О том, что в банкротных делах иногда полезно перечитывать "Трех Мушкетеров"

Банкротство юридического лица.

Коалиция порядка восьми юридических лиц против одного крупного кредитора, играющего по принципу «разрешено все, что не запрещено и еще чуть больше».

Требования одного из «наших» восьми включены в РТК на основании определения об утверждении мирового соглашения между кредитором и должником.

«Вражеский» кредитор бьет (и бьет красиво) по двум точкам — обжалует определение о включении задолженности в  РТК и параллельно обжалует судебный акт, подтверждающий сумму задолженности, на который идет ссылка в определении.

 09.07.2018 судебные заседания идут параллельно — в апелляции обжалуется определение, в кассации обжалуется мировое соглашение.

Следует отметить, что совпадение по времени и датам двух судебных заседаний смотрелось, видимо, красиво — очень красиво.

Два представителя вражеского кредитора в ходе судебных заседаний ведут переписку — апелляции сообщают, что мировое соглашение отменено. Триумф, радость процессуальных противников.

Опять большинство голосов, а значит опять беспредел управляющего и видимость конкурсного производства в угоду корпоративной культуре — похоже, что эти вещи уже замаячили в качестве приза у наших процессуальных противников.

Мы не думали, что все так серьезно. Сыграли то ли документы, происхождение которых крайне туманно, то ли, то обстоятельство, что наш кредитор, являющийся крупным предприятием с собственной юридической службой, растерялся от такой наглости, что поставили под сомнение сам факт наличия задолженности в почти в 320 миллионов рублей.

Наш кредитор оказался не готов к применению против него «документов», помимо документов.

На этом этапе был объявлен общий сбор и военная мобилизация.

Мнения у нас кардинально разделились. Благо, разделись «после», а «до» нужно было сформировать позицию от трех конкурсных кредиторов. 

На написание отзыва  ушло несколько дней. При этом уверенность была в том, что отменен первоначальный судебный акт, которым была подтверждена задолженность или не отменен, это вопрос не главный и не фундаментальный.

Само нахождение в реестре требований кредиторов должно отвечать одному простому вопросу — есть долг или нет.

Если долга нет, значит и нахождение в реестре нелегитимно. Если долг есть — то кредитор должен быть в реестре. 

И полномочия апелляции в нашем конкретном случае — ответить на этот вопрос с чем заново рассмотреть вопрос по существу.

Так получилось, что отзыв был закончен в воскресенье и отправлен  в Девятый арбитражный апелляционный суд в понедельник утром.

А в обед у нас состоялся разговор с процессуальным союзником, у которого была кардинально другая позиция. Он больше придерживался «процессуальной тактики»  — раз дело по мировому соглашению отправлено на новое рассмотрение, то итогового решения по нему еще как бы нет.

Значит можно бить на то, чтобы апелляция не рассматривала определение о включение в реестр РТК до окончательного решения по мировому соглашению 

Пошла трехчасовая дискуссия на различные связанные вопросы вроде тех, что раз должник банкрот, значит и никакого рассмотрения мирового соглашения быть теперь не может — все подлежит рассмотрению в рамках банкротного дела, а в рамках того, где кассация направила на новое рассмотрение, соответственно, подлежит прекращению. И так далее.

Но отзыв уже был в апелляции. Честно скажу, если бы не успел отправить, возможно, изменил бы позицию с «материальной» на «процессуальную» точку зрения, но «было поздно».

В саму апелляцию ехать не мог по семейным обстоятельствам — управлял и организовывал процесс удаленно. Документы, подготовленные нашим кредитором вызвали ряд сомнений — он просто парировал атаки вражеского кредитора, поддавался на провокацию. А вражеский кредитор, в полной мере чувствуя себя хозяином ситуации, готовился снять сливки.

Да, и включился конкурсный управляющий — написал такого, из чего следовало, что наш кредитор — чистый мошенник. При том, что этот «мошенник» входит в корпорацию Ростеха.

В апелляции было жарко. Но «железобетонная» позиция вражеского кредитора в том, что отмена мирового соглашения влечет автоматическую отмену определения о включении в РТК налетела и разбилась о более крепкую конструкцию из первичных документов, подтверждающих наличие долга. 

Да, наш кредитор, «как Вася», получая деньги на свой расчетный счет, тут же возвращал их должнику. Да, все эти транзанкции смотрелись крайне подозрительно (о чем и переживал мой процессуальный союзник, говоря, что не нужно раскрываться так глубоко).

Но долг то был! 

Апелляционная инстанция тему прочувствовала и определение Арбитражного суда города Москвы оставила без изменения, а апелляционную жалобу вражеского кредитора без удовлетворения.

Вывод:

Если бы в этом вопросе каждый был сам за себя, то нашего кредитора из реестра бы выбили на раз/два. Никто не писал бы им отзывы, никто не поддерживал. Выбили бы из реестра — мы потеряли бы большинство.

Поэтому, если в банкротном деле идет противостояние маленьких мальчиков более большому и более взрослому парню, то нужно браться за руки и бить его всем вместе.

Самая актуальная информация в телеграм-канале. Присоединяйтесь по этой ссылке!