Конституционный Суд признал дискриминационной практику продления срока службы военнослужащих, находящихся под следствием

Конституционный Суд признал дискриминационной практику продления срока службы военнослужащих, находящихся под следствием.



20 апреля 2009 года Конституционный Суд РФ провозгласил Постановление, в котором признал положение, содержащееся в абзаце девятом пункта 11 статьи 38 ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», противоречащим Конституции РФ. Положение гласит, что «военнослужащий должен быть исключен из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы, за исключением случаев, когда военнослужащий находится под следствием».  Как сообщает пресс-служба Конституционного суда, поводом к рассмотрению послужила жалоба Ислама Куашева, который не был демобилизован по истечении срока службы по призыву, потому что в отношении него было возбуждено уголовное дело. На момент начала рассмотрения дела в Конституционном суде Куашев находился на территории военной части и продолжал нести службу в течение шести месяцев после того, как истек срок его службы по призыву.

КС РФ пришел к выводу, что оспоренная норма создает возможность применения этой меры без достаточных оснований и без принятия соответствующих процессуальных решений (актов)  органами следствия, прокурором  и судом, только лишь потому, что в отношении военнослужащего было возбуждено уголовное дело. КС РФ указал, что такое регулирование ставит военнослужащих в неравное положение с другими гражданами. В частности, военнослужащие лишаются права на обжалование ограничений своей свободы, потому что УПК РФ не относит командование воинской части к  числу должностных лиц, действия которых подлежат обжалованию.

Поэтому КС РФ признал оспоренную норму дискриминационной, нарушающей  равенство граждан перед законом и судом и право военнослужащих на судебную защиту. КС РФ признал, что положение, содержащееся в абзаце девятом пункта  11 статьи 38 ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» не соответствует статьям 19 (части 1 и 2), 46 (часть 1), 55 (часть 3) и 59 Конституции РФ.

Впредь до внесения изменений в законодательство, эта норма может применяться только в отношении военнослужащих, которым избрана такая мера пресечения как наблюдение командования воинской части.

Вопросы для комментирования:

Как Вы прокомментируете решение Конституционного Суда?

Согласны ли Вы с доводами, изложенными в Постановлении?

Возникнут ли на практике сложности в процессе расследования уголовных дел в связи с решением Конституционного суда?

В целом решение Конституционного Суда, конечно, правильное. Ведь, действительно, закон в оспариваемой части устанавливал, что если в отношении военнослужащего возбуждено уголовное дело, то он не подлежит демобилизации. При этом следствие могло «не торопиться» и не принимать никаких процессуальных решений, а военнослужащий, тем не менее, был вынужден продолжать нести службу, что и имело место в данном конкретном случае.

Конституционный Суд по этому поводу совершенно правильно указал, что «запрет на увольнение военнослужащего, находящегося под следствием,  по истечении срока службы по призыву обусловлен не характером военной службы, а задачами предварительного расследования». (Понятно, что задачи предварительного расследования никоим образом не могут обусловливать продолжение несения службы военнослужащим.)Только вот обосновал свою позицию Конституционный Суд, по нашему мнению, не совсем удачно, поскольку оставил без внимания появление у такого военнослужащего еще и статуса подозреваемого (обвиняемого).

В этой связи доводы, что «такое регулирование ставит военнослужащих в неравное положение с другими гражданами» и «военнослужащие лишаются права на обжалование ограничений своей свободы, потому что УПК РФ не относит командование воинской части к  числу должностных лиц, действия которых подлежат обжалованию», как нам кажется, неуместны. Военнослужащий в случае возбуждения в отношении него уголовного дела, согласно статье 46 УПК РФ, становится еще и подозреваемым с определенным набором прав. И тот факт, что военнослужащий не может обжаловать действия командования воинской части, в данном случае не имеет никакого значения, поскольку это лицо в появившемся еще качестве подозреваемого может обжаловать, например, постановление о возбуждении уголовного дела.

Определенные сложности в процессе расследования уголовных дел в связи с решением Конституционного суда, очевидно, будут иметь место. Более того, трудности могут возникнуть уже даже сейчас, еще до внесения изменений в законодательство. Связано это может быть с тем, что «впредь до внесения изменений в законодательство, эта норма может применяться только в отношении военнослужащих, которым избрана такая мера пресечения как наблюдение командования воинской части». Однако согласно части второй статьи 104 УПК РФ избрание в качестве меры пресечения наблюдения командования воинской части допускается лишь с согласия подозреваемого, обвиняемого. Подозреваемый (обвиняемый) может не согласиться с ее избранием (так, скорее всего, будет в большинстве случаев), и тогда следствию нужно будет избирать другую меру пресечения (или не избирать вообще). Если это будет не заключение под стражу, то при избрании любой другой меры пресечения могут возникнуть проблемы с явкой. Одно дело военнослужащий в воинской части (всегда, что называется, под боком у следствия) и другое дело бывший военнослужащий (ныне подозреваемый, обвиняемый), которому избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде с постоянного места жительства в другом субъекте Российской Федерации, куда он уедет после демобилизации.

Это, в свою очередь, может привести к попыткам следствия избирать по любому поводу крайнюю меру пресечения (заключение под стражу). Суды должны будут такие попытки жестко пресекать.

А.Арутюнов, адвокат, доктор юридических наук

Комментарии.РУАгентство комментариев