Продолжаем бороться с адвокатским унынием. И с искусственным созданием этого уныния правоприменителями, создающими «кривую» практику, а потом этой практикой нас пугающими. И ведь многие пугаются.
Как часто мы слышим от следователя, что они «таких» дел уже десяток в суд направили? Типа, даже не пытайся, адвокат. А начинаешь разбираться — и вовсе эти дела не «такие». И если действительно разбираться, «таких» дел не существует вовсе — каждое индивидуально, важно эту индивидуальность увидеть, что уже зависит только от труда адвоката.
Как часто мы слышим от судей, что «у нас всегда по этому вопросу так делается»? Типа, ну и что, что в законе написано иное. И ведь многие ведутся. И прогибаются. А почему? Потому что боятся судью? И не знают, как боится сам судья?
Иногда для всякого рода порочной практики условия создает законодатель. Страшные нормы были приняты в 2013 году для борьбы с педофилией, когда разрешили не допрашивать в суде потерпевшего — достаточно огласить протокол его следственного допроса (ч.6 ст. 281 УПК РФ). А как этот протокол пишется, мы прекрасно понимаем.
Итого, схема посадки любого человека на 12-20 лет (ч.4 ст. 132 УК РФ) упростилась донельзя:
- следователь составляет протокол допроса ребенка (например, со слов родителя),
- к делу прикладывается какая-нибудь справка о ранимой психике ребенка, которой может быть причинен вред его участием в суде,
- также прикладывается экспертиза о том, что ребенок ко вранью не склонен,
- все эти документы оглашаются в суде.
Этого достаточно для обвинительного приговора со сроком, превышающим наказание за убийство. Оспорить содержание этих документов у адвоката возможности нет. Гарантированная тюрьма надолго. Это ли не повод для уныния?
Но нет. Вот что написал Второй кассационный суд общей юрисдикции по одному из моих дел:
То есть, оказывается, описанная выше схема работает не всегда, и самоуверенность следователей, прокуроров и судей, заявляющих «огласим, и вся недолга» — это именно что самоуверенность, которая может им боком выйти.
П. С. Нет, это не везение, хотя на такое основание отмены решения нижестоящего суда я не только не рассчитывал — я его даже не закладывал в кассационную жалобу (полсотни листов) по описанным выше причинам. Продавил я суд в другом месте, а вылезло в этом.
Но главное, чего ради пишу — нет никаких аксиом, даже если они нам кажутся. Даже если нас этими псевдоаксиомами пугают. И ведь кто пугает? Следователи, судьи — обычные рядовые чиновники, не самые умные, не самые образованные (про некоторых и вовсе складывается впечатление, что диплом они в подземном переходе купили) — те самые, которые потом за это же огребают от вышестоящих, как в данном случае. Давайте думать своей головой, а не их дурацкими шаблонами.
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
Уважаемый Олег Витальевич, нечто похожее, в «лайт- версии» наблюдается по гражданским делам по искам об определении порядка общения с ребенком, когда ребенку ещё нет 10 лет и его мнение выясняется «опосредовано» в рамках судебно-психологической экспертизы.
Противоядие следующее — процессуально разбивать кирпичики- заменители допроса ребенка в суде: заключение эксперта о невозможности допроса из-за ранимости психики, иные «аналоги- заменители».
Как только рухнет хоть один из заменителей, можно предоставить адвокатский протокол опроса со сведениями, противоречащими протокол следователя.
Увидев такое, судья никуда не денется, допросит ребенка в суде, с соблюдением всех гарантий, разумеется.
Был лично свидетелем такого поворота. Правда, не в московском суде, а у нас, в провинции.
можно предоставить адвокатский протокол опроса со сведениями, противоречащими протокол следователя.Уважаемый Андрей Владимирович, если речь об опросе потерпевшего ребенка адвокатом обвиняемого, то это возможно только в случае примирения сторон, что бывает нечасто.
Уважаемый Олег Витальевич, а опросить лучшего друга потерпевшего можно? :)
Уважаемый Андрей Владимирович, больная тема, которой я уделяю не первый раз внимание — это преступления с потерпевшими, не достигшими 12-летнего возраста. Это именно дети, показ которым, например, порнографического изображения с 2012 года стал квалифицироваться как насильственные действия сексуального характера (при отсутствии насилия). Это та самая кампания по борьбе с педофилией, суть которой отражена в примечании к ст. 131 УК РФ, заставляющая держаться от детей подальше.
Здесь потерпевшие часто «садовского» возраста. Именно их всячески оберегают не только от адвокатов, но и от судей, то есть вообще от участия в процессе. Это по таким делам оглашаются написанные следователем неизвестного происхождения показания. В силу возраста потерпевших не возможен ни их опрос, ни их друзей — они, как правило, внятно ничего сказать не могут (написано же в законе: «не может понимать характер и значение совершаемых с ним действий»).
С подростками этой проблемы нет. И подростков, насколько я знаю, суды все-таки допрашивают. Здесь изобретать велосипед нужды нет.
Уважаемый Олег Витальевич, спасибо за архинаиважнейшую публикацию! (handshake)
Лично меня она пронзила во все поры, потому что успел столкнуться несколько раз со столь чудовищными нарушениями, творимыми следователями СК РФ (в судах по подобным делам пока не доводилось участвовать).
До сих пор не даёт покоя трёхлетней давности ситуация по делу в отношении 70-летнего старика, которому вменялось изнасилование 7-летней внучки женщины, с которой прожил последние почти двадцать лет.
Следователь (девушка лет 22-23) замутила вначале почти четырёхчасовой допрос потерпевшей с участием мамы-заявителя, педагога, психолога и ещё кого-то (не помню, как обозвали её по специальности). В протокол заложили, разумеется, не всё время, но не это главное. А то, что после этого, пригласив нас, объявили очную ставку.
О'кэй, очка так очка. Объявление списка участников, куцо-туповатое объяснение предмета (даже мне трудно было понять), сути и порядка очной ставки, разъяснение прав и предупреждение о применении видео.
Далее вместо допроса потерпевшей оглашение её показаний и вопрос: «Маша, всё именно так было?» и ответ «Да». Потом вопрос нам: «Слышали? Что можете сообщить?». Доверитель отвечал вкратце, но сообщил свою версию, более подробно отражённую в протоколе допроса. Вопросов никто не задал. Протокол сперва подписывают все, кроме нас. Я попросил продемонстрировать видео и отразить в протоколе факт просмотра видео от начала до конца, а потом дать мне протокол для подписания и собственноручного написания жалобы на действия следователя и ходатайства о признании протокола очной ставки недопустимым доказательством.
Через несколько минут после совещания следователя с рукСО протокол исчез. Я успел записать фамилии всех участников и на следующий день накатал жалобу, на которую, понятное дело, ответа не получил. На следующий день при избрании меры пресечения возникло соглашение об оказании юридической помощи с другим адвокатом и, судя по сведениям на сайте суда, стражу избрали уверенно, несколько раз продлились и дело зашло в суд. Я практически уверен, что адвоката пригласила бабушка потерпевшей. Не сразу, но допустил, что целью при этом преследовалось явно не оправдание обвиняемого.
Год назад был в подобной ситуации и опять пресёк почти схожее нарушение закона. Заявитель — мама потерпевшей, а её отец — сын обвиняемого, который со мной иметь общение сразу отказался и только после взятия отца под стражу понял, что натворили, обратился за помощью к другому адвокату. Тоже ушло в суд.
И у меня нет уверенности в том, что эти люди найдут возможность дойти до кассации (чувствую, что в первой и второй инстанциях итог практически предопределённый).
Уважаемый Курбан Саидалиевич, по этому делу очная ставка тоже была из ряда вон, о чем частично указано в процитированном кассационном определении. А что судом не указано, так это потому что слов подходящих на то не имеется. Кто бы мог представить, что в ходе очной (вспоминаем этимологию слова «очный») ставки один ее участник может находиться за спиной другого?
Следователи, судьи — обычные рядовые чиновники, не самые умные, не самые образованные (про некоторых и вовсе складывается впечатление, что диплом они в подземном переходе купили) Уважаемый Олег Витальевич, к сожалению, реформа системы образования и особенности отбора на должности руководителей СО и судей (отрицательной селекции) заметны всё чаще, причём не только в уголовных и административных, но и в гражданских делах — сам недавно удивлялся неспособности судей понять, что страницы сайта состоят не только из авторских текстов, но и других, служебных (навигационных, статистических, управляющих и т.п.) элементов, не имеющих никакого отношения к автору, и даже не желающих разобраться в сути вопроса. Их обобщенное мнение: «если мы видим это на одном экране, то всё это является единым произведением» :x
Но Вы совершенно правы — это не повод для «сдачи», в любом случае необходимо переламывать порочную практику, не давать идиотам устанавливать собственные «стандарты», даже несмотря на их численное превосходство.
Воевать нужно не числом, а умением © А.В. Суворов.
Уважаемый Иван Николаевич, мне кажется, я нашел причину низкого профессионального (и не только) уровня юристов, но о том будет отдельная публикация.
Уважаемый Олег Витальевич, а можно ссылку на эту публикацию? Ужасно любопытно!
Уважаемый Владимир Александрович, Вы ее уже сами нашли.
Уважаемый Олег Витальевич, я-то надеялся на анализ ситуации. А там шутка смеха.
Уважаемый Владимир Александрович, так все просто. Я обнаружил, что в наших условиях юридическое образование в отличие от многих других может получить в прямом смысле слова любой дурак. Это первое.
Второе. Дураки с юридическим образованием очень нужны оказались государству, которое у нас было построено, которое носит по сути имитационный бутафорский характер. Вот и весь мой анализ.
Уважаемый Олег Витальевич, мне только интересно: дураков с образованием специально назначают на ответственные должности, или это следствие того, что наверху оказалось слишком много других дураков, которые ничего не смыслят в том, чем они занимаются (кроме дворцовых интриг, по части которых эти дураки наверху могут быть просто докторами наук)? Вот всегда было интересно.
Уважаемый Владимир Александрович, я думаю, что специально.
А смысл в этом какой? В чем выгода от того, что в Скотопригоньевском районном суде будут работать одни идиоты?
Уважаемый Владимир Александрович, их второе важное качество, связанное с первым — послушность (умники непослушны). Они не имеют своего мнения, послушно выполняют команды сверху, чем обеспечивается управляемость системы (та самая вертикаль власти).
Я просто в восторге, когда кто-то из коллег «ломает» устоявшуюся практику. Основная масса адвокатов принимает условия игры, разводят руками. Находятся талантливые адвокаты, которые не сдаются и добиваются результата. В избранное саму статью и комментарий Ермоленко о применении аналогичной тактики в гражданском процессе.
Основная масса адвокатов принимает условия игры, разводят руками.Уважаемый Владимир Юрьевич, нормальные люди. Чтобы действовать иначе, надо быть (слегка) ненормальным(blush)
Уважаемый Олег Витальевич, ваша публикация напомнила мне дело массажиста, когда маме ребёнка на массаже чего-то показалось, а массажиста осудили
Уважаемый Александр Николаевич, к сожалению, это стало распространенным.
Уважаемый Олег Витальевич, только так и ни как по другому. Если не задавать себе вопросы «почему», если не вставлять эти вопросы в нужные места, если не находить на них собственные ответы, логичные и обоснованные, не разбираться в причинах вещей, не искать в системе слабых мест, работать по пересказанным правилам, то работать наверное будет проще, но явно без особой пользы для дела.
Уважаемый Дмитрий Владимирович, вот(Y) Ну вот же! Все дело (только!) в «бантиках». То же самое, но без «бантика», не работает.
Уважаемый Олег Витальевич, перечитал формулировки еще раз, тоже теперь не понимаю как и Вы, что там МГС собирается обдумывать, перенося заседания))))
Уважаемый Олег Витальевич, спасибо за статью. Завтра заседание, суд после наших возражений огласил показания 15 летних потерпевших по 135 УК и двух семнадцатилетних свидетелей. Но уверен, сам суд и прокурор захотят их допросить, уж очень сильно упростили следователи СК предварительное следствие, хотя и заволокитили. Не доказали они нашу вину от слова «совсем».
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
Рейтинг публикации:
«Допрос малолетнего потерпевшего в суде. Все-таки надо?»
5
звезд из 5
на основе 83 оценок.
Консультации, дела.
Действую с интересом, спокойно и тщательно, очно и дистанционно.
Дорого, но зато качественно. Все встречи и консультации, в т.ч. дистанционные только по предварительной записи.
Уважаемый Олег Витальевич,
про некоторых и вовсе складывается впечатление, что диплом они в подземном переходе купили
я вот сегодня послушал рассуждения по поводу «презумпции невинности». Попытался представить, что это может означать, а ещё поразмышлял, что через какое-то время вся эта невинность нам так или иначе выйдет боком. В обозримом будущем улучшений не ожидается.
Уважаемый Фаниль Рафисович, да, как-то неоптимистичненько сейчас все.
Уважаемый Фаниль Рафисович, это очень интересно.
Поделитесь? Очень интересно, кто и чего рассуждал.
Вот мой случай: рассуждаем как-то с одной судьей и еще одним коллегой — бывшем следователем — о презумпции невиновности.
Я: «А вот, ежели Вася скажет, что я ему в нос дал и врач подтвердит факт травмы носа, меня же нельзя осудить! А вдруг Васю бил не я или обороняясь! Презумпция невиновности!»
Судья и адвокат-следователь: «Нет, ты что имеется совокупность доказательств, указывающая на твою виновность!»
Я: «Ну подождите, ваша честь! А вот если мы с вами сидим в комнате, а потом вы оттуда выскочите вся в крови с криками, что я вас душил и пришлось меня убить — неужели вас нужно будет посадить!?»
Судья: «Ну… ты… это… давай закончим разговор» (смайлик, бьющий себя ладонью по лбу".