О том, как и что годовалому истцу удалось сказать отцу. Случай 2. Выдержки из судебной практики в Германии. Часть 37.

В предыдущей почти однимённой части Праворуб: О том, как и что годовалому истцу удалось в суде сказать отцу.... читателю был предложен Случай № 1. из нашей практики по признанию отцовства в Германии и связаных с этим целым рядом различных проблем, включая ведение различных досудебных и судебных процессов, а так же проведение генетических экспертиз согласно GenDG.

Данной публикацией предлагается Случай № 2, который демонстрирует второй типичный вид поведения отца-должника при переговорах о признании отцовства и связанное с этим назначение содержания для годовалого истца.

И так, Случай № 2.

В отличие от первого случая, во втором, от задействования судебной инстанции сторона должника решила изначально воздержаться, хотя это ни сколько не ускорило процесс в связи с необходимостью разработки, составления и последующего оформления внесудебного соглашения. Но речь сегодня о диагностике и о процессах согласно GenDG.

Уже в начале письменного общения с должником (вернее с его представителем) о наличии потенциального (годовалого) истца, как такового, и о предоставлении документов о заработках должника, должником была с одной стороны полностью опровергнута возможность родства с истцом, а с другой стороны, была выражена готовность осуществить экспертизу для выяснения родственной связи.

Такая конструктивная позиция должника уже с самого начала говорит о том, что стратегия должника предполагает экономию средств на судебные издержки и предполагает наличие у него явного подозрения о том, что родство скорее будет подтверждено экспертно.

Видимо в очной консультации коллег, отцу были подробно изложены все процессуальные возможности истца, включая очень вероятное одобрение процессуальной помощи малоимущему истцу из-за рубежа с последующим несением всех расходов должником, о чём наглядно шла речь в первой части моей публикации по этой теме (см. выше).

Разумеется, как и следовало бы ожидать, никаких документов о заработках до наличия положительного результат экспертизы «потенциальный должник» не собирался предоставлять.

И вот, спустя пару месяцев переписки должником была выражена готовность самостоятельно найти экспертную инстанцию и осуществить заказ о проведении экспертизы о происхождении с 3 участниками, а именно матери, ребёнка и «заказчика» экспертизы.

Закон о генной диагностике своей целью имеет определение условий генетического исследования и противодействие ущемлению прав на основе генетических особенностей, в ходе чего обеспечивается выполнение обязанности государства о заботе и защите человеческого достоинства и его права на информационное самоопределение (см. § 1 GenDG).
Поэтому достижение этой цели, осуществление исследований и связанное с ним взятие генетических проб возможны только тогда, когда соответствующий участвующий в этом человек однозначно и письменно даст своё согласие о взятии проб и о проведении исследования ответственному врачу. Это условие заложено в § 8 GenDG. Кроме согласия, разумеется, предусмотрено строгое соблюдение контроля и идентификации участников экспертизы.

Предоставление согласия, а вернее отказ от его предоставления, является одной из частых причин судебного процесса особого, определённого вида, а именно т.н. Заместительного процесса, подробнее о котором в планируемом авторском материале о Законе о генной диагностике (GenDG), анонс которого представлен здесь: Праворуб: Анонс с вопросом о публикации.

Несмотря на то, что инициатором всех требований является годовалый истец, представленный своей мамой, их согласие так же необходимо для соблюдения норм GenDG и должно быть задокументировано.

Стандартный и принятый для таких письменных заявлений текст содержит прежде всего согласие заказчика экспертизы (в данном случае отца), которое относится как к общему согласию о проведении экспертизы, так и к согласию о том, как и в каком виде участнику должны быть предоставлены результаты исследования, а так же когда должны быть уничтожены образцы материала.

Последние положения такого письменного согласия относятся именно к т.н. «праву информационного самоопределения личности».

В случае, если все участники экспертизы находятся в одном городе или хотя бы в Германии, идеальным вариантом является согласование встречи у назначенного или заказанного эксперта в его частной клинике, практике или лаборатории.

В случае, если один из участников проживает за рубежом (как в нашем случае), то от него требуется предоставление адреса клиники или компании, которая сможет принять документы из Германии, вместе с инструментарием для взятия проб и будет осуществлять как идентификацию пациентов, так и оформление согласия.

В приложении 1 к этой статье пример документа от сертифицированного института по генной диагностики т.н. «Протокола о взятии пробы и проведении идентификации», который был выслан нашему доверителю и в приложении 2 – перевод этого документа для моего русскоязычного читателя.

Таким образом, с подписанием такого Протокола как врачём так и пациентами, все требования GenDG могут быть соблюдены даже дистанционно.

Согласно предусмотренному процессу, после идентификации сторон врачём и после взятия проб, врач самостоятельно отсылает их в лабораторию для осуществления экспертизы, что и было успешно осуществлено в нашем случае.

Тот факт, что врач в отдельном формуляре может указать сумму гонорара за взятие проб, что будет учтено при расчётах с заказчиком и рассчитывается согласно отдельного Порядка о врачебных гонорарах (GOÄ) заслуживает отдельного внимания, но относится уже к другой теме о «распределении или несении расходов».

Из содержания этого протокола и всего процесса видно, что ответственность врача относительно идентификации сторон довольно велика и все типичные опасения о «чужой пробе» можно исключить, особенно, когда наш доверитель в этом совсем не заинтересован.

В результате проведённой экспертизы все высказанные нами ранее требования к должнику, который по результатам стал не «потенциальным», а реальным были им удовлетворены, а именно предоставление расчётов о заработной плате для последующего определения размера содержания.

Разумеется, особым и немаловажным этапом в таком «внесудебном» проведении экспертизы является дальнейшее оформление договора с должником о выплатах содержания.

В нашем случае должник выплатил предложенный им ранее минимальный размер задолженности за несколько месяцев, но переговоры о статьях договора продолжились ещё несколько месяцев.

И в завершении:

Забавным для читателя содержания Протокола может стать тот факт, что для особых возрастных категорий «истцов» (см. приложение) допускается «подписание» документа и «само-идентификация» своей личности с помощью отпечатка левой ноги. При этом не следует забывать, что эти «документы с отпечатками ног» согласно GenDG должны храниться в экспертных архивах много лет.
______________________________________________________________________________
V.Haupt, V.Haupt & Partner, Hannover, +049-511-1613948 — о немецком праве на русском.