Восстановление справедливости. Реверс обвинения от квалифицированного по ч. 3 ст. 159 УК РФ мошенничества к пособничеству на стадии предварительного следствия

Дмитрий, защиту которого мне предстояло принять, сидел передо мной в свободном кабинете районного следственного отдела и трясущимися руками пытался удержать дрожащие колени. Он был напуган. И этот страх не был наигранным. Его уже задержали по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ и, по моей информации, за час до нашей встречи допросили в качестве подозреваемого с участием адвоката по назначению.

Поэтому, прежде чем выдать ордер руководителю следственного отдела, лично принявшему уголовное дело к производству, я решил пообщаться с потенциальным подзащитным наедине. Во всяком случае, должен же я был выяснить, согласен он на мою защиту или нет. А вдруг его все устраивает, а я пристаю к нему, да еще и за «сказочные» деньги.

Увы, все было плохо! Оказывается, Дмитрий уже признал вину, дал «исчерпывающие» признательные показания. К слову, речь идет о событии 2019 года. Барышня – адвокат по назначению с ним даже не поговорила, просто дала ордер, подписала протоколы, пожелала бедолаге удачи и ушла. На мою просьбу хотя бы тезисно воспроизвести показания, которые Дмитрий давал следователю всего час назад, он ответил, не поверите, гробовым молчанием. Вот это меня и напрягает обычно больше всего. Согласитесь, даже если из вас клещами вытянули хоть какие-то воспоминания из вашей жизни в 2019 году, записали их на бумагу и дали прочитать, за один час этого не забыть!

В общем Дмитрий доверил свою дальнейшую судьбу вашему покорному слуге, чему совсем не обрадовался начальник отдела, почему-то. Ордер был ему вручен вместе с заявлениями Дмитрия об отказе от предыдущего защитника, а заодно и от только что данных показаний. Мотивировали мы отказ дерзко, тем что записаны они были не с его слов, что описанные в протоколе допроса события ему не известны, их участником он не был. При этом от адвоката консультаций не получал, позицию с ней не согласовывал и вообще она в допросе не участвовала, подписала протокол, не читая после того, как он был составлен следователем. А также потребовали копию протокола допроса и иных документов, составленных с участием подозреваемого.

Взамен мы немедленно получили заверения начальника отдела о том, что в таком случае сидеть Дмитрию под стражей все следствие. Под стражу, Дмитрию, понятно, не хотелось, поэтому мне пришлось ему объяснить, что в ситуациях, аналогичных той, в которую попал он, иногда имеет смысл посидеть в тюрьме несколько дней или пару месяцев, чем провести в ней несколько лет. Нет, он может, конечно, вернуть концепцию своей защиты в исходное состояние и признаться во всем, что ему предъявляют, но тогда у меня вообще не будет никаких инструментов для его защиты, а деньги, которые мне уплочены его близкими родственниками, будут выброшены на ветер. Я предложил рискнуть! Получится – не посадят, не получится – посадят. Зато хоть какой-то выбор! А если признаться – просто посадят. Обидно, да!

Инстинкт самосохранения у Дмитрия сработал, он стал смелым, уверенным в себе и, предполагаю, во мне. На этом и расстались!

Вкратце о деталях, так сказать, инкриминируемого Дмитрию деяния. По мнению следствия, в 2019 году он с помощью кадастровых инженеров и риэлторов приобрел по договору цессии арендованный муниципальный земельный участок, затем изготовил фиктивный технический план на, якобы, возведенный на этом участке капитальный гараж, зарегистрировал на него право собственности и на основании, предусмотренного законом, исключительного права собственника объекта недвижимости на приобретение земельного участка без конкурсных процедур, выкупил его из муниципальной собственности за 3% от кадастровой собственности. Если кто не в курсе, сейчас эта «лавочка» закрылась и такого льготного выкупа нет. А затем гараж был, якобы, демонтирован и снят с кадастрового учета, а участок за нормальную рыночную цену продан третьему лицу, по мнению следствия, не осведомленному о его противоправном приобретении самим Дмитрием.

Кроче, мошенничество в третьей части на лицо, но как говорит нынче наш Президент, есть нюансы!

Нет, участие в этой схеме Дмитрия очевидно! Все документы на гараж, земельный участок, первичная регистрация, сделка, в общем, все от его и на его имя. Но, как мы выяснили с его слов, он не бенефициар этого преступления. Его вовлек друг риэлтор, попросив оформить на себя это земельный участок. Дмитрий к недвижимости не имеет никакого отношения, в тонкостях его оформления не разбирается. С другом отношения поддерживал близкие, оснований ему не доверять не было никаких. В итоге вся его «преступная» деятельность сводилась к тому, что он предоставил свои данные личности для оформления земельного участка и гаража и в сопровождении друга риэлтора посетил один раз администрацию и пару раз МФЦ, где, естественно, подписал нужные бумаги. Денег за это ему не дали и не обещали, то есть собственных корыстных интересов у Дмитрия не было изначально.

Пособничество чистой воды. Согласны? Лично я считаю, что, если ты не собираешься стать реальным собственником имущества, нечего его на себя оформлять. И если предоставил свои данные личности и оформил при таких условиях, увы, за это по любому придется отвечать. И мотивы при этом не имеют никакого значения.

В чем состояла версия следствия, полагаю, уважаемые коллеги и гости смогут узнать, ознакомившись с приложениями. Нам же срочно следовало проверить версию нашего подзащитного. Причем седлать это нужно было за те 48 часов, на которые его задержали. Ибо свои угрозы по поводу заключения под стражу руководитель следственного отдела начал исполнять. Кто бы сомневался!

За два дня мы целой командой в составе моего помощника Д.А. Лыковой и адвоката А.М. Блинкова установили и опросили в порядке, предусмотренном п. 2 ч. 3 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» действующего собственника земельного участка. От него получили привязку к другу-риэлтору. Последний, связанный перекрестными пояснениями Дмитрия и собственника участка, согласился рассказать, как все было на самом деле. В целом он подтвердил версию Дмитрия, а заодно назвал руководителя МУП, который был инициатором всей схемы и, со слов риэлтора, получил все деньги от сделки.

Сам риэлтор как мы понимаем, оказался в не менее пикантной ситуации. Но до него мне дела не было. Я лишь посоветовал ему определиться, если он придерживается нашей стороны, тогда он в этом деле тоже пособник, а если он более тяготеет к судьбе руководителя МУП, которого я, в интересах Дмитрия, планировал «сдать» следствию, тогда он соучастник.

Параллельно мы сделали адвокатские запросы на предприятие, где работал Дмитрий от службы, безопасности получили информацию о том, в какие из интересующих нас дней он находился на закрытой территории предприятия. Получили на них исчерпывающие ответы. Стало ясно, что на некоторые ключевые даты событий, на которые опирается следствие, у Дмитрия есть алиби.

Используя инсайдерскую информацию, нам удалось выяснить, какие именно документы на стадии реализации преступной схемы, были подписаны лично Дмитрием, а в каких он свою подпись отрицал, то есть они, предположительно, были фальсифицированы.

Тут нужно было еще слегка дискредитировать признательный протокол допроса подозреваемого с участием нерадивой адвокатессы. Поэтому Дмитрий, по моему совету направил в Адвокатскую палату жалобу на нее, в связи с этим допросом. Результатов рассмотрения не знаю, врать не стану.

По итогам этой работы мною было подготовлено обоснованное ходатайство о применении в отношении Дмитрия иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу.

Увы, суд нас не услышал. Любознательные коллеги и любопытные гости, ознакомившись с приложенным постановлением суда о мере пресечения вне всяких сомнений сделают открытие о том, что мои доводы даже не получили какой-либо юридической оценки. Но, как говорится, всему есть свое объяснение. В данном случае решение вопроса о мере пресечения преследовало целью не решение процессуальных задач, а откровенно использовалось как инструмент давления на Дмитрия с целью вернуть его в исходную признательную позицию. Ну очень хотелось руководителю следственного отдела по легкому лично «срубить палку» и направить в суд дело о тяжком преступлении. К слову, эту задачу ему удалось решить, но только не по легкому. Ну, тут уж, сами понимаете, без труда рыбку поджарить не получается. Народная мудрость!

Забавно еще то, что руководитель МУП, то есть главный бенефициар преступления, как мы выяснили, при избрании Дмитрию меры пресечения оказался тем самым свидетелем обвинения, который обычно в таких случаях опасается подозреваемого, переживает за свою жизнь и здоровье. Ну, да Бог ему судья!

Это не совсем «ровное» постановление об аресте Дмитрия, мы естественно обжаловали. И, о чудо, апелляция нас услышала! Или прислушалась… Не суть! В любом случае, предположу, что мое ходатайство и приложения к нему апелляционным судом были изучены, породили, видимо, какие-то сомнения и постановление было отменено с изменением меры пресечения на запрет определенных действий в пределах срока следствия.

Тональность дискуссии со следствием резко изменилась! Руководитель отдела осознал, что придется реально поработать для того, чтобы дело оказалось в суде и решил, что с нами проще сотрудничать, чем пререкаться. В итоге за несколько месяцев напряженного труда следствия, в ходе которого были удовлетворены все мои ходатайства о проведении следственных действий, приобщении и истребовании доказательств и т.д., были допрошены все интересующие нас лица, истина восторжествовала.

Риэлтор оказался разумным парнем и после разговора со мной, не мудрствуя лукаво, заключил соглашение с адвокатом и написал явку с повинной. Как следствие, он теперь тоже пособник, а нам не пришлось сдавать руководителя МУП, поскольку он сделал это раньше. А самое главное, что «свидетель», который изначально пособничал следствию в совсем неправедных процессуальных манипуляциях, теперь главный фигурант и тянет этот «паровоз».

Короче, потрудились мы с коллегами явно не зря! Все во благо подзащитного.

Во-первых, действия Дмитрия были квалифицированы правильно – как пособничество в мошенничестве, совершенном в крупном размере по ч. 5 ст. 33, ч.3 ст. 159 УК РФ. Это существенно улучшает его правовое положение в текущей криминальной истории и, главное, восстанавливает справедливость.

Во-вторых, он расширил свой кругозор и во время непродолжительной экскурсии посетил два интересных государственных заведения. Узнал, как правильно заходить в «хату», ознакомился с условиями содержания и особенностями общения со спецконтингентом, испробовал диету. Предположу, что теперь копию своего паспорта для целей, не отвечающих его интересам, он больше не даст никому. И это отрадно!

А главный вывод состоит в том, что противостоять системе можно даже в самых, казалось бы, безвыходных ситуациях и добиться справедливости средствами, имеющимися в распоряжении защиты. Своевременная и профессиональная работа способна поставить обвинение перед необходимостью изменить ход расследования уголовного дела в интересах истины и предъявить обоснованное обвинение в совершении преступления, которое лицом действительно совершено, а не правовые фантазии должностных лиц, заточенные под «чистосердечное признание». Главное, видеть «свет в конце тоннеля», иметь реальный план на защиту и стремиться его реализовать. И не лениться, занимаясь демагогией возле компьютера!

Не менее важен симбиоз воли к победе защитника и подзащитного, которого не может быть без высочайшего уровня взаимного доверия. Никакой адвокат не сможет помочь, если подзащитный сомневается в его решениях и не принимает предложенные им риски. Доказано, те, кто на следствии боится на время расстаться с личным горшком, потом долгое время пользуются общественным.

Нужно отдать должное Дмитрию, который не сломался под давлением следствия, не пошел на поводу и принял на себя риски временных ограничений во имя собственной свободы.

А в том, что он не сядет, у меня сомнений нет. Дело в суде, на днях состоялось первое заседание. Дмитрий признал вину, дал исчерпывающие показания, которые будут подтверждены в нужное время. Его роль даже в пособничестве имеет настолько низкий уровень общественной опасности, что, на мой взгляд, даже речь вести о каком-либо серьезном наказании не стоит.

А сам деле процесс обещает быть интересным. Все баталии будут как бы с нашим участием, но без нас. Основная судебная дискуссия предполагается между риэлтором и руководителем МУП и, соответственно, их защитниками. А я даже на лавочку, где обычно адвокаты размещаются в зале заседаний, не пошел. Мы сели в зале, в первом ряду. И единственное, о чем я жалею, что в суде не продают колу и попкорн.

В соавторстве с коллегами Лыковой Дарьей Александровной и Блинковым Андреем Михайловичем, которым выражаю отдельную благодарность за помощь при проведении неотложных мероприятий, необходимых для организации защиты по этому делу.