и законных интересов, договор купли-продажи от 30 января 2019 года, заключенный между Г. в лице финансового управляющего В. и покупателем, не может быть признан соответствующим закону, и в силу ст. 168 ГК РФ признан ничтожной сделкой. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 04 апреля 2016 года Дело N 33-5998/2016).

На примере конкретного дела показано, как наших детей в определённых случаях государство противоправно лишает им же предоставленных средств государственной поддержки. Несмотря на закон, недоработанный в части предоставления и использования средств материнского капитала, при надлежащем надзоре за использованием средств материнского капитала, выделяемого детям, со стороны органа опеки и попечительства и прокуратуры, при законности в истолковании и применении норм права судами, права наших детей на выделенные средства материнского капитала были бы защищены надёжным образом, как того требует социальная политика нашего государства.

Тем не менее, как мы считаем, законодателю необходимо внести соответствующие изменения в части использования средств материнского капитала на приобретение детям жилья, Генеральной прокуратуре РФ и Верховного Суду РФ рассмотреть вопрос о пересмотре всех подобных решений с восстановлением нарушенных прав детей. Органам опеки и попечительства, уполномоченным по правам человека и ребёнка обратить внимание на свою обязанность по защите прав детей.