Информация о свободе – миф или реальность в практике государственного управления?

Как правило, категория свободы, точно так же как и категория информации, берется в наличности суждения как некоторая известная данность, общая в своем содержании для всех субъектов суждения и восприятия. Это даже в свое время дало возможность говорить о только формально- юридическом понимании свободы, лишь как меры возможности права, не подкрепленной обязанностью исполнения. Но не кажется ли Вам, что свобода несет в себе уже рабство самого понятия свободы?


Во имя свободы, ради свободы, за свободу… порой свобода предстает как хороший действенный мотив воплощения целесообразности воли по отношению к объекту управления. И здесь вопрос об информационном содержания данного понятия раскрывается через меру возможного восприятия конечным адресатом процесса корреспондирования информации.

С одной стороны государство формирует конечный предел понимания свободы с помощью описательно- содержательных конструкций (нормы права, например), корреспондированных якобы неперсонифицированному кругу лиц и воспринимаемыми этим кругом лиц, с другой стороны, государство структурирует каналы распространения и циркуляции данной информации. Последнее является определяющим по отношению к содержанию свободы.

Так, например, толкование нормы закона находится в исключительной компетенции государства, восприятия этой нормы, ее императивная реализация все в руках государства- судебная система, прокуратура, аутентичное толкование и прочее и прочее. Что же остается в сфере конечного адресата, простого человека? Это норма права, которая ему совершенно непонятна по своему содержанию из- за юридической техники (бланкетные нормы, нормы принципы, утратившие силу, действующие в частичной редакции, поэтапно- вводимые и прочее), а так же те представления о свободе, которые он черпает из постоянных, пользующихся у него доверием источников, начиная от газеты, телевидения и заканчивая кругом близких друзей, родных.

Получается, что государству отданы на откуп функции по:

1. Формообразованию информационного содержания свободы(Законодательные акты, инкорпорирование, кодифицирование, ратифицирование, разработка проектов конституций и прочее);

2. Применению и идентификации свободы применительно к эмпирически заданным формам социальной действительности (юридические факты, например);

3. Определению оснований лишения свободы, процедуры удостоверения этих оснований(Уголовный Кодекс, Уголовно- процессуальный Кодекс).

4. Пропаганде, агитации, свободному структурированию оперативных конгломератов и массивов информации о свободе.

Все это позволяет не только искусно управлять массами, но и фактически определять границы их сознания.

Вспомним Конфуция и Китайскую философию, обслуживающую легистов: «Власть — это ветер, народ — трава, когда дует ветер, трава должна сгибаться»… Мы берем на себя смелость утверждать, что с времени легистов принципиально ничего не изменилось, единственное- формы и методы объяснения стали сложнее и детальнее, но в остальном государство остается все тем же монополистом понятия свободы, ее информационного содержания… Личность стоит перед выбором, либо участвовать в формируемом понимании свободы, меры возможного, меры должного, либо жить в области недосягаемости государственного, в области только частной жизни, творчества, духовных ценностей.

В последнем случае государственный аппарат выигрывает, ибо исключает из сферы возможного влияния еще одного носителя свободного сознания, свободной воли. Построение гражданского общества — это процесс ликвидации монополии государства в сфере информационного содержания понятия свободы, это процесс превращения государства в гаранта нейтральности информации, обслуживающей те или иные сферы потребления (например, деятельность Госстандарта) и только. В противном случае никакой рост капитала, никакие преобразования экономики не изменят проблему по существу, не сделают нас свободными, от рабства понимания свободы в чужеродных формах внеличной персонификации воли власти…

Начинать, конечно же, необходимо с формирования универсального метода познания, свободного от установок дня сегодняшнего, необходимо формировать универсальную пропедевтику познания социальной действительности, в том числе и свободы (на сегодняшний день попытки «очистки» категории свободы предприняты в рамках людологического метода исследования)…  

«Информация о свободе – миф или реальность в практике государственного управления? »// Информационная свобода и безопасность: Материалы конф. – Краснодар: Изд- во КГУИ, 2001