О том, как финансовые пирамиды рушатся на глазах фемиды. Часть 53 (2). Отрывки из аналитики и практики в финансовом и инвестиционном праве Германии.
Читателю может показаться, что в предыдущей публикации речь идёт о простом случае банкротства и о неудачной инвестиции.
Однако в случае с конкретными преметами инвестирования (контейнерами), которые подлежат процедуре учёта и распределения т.н. «банкротной массы» возникают глубокие вопросы относительно базисных правовых понятий, таких, как «собственность» и её передача в процессе покупки и управления.
Вот теперь в качестве дополнения к публикации и для гурманов теории права предлагается краткое погружение в проблему предмета этой инвестиции и подобных проектов.
1. В данной ситуации неотвеченным пока остаётся вопрос, произошла ли передача собственности на предмет инвестирования. Ключевым при этом является вопрос: на сколько возможно выделить наличие собственности на конкретный объект, то есть конкретный контейнер, находящийся в «банкротной массе».
Несмотря на то, что между компанией и инвестором были заключены договоры о приобретении в собственность контейнеров и управление ими, одного только этого факта недостаточно, что бы подтвердить переход права собственности от продавца к покупателю для дальнейшей сдачи в аренду.
Согласно норм немецкого права (§ 929 ff. BGB), переход собственности предусматривает так же «передачу» объекта покупателю. Таким образом, пока контейнер не передан покупателю вопрос о переходе собственности «виснет в воздухе».
Компания же, вместо фактической передачи просто предоставляет договор покупки с последующим управлением (в коммерческих целях) какого-то количества каких-то контейнеров.
2. Переход права собственности в немецком праве считается тогда завершенным, когда предмет собственности может быть выделен из массы других объектов и точно определён как при передаче, так и при заключении договора.
Иными словами, применимо к данной ситуации контейнер, который приобретён для инвестора должен быть выделен из массы других и точно определён как конкретный носитель права собственности, которое передаётся в сделке.
Для интересующихся и знатоков немецкого права напомню, это называется принцип абстракции (Abstraktionsprinzip).
Так вот, в данном инвестиционном проекте и во всех договорах, которые предлагала компания, речь идёт только о количестве приобретаемых контейнеров, их цена и другие условия, без точно определения параметров, позволяющих точно идентифицировать предмет договора для его передачи (в собственность).
Акцент в проекте был сделан на эффективное управление уже находящимся в собственности контейнере, на получении аренды, её использовании и распределении между инвесторами.
Основополагающие же вопросы собственности на конкретный предмет, её перехода при заключении сделки и идентификацию объекта собственности, как такового — остались за рамками процесса реализации проекта.
Единственными «признаками» предмета договоров покупки (контейнера) и управления им в виде сдaчи его в аренду в договорах фигурируют лишь марка, тип контейнера, их количество и маркировка.
Такми образом всего этого абсолютно недостаточно для юридически «чистого» перехода права собственности в рамках данного инвестиционного проекта.
3. Отягощается данный процесс так же и тем, что при банкротстве арендатора и отсутствии текущих арендных платежей за контейнер, в процессе «разбoра» банкротной массы арендатора встанет вопрос о собственности и собственнике контейнера, который на момент открытия процесса банкротства оказался во владении арендатора.
Более конкретно: пока каждый, стоящий во дворе обанкроченного арендатора контейнр не будет определён с точным его владельцем, который подтвердит своё право собственности на него, включая юридически «чистый» процесс передачи — данный предмет не может далее использоваться в тех или иных коммерческих действиях. Это означает «блокировка» не только арендных платежей, но и правa распоряжения собственностью (которая остаётся неопределённой и неподтверждённой).
Разумеется, для простого обывателя и инвестора все эти теоретические изложения малопонятны и практически неприменимы для принятия решения об инвестиции.
Для таких случаев нами применятся упрощённая до житейского уровня аналогия.
Вот, какая аналогия для данного проекта и всех подобных предметов инвестиции была выбрана нами при работе с доверителем.
Представьте, что вместо контейнеров вы инвестируете в лес, в древесину. В договоре написано, что вы приобретаете 100 сосен и 200 клёнов, но не указан ни лесной участок, ни данные земельного реестра, где «должен стоять лес» и уж подавно отсутствуют точные координаты долготы и широты каждого дерева, как «точки» отличающей это дерево от всех остальных, растущих на планете.
Рано или поздно, вам придётся искать, какое же дерево вы купили и где же оно вообще находится. Наступит этот момент тогда, когда встанет вопрос: а чем вы владеете и что есть ваша собственность. Этот вопрос лучше ставить до заключения сделки об инвестиции и до приобретения инвестиционного продукта.
Вот и в данном случае, правовой риск заключается в самом простом: соблюдении правил перехода собственности на предмет инвестирования согласно конкретных норм права.
Итог.
Инвесторы и предприниматели: если предмет вашей инвестиции находится в другой правовой среде и регулируется нормами другой правовой системы — всегда лучше обсудить, существует ли то, во что вы инвестируете и только ли на картинке.
___________________________________________________________________________
V.Haupt, V.Haupt & Partner, Hannover, + 49-511-1613948 — о немецком праве на русском.
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
| 1. | VermAnlG | 126.3 KB | 3 | |||
| 2. | VermVerkProspV | 71.1 KB | 1 |
Уважаемый Vitaliy, просмотрела Проспект, очень всё красивенько, заманчиво. Если бы ещё прочитать смогла... (wasntme)
Вопрос с определением собственника контейнера в данном случае очень проблематичен. Как в мультике «Золотая антилопа»: https://youtu.be/otgxoeqr1RM
Уважаемая Алёна Александровна,
да, этот отрывок мультфильма уже не раз цитировался на те или иные финансовые «продукты» и хорошо илюстрирует суть многих проблем. (Y)
Жаль, что моя публикация Вам не понравилась или осталась бесполезной. Однако поскольку это всего лишь отрывки и «выдержки» из всего анализа проспекта и продукта, то разумеется, приведённые примеры — лишь часть правовых рисков, определённых при проведении аналитической работы.
К тому же для этой публикации пришлось «переводить самого себя на русский». Поскольку заказчик не владеет русским, то и вся работа по анализу проспекта — на немецком, а при изложении для Праворуба — не исключены ошибки или неточности в передаче проблематики для читателя на русском.
Если вдруг из 51 000 инвесторов есть и русскоязычные граждане, то для подачи формуляров в канцелярию, которая назначена «управляющей» банкротным имуществом в этом деле — сроки очень жесткие. Лучше их не пропускать, в чём поможет регулярное чтение материалов на портале Праворуб!
В любом случае, благодарю всех читателей, кто обратил внимание на актуальные процессы в данной теме.
Уважаемый Vitaliy, Вы меня не поняли. Мне понравились публикации и определенно они пригодятся в дальнейшем.
К сожалению, российские граждане очень доверчивы и частенько инвестируют «не туда».:? Естественно, не советуясь с адвокатом.
Уважаемая Алёна Александровна,
рад, что публикация Вам понравилась. Как видно, доверчивы и немецкие граждане-«инвесторы», которые спохватившись, тут же интересуются: «а что это я купил...»? ;)
Уважаемый Vitaliy Haupt, спасибо за статью) Доходчивы, кратки и по делу. Как думаете, при описанной фактуре есть шанс на возбуждение уголовного дела?
Сам взялся за похожую ситуацию с гореинвестором-физиком в России. При изучение профильного законодательства выяснил, что ФЗ «О защите прав инвесторов на рынке ЦБ» эти права вообще не защищает. От слова ВООБЩЕ. В судах практика отрицательная, поэтому предварительная правовая оценка инвестиций очень важна.
Уважаемый Иван Геннадьевич,
отвечая на Ваш вопрос, сообщу, что шанс возбудить — есть всегда, т.к. это всего лишь вопрос подачи обоснованного заявления в Прокуратуру с массой подозрений в том и сём. Вопрос в шансах того, что в процессе расследования прокурор придёт к заключению, что в субъективной части состава преступления присутствовал умысел (Vorsatz) или хотя бы т.н. «осознанное понимание высокой вероятности негативных последствий от своих действий в виде ущерба» и осознанное принятие этого при создании продукта, что требуется для той или иной статьи StGB.
Обычно именно это почти невозможно доказать, хотя уголовное право — абсолюино не моя область.
О защите прав инвесторов на рынке ЦБ :D:D Вы так насмешили мои тапочки, что я не могу их найти…
Неужели, Вы действительно считаете, что
— колониальный орган административного управления, созданный с целью контроля над ресурсом и пополнения казны суверена,
— который даже не подлежит ни проверке, ни контролю со стороны Прокурорских органов данной колонии,
— который даже не является объектом регулирования ни одним из органов власти колонии и
— который сам пишет себе инструкции на основе указаний мвф и только в его интересах, лишая народ колонии пенсий, пособий, социальной системы как таковой, и уничтожая остатки промышленности с помощью запрета внутреннего кредита во внутренней валюте,
и Вы ожидаете в таких условиях каких-то «прав», каких-то «инвестовров»??? В колонии инвесторов не может быть в принципе (но закон по их защите вполне имеет право на «существование»).
В любой колонии — права есть только у суверена, который: 1) печатает средства платежа, 2) назначает процентную ставку и 3) распределяет местный ресурс в пользу суверена.
Это было и в римской, и в австро-венгерской и в османской империи, и в третем рейхе и вот снова… а Вы про «права инвесторов»… право же насмешили.
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
Рейтинг публикации:
«О том, как финансовые пирамиды рушатся на глазах фемиды. Часть 53 (2). Отрывки из аналитики и практики в финансовом и инвестиционном праве Германии.»
2
звезд из 5
на основе 12 оценок.
Консультации, дела.
Действую с интересом, спокойно и тщательно, очно и дистанционно.
Дорого, но зато качественно. Все встречи и консультации, в т.ч. дистанционные только по предварительной записи.
Уважаемый Vitaliy Haupt, совершенно справедливо, и для российского права тоже, что момент перехода права собственности определяется фактической передачей индивидуально определённой вещи (либо легитимационного знака на неё), а до этого момента, «инвестор» обладает не самой вещью, а только лишь правом требования, что в случае банкротства, ставит его в один ряд с другими кредиторами.