Как не наступить на грабли ОРМ

Прежде всего, хочу уточнить, что целью настоящей публикации не является оказание методической помощи тем, кто имея статус адвоката, использует его в целях, прямо противоположных понятию «адвокатская деятельность» и относящихся к малопочтенному племени «решал»; моя задача в другом – показать, каким образом адвокат может стать жертвой провокации со стороны правоохранительных органов, правда, в основе такой опасности могут лежать такие качества, как легкомыслие, жадность или глупость.

Для того, чтобы осознать, насколько профессия адвоката может быть опасна, когда адвокат вольно или невольно переступает грань допустимого в отношениях со своим доверителем или со своими процессуальными противниками – достаточно, просто, почитать новости правовых порталов – не проходит недели, чтобы не появилось сообщения об очередном задержании адвоката при покушении на передачу взятки, при этом, вторым фигурантом по делу, часто выступает следователь, которому эта взятка предназначалась.

Давайте разберемся – с какого момента личность адвоката начинает вызывать у правоохранительных органов интерес, как к будущему фигуранту уголовного дела о получении взятки.

Одним из общих оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий является сообщение о готовящемся или совершенном преступлении; понятно, что, в данном случае, речь идет именно о первом случае – подготовке к передаче взятки.

Источником этой информации, чаще всего, являются родственники подозреваемых или обвиняемых, или сами подозреваемые или обвиняемые, обратившиеся за юридической помощью к адвокату и получившие от него предложение об оказании помощи в форме, пусть и не имеющей отношение к праву, но, зато, по заверениям такого адвоката, наиболее эффективной с точки зрения получения благоприятного результата.

Не редки случаи, когда следователь сам рекомендует адвоката – мол, вот кто вам поможет нелегкой процессуальной борьбе со мной и добьется победы.

Интересно, что все еще находятся граждане, верящие в такой процессуальный мазохизм следователя и обращающиеся к рекомендованному им адвокату.

Думаю, нет необходимости подробно комментировать содержание беседы между таким адвокатом «по рекомендации» и обратившимися к нему гражданами, поскольку вся беседа сводится к простой фразе – хотите благоприятного результата? Дайте денег – я их отнесу тому, от кого этот результат зависит.

Вот, именно на этой стадии у гражданина и может возникнуть горячее желание сообщить о поступившем предложении в Управление собственной безопасности МВД РФ, в качестве альтернативных вариантов могут выступать ФСБ РФ, Следственный комитет и т.д.

После того, как заявление от гражданина принято, наступает стадия доследственной проверки, в ходе которой и принимается решение о проведении оперативно-розыскных действий.

Следует отметить, что правом на проведение оперативно-розыскных действий обладают только органы указанные в ст.13 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», а уже в этих органах – специальные подразделения; например, в системе МВД РФ, к таким подразделениям относятся:

1. Подразделения уголовного розыска — в полном объеме, установленном Федеральным законом от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности.
2. Подразделения экономической безопасности и противодействия коррупции — в полном объеме, установленном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».
3. Подразделения собственной безопасности — в полном объеме, установленном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».
4. Подразделения по противодействию экстремизму — в полном объеме, установленном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».
5. Подразделения по борьбе с преступными посягательствами на грузы — в полном объеме, установленном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».
6. Подразделения по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите, — в полном объеме, установленном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».
7. Подразделения по обеспечению взаимодействия с правоохранительными органами иностранных государств — членов Международной организации уголовной полиции — Интерпола и Генеральным секретариатом Интерпола — проведение по запросам международных правоохранительных организаций и правоохранительных органов иностранных государств оперативно-розыскных мероприятий: опрос, наведение справок, отождествление личности.
8. Оперативно-поисковые подразделения — в полном объеме, установленном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».
9. Подразделения специальных технических мероприятий (оперативно-технические подразделения) — в полном объеме, установленном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».
10. Подразделения оперативно-розыскной информации — проведение оперативно-розыскных мероприятий: опрос, наведение справок, сбор образцов для сравнительного исследования, отождествление личности; использование конфиденциального содействия граждан.
11. Межрегиональные оперативно-розыскные подразделения территориальных органов МВД России на окружном уровне — в полном объеме, установленном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».

Следственные подразделения лишь имеют право давать поручения на проведение оперативно-розыскных действий, но не имеют право вмешиваться в них, в частности, давать указания о способах проведения оперативно-розыскного действия.

Законодательное закрепление на право следователя давать поручение о проведении ОРМ получило в ч. 1 ст. 144 УПК, в соответствии с которой при проверке сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа вправе давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении ОРМ.

Далее, происходит, примерно, следующее – гражданин, подробно описав обстоятельства, послужившие причиной его обращения, изъявляет свое письменное согласие на участие в оперативно-розыскном мероприятии «оперативный эксперимент», после чего, по акту, получает соответствующее снаряжение (диктофон, миниатюрную видеокамеру), и отправляется на встречу с адвокатом, для которого уже приготовлена помеченная, или непомеченная, но заранее подготовленная пачка денежных купюр, номера каждой из которых переписаны, что отражено акте о получении данных денежных средств.

Разумеется все вышеизложенное должно быть предварено вынесением постановления руководителем подразделения, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность.

Перечень руководителей, имеющих полномочия на осуществление оперативно-розыскной деятельности, приведен в Приказе от 19 июня 2012 г. № 608 МВД РФ «О некоторых вопросах организации оперативно-розыскной деятельности в системе МВД России».

Самый драматический момент проведении ОРМ «оперативный эксперимент», заключается совсем не в задержании фигуранта с поличным – это, исключительно, техническая сторона дела, проводимая по принципу: «кричи громче, хватай сильнее», а в том, что в последствие ляжет в основу доказательств по уголовному делу – запись переговоров, в том числе и телефонных, видеозапись встреч и т.д.

Как же так – спросят меня – ведь, согласно ч. 3 ст. 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», оперативно-розыскные и следственные действия в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускаются только на основании судебного решения.

Но, не будем забывать – мы с Вами живем в России, где характерной чертой правовой системы является параллельности существования, собственно закона, и судебной практики.

В качестве иллюстрации приведу выдержки из Кассационного определения от 26 июля 2012 г. по делу № 47-О12-3Осп-а, которым было отменен оправдательный приговор оправдательный приговор Оренбургского областного суда с участием присяжных заседателей в отношении Ж., обвиняемого в в совершении преступления, предусмотренного ст. 291 ч. 3 УК РФ: «…поскольку норма п. 3 ст. 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» не устанавливает неприкосновенности адвоката, не определяет ни его личную привилегию как гражданина, ни привилегию, связанную с его профессиональным статусом, она предполагает получение судебного решения при проведении в отношении адвоката лишь тех оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий, которые вторгаются в сферу осуществления им собственно адвокатской деятельности — к каковой, в любом случае, не может быть отнесено совершение адвокатом преступного деяния, как несовместимого со статусом адвоката».Отсюда следует ряд нерадостных, вытекающих друг из друга, выводов:

1. Не имеет значение для принятия решения о правомерности оперативно-розыскных действий в отношении адвоката, что в процессе оказания и юридической помощи, в правоохранительные органы поступила информация о, якобы, намерении с его стороны передать взятку должностному лицу в целях достижения положительного результата для своего доверителя.

2. Для того, чтобы легализовать любое оперативно-розыскное действие в отношении адвоката, достаточно лишь получить сведения, что этот адвокат намерен совершить преступное деяние, несовместимое с его статусом.

Получить же эти сведения, при наличии фантазии, в избытке появляющейся у отдельных представителей правоохранительных органов, когда «сверху» дана команда на устранение нежелательного адвоката из дела, не представляет особого труда, особенно, если адвокат имеет профессиональную «болезнь» – когда, заслушивавшись звуками собственного голоса, он перестает слышать голос собственного же разума…

Как правило эта «болезнь» проявляется во время переговоров с доверителем или его родственниками, когда адвокат, с одной стороны, подогреваемый приятными мыслями о сумме будущего гонорара, с другой, старается произвести максимально позитивное впечатление на источник выплаты этого гонорара, не замечает телефона, который его собеседник, якобы, рассеянно держит в руке, сиротливо притулившийся к столу портфель собеседника, рукава пиджака, постоянно направленные в сторону не в меру разговорившегося адвоката – ну, не буду я перечислять всех способов размещения выносных микрофонов и микровидеокамер – просто, нужно, априори, считать, что они есть.