В соответствии с действующим законодательством, при подаче заявления о признании себя банкротом должник должен указать СРО, из членов которой он просит назначить финансового управляющего. Такой порядок дает возможность должнику назначить «своего» арбитражного управляющего, с которым еще до начала процедуры оговорены все детали предстоящего банкротства и согласовано, что финансовый управляющий будет делать и, что самое главное, что он делать не будет.
В банкротном деле, о котором пойдет речь ниже, скорее всего имела место подобная договоренность. Итак к сути.
Мой клиент являлся кредитором должника с правом требования на значительную сумму. После ознакомления с ситуацией и материалами дела возникло стойкое ощущение, что единственную задачу, которую поставил перед собой финансовый управляющий в рамках процедуры — как можно скорее ее завершить и освободить должника от имеющихся обязательств.
В качестве примера можно привести обособленный спор, который рассматривался в рамках дела. Управляющий обратился с заявлением о признании недействительной сделки должника по продаже автомобиля, заключенной в течение 3 лет до возбуждения дела о банкротстве.
Как это нередко бывает, в договоре купли-продажи, представленном в ГАИ, стояла символическая сумма, что являлось серьезным основанием для оспаривания сделки. В ходе рассмотрения спора в материалы дела должником была представлена расписка, из которой следовало, что фактически он получил от продавца не ту сумму, которая указана в договоре, а значительно большую и соответствующую рыночной стоимости.
Суд, оценив расписку в качестве доказательства получения денежных средств, не нашел оснований для признания сделки недействительной. Все бы хорошо, но финансовый управляющий “забыл”, что в таких ситуациях первый шаг, который нужно сделать — это заявить суду ходатайство об истребовании в налоговых органах декларации о доходах покупателя.
В случае, если из налоговых деклараций следует, что у покупателя не было достаточных доходов, чтобы уплатить сумму, указанную в расписке, она не принимается в качестве доказательства. Также, финансовый управляющий “забыл” принять меры по оспариванию расписки, например, путем заявления о фальсификации либо заявления ходатайства о проведении экспертизы на предмет давности составления документа.
То есть управляющий, вроде предпринял меры оспариванию сделки, но реально своими действиями, а скорее бездействием, он ее «засилил», полностью исключив возможность ее оспаривания в дальнейшем. В ходе ознакомления с материалами дела обнаружился очень интересный факт. Оказалось, что еще до возбуждения дела о банкротстве финансовый управляющий получил от должника доверенность и осуществлял от его имени сбор документов, необходимых для подачи заявление о банкротстве в суд.
То есть еще до начала дела о банкротстве между должником и управляющим имелись некие отношения, которые позволяли усомниться в беспристрастности и объективности последнего. Данное обстоятельство послужило одним из оснований для обращения в суд с заявлением об отстранении управляющего от участия в деле о банкротстве по причине заинтересованности по отношению к должнику.
Проблема заключалась в том, что в Законе о банкротстве указан перечень лиц, которые подпадают под понятие заинтересованных. В этом перечне указаны родственники, аффилированные лица и прочие. Лицо, имеющее доверенность от должника и осуществляющее сбор документов от его имени, в этом перечне не указано.
Настаивая на необходимости отстранения финансового управляющего, мы ссылались на п.56 Постановления Пленума ВАС РФ №35 от 22.06.2012 г., в котором указано, что при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.
Из содержания данного пункта постановления следует, что независимость и добросовестность управляющего являются субъективными факторами, которые подлежат оценке судом вне зависимости от того, является управляющий заинтересованным лицом в силу буквального толкования закона или нет.
Суд первой инстанции подошел к рассмотрению вопроса формально, применил положения ст. 19 Закона о банкротстве, указал, что управляющий под категорию заинтересованных лиц не подпадает, следовательно, оснований для его отстранения нет.
Апелляционный суд с подходом суда первой инстанции не согласился. В обоснование привел ссылку на определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 (4,5,7) по делу № А33-1677/2013, в котором указано, что фактическая аффилированность двух лиц может быть установлена на основании анализа совокупности согласованных друг с другом косвенных доказательств, характеризующих поведение указанных лиц.
Также, суд указал, что формальное отсутствие установленных статьей 19 Закона о банкротстве признаков заинтересованности не препятствует суду оценивать иные обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности, ставящие под сомнение непредвзятость и независимость арбитражного управляющего.
Наличие у финансового управляющего отношений с должником до начала процедуры банкротства, по мнению апелляции, свидетельствовало о его заинтересованности и наличии обоснованных сомнений в независимости и беспристрастности по отношению ко всем лицам, участвующим в деле.
Апелляционный суд определение суда первой инстанции отменил, вынес постановление, которым финансового управляющего от участия в деле о банкротстве отстранил.
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
| 1. | Определение суда первой инстанции | 254.6 KB | 11 | |||
| 2. | Апелляционная жалоба | 117.7 KB | 15 | |||
| 3. | Определение суда апелляционной инстанции | 399.9 KB | 13 |
Уважаемый Андрей Александрович, заинтересованность здесь прослеживается.
Но глупо ставить в вину действия арбитражного управляющего по оспариванию сделки должника, если кредитор «ждёт у моря погоды». Он же лицо, участвующие в деле и заинтересованное в нем не меньше должника.
Неблагоприятные последствия от такого бездействия-заслуга кредитора.
И смысл на зеркало пенять?
Уважаемый Евгений Алексеевич, я с Вами одновременно и согласен и нет.
Если мы говорим про закон, а мы же вроде как живем в правовом государстве, финансовый управляющий обязан в силу закона быть независимым и максимально предпринимать все меры по формированию конкурсной массы.
Но на практике, и в этом вы безусловно правы, все далеко не так. В подобных делах пассивность кредиторов обычно приводит к тому, что процедура завершается относительно быстро и безболезненно для должника.
Это дело — наглядное подтверждение. Вторая аналогичная сделка была признана недействительной только потому, что мы полноценно вступили в дело и, по сути, выполнили за управляющего его работу. Он даже ни на одно заседание не пришел и ни одно ходатайство не заявил.
Если мы говорим про закон, а мы же вроде как живем в правовом государстве, Уважаемый Андрей Александрович, мы же взрослые люди. Россия никогда не была правовым государством и вряд ли когда им будет. По крайней мере при действующем режиме- режиме бандитского типа.
Закон условен. За него надо в суде побороться. Особенно, если у Вас банкротство рассматривается в таких судах, как в судах Белгородской области. Там надо биться не на жизнь, а на смерть.
За единичными случаями финансовый управляющий либо на стороне кредитора — чаще всего, либо на стороне должника. Это практика. Поэтому, как бы и что не говорил нам закон, а пока мы сами не будем требовать его исполнения от других, закон будет молчать.
И Ваше дело — прекрасный тому пример!
Уважаемый Андрей Александрович, да, с аффилированностью в апелляции здорово получилось! Ряд Ваших аргументов с явно прослеживающейся заинтересованностью финансового управляющего сыграли свою роль(Y)
Уважаемый Андрей Александрович, интересная ситуация и полезная практика для всех юристов, занимающихся банкротством. Спасибо!
Но хотелось более подробно узнать, как удалось получить информацию, да еще и доказательства наличия у финансового управляющего доверенности от должника?
Я сама и юристы моей компании давно занимаемся банкротством и периодически сталкиваемся с ситуацией, когда арбитражный управляющий или кредитор ведет себя подозрительно в пользу должника, но реальные доказательства этому получить не получается. В результате, независимые кредиторы оказываются заложниками манипуляций должника и его «агентов», лишаясь возможности получить возврат долгов.
Хотелось бы подробностей именно в части получения информации и доказательств)
Уважаемая Наталья Валентиновна, все очень просто. К заявлению должника были приложены ответы из налоговой и Росреестра, где в качестве получателя была указана фамилия управляющего и указание, что он действует по доверенности. И эти документы были датированы ранее даты возбуждения дела о банкротстве.
Их копии мы получили, когда ознакомились с материалами дела.
Уважаемый Андрей Александрович, повезло вам) Попался такой неопытный арбитражный управляющий)
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
Дорого, но зато качественно. Все встречи и консультации, в т.ч. дистанционные только по предварительной записи.
Консультации, дела.
Действую с интересом, спокойно и тщательно, очно и дистанционно.
Уважаемый Андрей Александрович, очень интересное дело, думаю, ваша публикация будет многим полезна.