Санкция санкцией, а как же Конституция?

Написание данной статьи навеяно мне недавним материалом Морохина И.Н. под названием «Безумные санкции ФСС — восстановление нарушенного права или профанация?».  Хотелось бы вначале процитировать коллегу:«Я никогда не скрывал своего негативного отношения к всевозможным «государственным фондам» и их деятельности…» Будешь тут негативно относиться, если регулярно встречаешься с нарушениями закона с их стороны.

И дело порой бывает не в трех копейках, да и не в копейках вовсе, как, например, в нижеописанном случае.

Ни для кого не секрет, что органы Пенсионного фонда России имеют право налагать на страхователей финансовые санкции в соответствии с законодательством Российской Федерации. С подобным исковым заявлением и обратилось Управление ПФ РФ по г. Курску и Курскому району Курской области к моему доверителю.

Мой доверитель был ранее зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, однако на момент предъявления иска истцом уже таковым не являлся. Соответственно исковое заявление рассматривалось не арбитражем, а мировым судом.

В этом конкретном случае финансовая санкция, по мнению пенсионного органа, подлежала взысканию за непредставление моим доверителем в установленные законом сроки сведений, необходимых для осуществления индивидуального учета в системе обязательного пенсионного страхования в порядке ч. 3 ст. 17 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования».

С моего доверителя подлежали взысканию 10% от причитающихся за отчетный год платежей в ПФР (что составляло ни много ни мало, 1039 рублей 20 копеек). Также истец  хотел взыскать и расходы по уплате госпошлины в размере 400 рублей.

Хронология событий была следующей:

Ответчик не направил в  пенсионный орган в срок до 1 марта 2011 г. сведения для ведения индивидуального (персонифицированного) учета за 2010 г.

Только в сентябре 2011 года пенсионным органом был составлен акт об обнаружении фактов, свидетельствующих о нарушении законодательства.

В октябре этого же года решением истца доверитель был привлечен к ответственности в виде финансовой санкции.

Однако требование о взыскании финансовой санкции стало не актуальным по состоянию на 1 января 2012 г. в связи с изменениями в законодательстве, что, впрочем, не остановило  пенсионный орган и иск был подан в апреле 2012г.

После ссылки представителя ответчика на ст. 54 Конституции РФ суд отказал пенсионному органу в удовлетворении требований.