Обзорная статья. 100 решений немецких судов. Часть 36, 37.

Часть 36.
Одно из решений Верховного Суда Германии можно с уверенностью назвать «Авто-гуглом приговорённый амнистируется, а авто-гугл приговаривается… », хотя честь и достоинство живого человека вряд ли можно сравнивать с честью и достоинством синтетически созданной компьютерной программы.

Предметом разбирательства стала одна из наиболее «услужливых» функций всезнающего и всепроникающего поисковика с названием Auto-Complete-Function.
Суть иска против компании-поисковика сводится к элементарному: истец не желает, что бы его имя при поиске автоматически дополнялось, ставилось в унижающем его контексте и ассоциировалось с негативными терминами и понятиями путём «авто-дополнения» при вводе имени.

В первых двух инстанциях суд, к сожалению, последовал аргументам ответчика о том, что подобные авто-дополнения являются лишь «предложениями» при поиске и основаны они на алгоритме, который учитывает предыдущие поиски пользователей и наиболее часто применяемый ими контекст.

Звучит убидительно и невинно, мол: кто-то, где-то уже вот так-вот искал, а мы просто запомнили, учли и вот, предлагаем и вам связать искомое имя с вот этой, например, гадостью и бранью». Замечательная услуга, не правда ли?

Верховный Суд своим решением отменил решения предыдущих инстанций и направил дело на «доработку». За основу была взята роль и влияние создателя, владельца и пользователя такого алгоритма в сочетании с его возможностью контроля и степени применения такого алгоритма с учётом личностных прав третьих.

Несмотря на незыблемость права поисковика на собственное мнение и свободу предпринимательской активности, ответственность в данном вопросе обосновываетя нарушением т.н. проверочной обязанности, а именно выполнения этой обязанности в рамках практически возможного и на основе обоснованной информации от пострадавшего.

Данное решение перекликается с уже известной практикой признания ответственности того, кто предлагает услуги в интернете путём предоставления технических средств, которые адекват-каузально способствуют нарушению прав третих.

Уже упомянутые мной в моих предыдущих публикациях случаи прецедентной практики по вопросам ответственности провайдера за содержание, созданное блоггерами, дополняются и углубляются всё новыми прецедентами, включая и данное актуальное решение Верховного Суда от 14.05.13 и его обоснование (ном. акт.: BGH VI ZR 269/12).

Так, медленно, но уверенно вырисовывается суть, рамки и условия ответственности активных участников сети для их безграничной предприимчивости, которая всё чаще становится предметом правового регулирования.

P.S.
Интересно, как было бы расценено выражение профессора своему студенту типа: "… заберите Ваши тексты с моего стола, от них гуглом прёт..." или "… а где же ссылки на со-гугольство..."


Часть  37.
Продолжая тему глобальной гугло-мании, фейсбукизации и айподирования населения стоит отметить и некоторые решения судебных инстанций, негативных для человека разумного (homo sapience) в пользу человека дигитализированного (homo digitalicus).

Так, общество потребителей подало иск против компании-устроителя лотореи, которая своим присутствием в социальной сети «фейсбук» использовала кнопку «нравится» в своеобразной интерпретации, а именно: Участие в лоторее возможно было только при условии нажатия кнопки «нравиЦа».

Истец, общество потребителей, считает, что кнопка «нравится» используется участниками сети ПОСЛЕ того, как человек разумный приобрёл позитивный опыт в пользовании услугой, участием в игре, в сотрудничестве или ином контакте с опонентом. Обосновало свой иск общество с точки зрения обычного понимания понятия слова «нравиться» пользователем.

Компания-устроитель же воспользовалась опцией как «купленной возможностью» привлечь к себе клиентов ДО получения какого либо опыта в контакте с ней и как условие дальнейшего контакта в виде участия в игре. Ответчик обосновал свой подход к «щелчку» как потенциальный интерес и симпатию пользователя к продуктам компании или к возможностям, предлагаемым лотореей.

Судебная инстанция проверяла ситуацию на предмет введения в заблуждение согласно положениям Закона о добросовестной конкурренции (§§ 3, 5 I 2Nr.2 UWG) и на основе трактовки кнопки «нравится» пользователями интернета.

В своих исследованиях и в результате поиска решения Земельный Суд Гамбурга пришёл 10.01.2013 к заключению, что использование кнопки «нравится» определяется ни к чему не обязывающими пользователя мотивами и ничем не обоснованным и даже потенциально возможным его интересом (ном.акт. 327 О 438/11).

В отличие от такой кнопки, установленной для определения отношения к текстовой информации, где предусматривается её изучениие, понимание и формирование своего отношения к ней пользователя, кнопка предшествующая получаемому опыту и лишь пробуждающая интерес пользователя (как любой другой «животный» инстинкт) не является попыткой введения в заблуждение.

Разумеется, данный случай нельзя путать с принятыми в сети т.н. «рекомендациями» пользователей тех или иных услуг и тех или иных товаров, после покупки или пользования услугой. Такая «кнопка» имеет иной смысл, условия применения и прецедентную практику. В множестве предыдущих судебных решениях прецедентная практика признала, что пользователь продукта или услуги должен быть полностью свободен при высказывании своего истинного мнения путём «кнопок», «рекомендаций» и т.д. к которым его побуждают в сети.

При этом постановка в зависимость предоставления компанией скидок от дачи покупателем положительных откликов уже давно считается недопустимым методом в конкурентной борьбе.

В данном деле точка ещё не поставлена и истец продолжил обжалование решения Земельного Суда в высшей инстанции.

А пока, всем, кто прочитал, понял и кому понравилось данное моё сообщение предагаю, но не настаиваю нажать кнопку с соответствующим содержанием.

____________________________________________________
Vitaliy Haupt, Hannover, + 049-511-1613948 V.Haupt & Partner — о немецком праве на русском.