Взыскание убытков от продажи ценных бумаг по договору доверительного управления

В 2011 году мой будущий доверитель Виктор Михайлович (учредитель управления) заключил договор доверительного управления ценными бумагами с ООО «Инвестиционная компания «Таск Квадро Секьюритиз» (доверительным управляющим). По этому договору указанная организация, получила право приобретать и продавать ценные бумаги по своему усмотрению в интересах учредителя управления, а Виктор Михайлович стал ежегодно получать дивиденды от принадлежащих ему акций.

В 2012 г. эти дивиденды составили 241 000 рублей, в 2013 г. — 280 000 рублей, в 2014 г. — 159 978 рублей. В 2015 году Виктор Михайлович не получил ничего и заполнил контактную форму на моем сайте с вопросом о том, что он может получить при расторжении договора доверительного управления. Я ответил ему, что мне необходимо изучить его документы, после чего Виктор Михайлович изъявил желание встретиться лично.

Виктор Михайлович объявился только спустя пару месяцев, но времени зря он не терял, т.к. подал заявление в Управление по ЦАО ГУ МВД РФ по г. Москве и получил постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Оказалось, что в 2014 году в собственности Виктора Михайловича были ценные бумаги таких обществ, как ОАО «Тамбовский завод «Электроприбор», ОАО «ГМК Норильский никель», ОАО «Ростелеком», ОАО «Лесозавод-2». В конце 2014 года эти акции были проданы. На вырученные деньги доверительный управляющий приобрел акции Открытого акционерного общества «Вышневолоцкий ордена «Знак Почета» мебельно-деревообрабатывающий комбинат». Дивидендов это ОАО никому и никогда не выплачивало, поэтому у Виктора Михайловича возник закономерный риторический вопрос: «Кто у меня купит эти фантики?».

Изучив договор, я обратил внимание на п. 2.4, согласно которому доверительный управляющий обязался «проявлять должную заботливость об интересах учредителя управления или указанного им лица при осуществлении деятельности по доверительному управлению». Я предложил обратиться в суд и взыскать стоимость проданных акций, т. к. должной заботливостью здесь и не пахло. Заключив договор, я принялся за дело.

Прежде всего я установил подсудность нашего иска. Это оказался Пресненский районный суд г. Москвы. Хоть я и не москвич, но был о нем наслышан и это ничуть меня не обрадовало. Далее я стал искать доказательства отсутствия должной заботливости. В качестве таких доказательств я решил использовать бухгалтерскую отчетность ОАО «Вышневолоцкий МДОК», которая находится в свободном доступе.

Всю отчетность я к исковому заявлению не прилагал, посчитал, что будет достаточно отчета об изменениях капитала, поскольку именно в нем находились сведения о том, что выплаты по дивидендам не производились.

В процессе составления иска в моей памяти всплыло Постановление Пленума Верховного суда № 17 от 28.06.2012 г. «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителя». Я освежил его в памяти и решил сослаться еще и на Закон «О защите прав потребителя», т. к. усмотрел в доверительном управлении признаки финансовой услуги:

«под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.)».

Упускать возможность получения штрафа в размере 50% от взысканной суммы и освобождения от уплаты государственной пошлины (пусть и неполного, т. к. цена иска превышала миллион рублей) было бы совершенно неоправданно.

Иск был составлен и подан в Пресненский суд по почте. При составлении иска я не строил иллюзий относительно глубокого изучения дела и постарался раскрыть свои доводы максимально подробно. Сейчас я составил бы иск несколько иначе, но основной принцип правовой позиции все равно остался бы прежним.

Вопреки моим ожиданиям, в судебное заседание ответчик не явился, а суд, изучив иск, практически не задавал мне вопросов. Иск был удовлетворен полностью (если не считать ожидаемого снижения компенсации морального вреда).

Решение суда пришлось получать довольно-таки долго. Получив решение со штампом о вступлении в законную силу, я с удивлением увидел, что в нем отсутствует какое-либо упоминание о штрафе, взысканном в порядке ч. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителя» и о компенсации морального вреда.

К счастью, спустя две недели после заседания, я заполнил на сайте Пресненского суда форму «Обращения граждан», в котором просил направить в мой адрес копию решения суда. Ответа на это сообщение я не получил и, основываясь на этом, заявил ходатайство о восстановления пропущенного срока и приложил к нему заявление о вынесении дополнительного решения. Это заявление было удовлетворено, суд вынес дополнительное решение, которое вступило в законную силу.

Пока суд назначал дату рассмотрения заявления о вынесении дополнительного решения, я стал работать над исполнением уже полученного решения суда. Перед тем, как требовать выдачи исполнительного листа, я посмотрел сведения о нашем ответчике в картотеке арбитражных дел и обнаружил, что он является должником в деле о банкротстве. Не дожидаясь вынесения дополнительного решения суда, я направил в Арбитражный суд г. Москвы документы, необходимые для включения в реестр кредиторов.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.09.2016 г. Виктор Михайлович включен в реестр кредиторов. Процедура банкротства обещает быть долгой и непростой. Но это уже совсем другая история...