01 сентября 2013 года вступил в силу Федеральный закон от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», ставший очередной вехой в реформировании гражданского законодательства Российской Федерации.

Одним из ключевых моментов указанного закона стали новые правила о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ).
 
В настоящей статье затронуты некоторые вопросы, касающиеся нового правового регулирования недействительности сделок, приведены примеры судебной практики по отдельным вопросам, связанным с  недействительностью сделок.
 
Согласно статье 166 ГК РФ все недействительные сделки по-прежнему подразделяются на оспоримые (недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом) и ничтожные (недействительна с момента ее совершения независимо от признания ее таковой судом).
В то же время, основополагающие правовые подходы к вопросам недействительности сделок претерпели кардинальные изменения.
 
1. Кто имеет право требовать признания сделки недействительной?
 
В Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации (одобреной решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 07.10.2009, далее — Концепция) было обращено внимание на имеющую в последние годы место быть практику инициирования судебных споров о признании сделок недействительными недобросовестными лицами, стремящимися таким способом избежать исполнения принятых на себя обязательств.

В качестве примеров такой недобросовестности можно привести следующие случаи: истец допустил просрочку исполнения и заявляет требование о признании сделки недействительной, чтобы не платить неустойку; стороны заключили договор, совершили по нему исполнение, но впоследствии одна из них решила, что сделка была недостаточно выгодной, и заявила требование о ее недействительности, чтобы воспользоваться преимуществами реституции.
В этой связи была отмечена необходимость принятия законодательных мер, направленных на исправление данной ситуации.

В связи с этим, в статью 166 ГК РФ были внесены ряд изменений, направленных на ограничение случаев безосновательного оспаривания сделок по одним лишь формальным основаниям.
 В частности, были введены новые правила, которые резко ограничили круг лиц, имеющих право предъявлять в суд иски об оспаривании сделки и применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Так, согласно новой редакции ст. 166 ГК, требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено либо стороной сделки, либо иным лицом, указанным в законе. То есть, в настоящее время третье лицо, не являющееся стороной в сделке, по общему правилу не может инициировать признание ее недействительной, за исключением случаев, когда такое его право прямо закреплено законом.

Необходимым условием удовлетворения иска об оспаривании сделки является реальное  нарушение сделкой прав и охраняемых законом интересов лица, обращающегося с соответствующим требованием.
Аналогичное правило предусмотрено для заявления требования о применении последствий недействительности ничтожной сделки: по общему правилу его вправе предъявить сторона сделки, а  иное лицо — только в предусмотренных законом случаях. Ранее такое требование могло заявить любое заинтересованное лицо.

В пояснительной записке к проекту Федерального закона «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации» указывалось, что поскольку требование о применении последствий недействительности сделок рассматривается как иск о присуждении, правом на его предъявление должно обладать только лицо, в пользу которого возможно такое присуждение. Возможность предъявления таких требований иными лицами в качестве косвенных исков (т.е. о присуждении в пользу иного лица) должна быть специально предусмотрена законом.
Ситуация из практики:
Местная администрация городского поселения Чегем обратилась в суд с иском к У. о признании недействительными сделки и свидетельства о государственной регистрации права, аннулировании записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним и истребовании вещи из чужого незаконного владения.

Обстоятельства дела: на основании выписки из похозяйственной книги, выданной Местной администрацией городского поселения Чегем, за А. в установленном порядке было зарегистрировано право собственности на земельный участок.

Впоследствии, А. продал указанный земельный участок У., заключив с ним договор купли-продажи. Право собственности У. установленном порядке было зарегистрировано с внесением об этом в ЕГРП, что подтверждалось выданным ему свидетельством о государственной регистрации права.

В то же время, вступившим в законную силу решением Чегемского районного суда КБР от ДД.ММ.ГГГГ. были признаны недействительными выписка из похозяйственной книги и свидетельство о государственной регистрации права, выданные на имя А, аннулирована запись о государственной регистрации его права собственности на названный земельный участок и этот участок истребован из его незаконного владения.

Ссылаясь на эти обстоятельства и указывая о том, что Местная администрация городского поселения Чегем не вправе была отчуждать названный земельный участок А., а он, в свою очередь, распоряжаться им, в связи с чем, вышеуказанная сделка не соответствует требованиям закона, данный орган местного самоуправления, считая себя собственником этого участка, обратился в Чегемский районный суд КБР с иском к У.

Решением Чегемского районного суда Кабардино-Балкарской Республики в иске отказано.

Апелляционным определением Верховного суда Кабардино-Балкарской Республике решение суда оставлено без изменения, а апелляционная жалоба Местной администрации городского поселения Чегем — без удовлетворения.

Основания для отказа в иске: недоказанность истцом юридически значимых по делу обстоятельств, а именно принадлежность спорного участка, до его отчуждения А., а впоследствии и У., муниципальному образованию городское поселение Чегем на праве собственности или владение последним этим участком на ином законном основании и, как следствие, отсутствие права истца на обращение с соответствующим требованием.

Мотивируя принятое по делу решение, Верховный суд КБР указал, что истец не является заинтересованным лицом, обладающим правом, как на предъявление виндикационного требования относительно спорного земельного участка, так и на предъявление, с учетом и установления, содержащегося в абзаце втором пункта 2 статьи 166 ГК Российской Федерации, в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемой сделки, и негационного требования относительно этой сделки.

С полным текстом апелляционного определения Верховного суда КБР Вы можете ознакомиться здесь.
 
2. Возможно ли предъявление иска о признании сделки ничтожной?
 
По общему правилу  ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой судом (п.1 ст. 166 ГК). В этой связи на практике часто возникали споры относительно возможности предъявления иска о признании сделки ничтожной.

В совместном Постановлении Пленума ВС России и Пленума ВАС России № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» высшими судами РФ было дано разъяснение, что ГК РФ не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.

В настоящее время часть 2 пункта 3 статьи 166 ГК (в редакции Федерального закона № 100-ФЗ) прямо указывает на возможность предъявления требования о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности, но лишь при соблюдении необходимого для этого условия — если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Таким образом, по ныне действующим правилам, при обращении в суд с требованием о признании сделки недействительной, истец должен специально обосновать, что он действует добросовестно и имеет интерес в том, чтобы признать сделку недействительной без применения последствий недействительности.

В данном случае законодатель исходит из того, что признание сделки недействительной должно быть направлено, в первую очередь, на защиту нарушенного права, которое может быть восстановлено судом в результате приведения сторон в первоначальное положение.

Предъявление иска о признании недействительной исполненной сделки без предъявления требования о применении последствий недействительности такой сделки, как правило, свидетельствует об отсутствии у лица, предъявившего иск, законного интереса в оспаривании сделки.  
В свою очередь, отсутствие правового интереса должно служить основанием для отказа в иске.
Это требование в настоящее время касается как оспоримых, так и ничтожных сделок.
Ситуация из практики:
П. обратился в суд с иском к Е. об оспаривании сделок. Просил суд признать ничтожными договоры купли-продажи автомобиля.
Требование о применении последствий недействительности сделок истцом не заявлялось.

Обстоятельства дела: 17 февраля 2012 года П. приобрел автомобиль  в аварийном состоянии после пожара и для восстановления передал ответчику Е. находился у последнего в период с 25 августа 2012 года по 27 сентября 2012 года, а по окончании ремонтных работ возвращен ему. Впоследствии стало известно, что в указанный период времени Е. без его ведома, по договору купли-продажи от 25 августа 2012 года переоформил машину на себя, а через месяц по договору от 27 сентября 2012 года обратно на его имя, расписавшись за него. Поскольку автомобиль из его владения не выбывал, а деньги по сделкам не передавались, П. посчитал, что оба договора купли-продажи являются мнимыми и обратился в суд в соответствующим иском.

Решением  Камышинского городского суда Волгоградской области от 02 декабря 2013 года исковые требования удовлетворены.

Апелляционным определением Волгоградского областного суда  решение суда первой инстанции отменено, принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

 Основания для отказа в иске: недопустимость безосновательного оспаривания сделок по одним лишь формальным признакам.
 Мотивируя принятое по делу решение, Волгоградский областной суд указал, что в соответствии с п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации оспоримая сделка может быть признана недействительной только в случаях, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Таким образом реализуется принцип добросовестности, содержащийся в ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При предъявлении иска о признании сделки недействительной (ничтожной) лицо должно доказать, что его права или охраняемые законом интересы нарушены оспариваемой сделкой и будут восстановлены в результате приведения сторон в первоначальное положение.
Отказывая в иске, суд второй инстанции исходил из отсутствия у П материально-правового интереса в оспаривании сделок.
С полным текстом Апелляционного определения Волгоградского областного суда Вы можете ознакомиться здесь.
 
 
  3. В каких случаях суд может применить последствия недействительности ничтожной сделки?
 
Ранее действовавшая редакция статьи 166 ГК РФ предусматривала право суда применить последствия недействительности сделки по собственной инициативе.
Теперь суд вправе самостоятельно применить последствия недействительности ничтожной сделки, только если это необходимо в целях защиты публичных интересов или в иных случаях, предусмотренных законом (п. 4 ст. 166 ГК РФ).

Изменения обусловлены, в частности, тем, что названное требование является субъективным правом заинтересованной стороны и законодательно установленные последствия признания сделки недействительной должны применяться лишь по заявлению такой стороны, но не по инициативе суда (п. 5.1.3 разд. II Концепции). В данном случае, разработчики Концепции исходили из того, что участники гражданских правоотношений свободны в осуществлении своих прав. Поэтому по общему правилу суд не должен иметь права применять последствия ничтожной сделки по собственной инициативе (при отсутствии соответствующего иска заинтересованного лица).

Однако на практике могут возникнуть сложности при определении сферы публичных интересов применительно к конкретному договору. Несмотря на то, что Конституционный Суд РФ в своих постановлениях неоднократно подчеркивал необходимость обеспечения справедливого баланса между публичными и частными интересами, в законодательстве до сих пор отсутствуют четкие определения данных понятий и критерии их классификации. 

Учитывая важность института признания сделок недействительными для гражданского оборота, очевидно, что по данному вопросу нужны будут дополнительные разъяснения со стороны высших судебных инстанций.
Ситуация из практики:
ООО «Красноармейская Жилищная Компания» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным данного предписания Инспекции государственного жилищного надзора Волгоградской области.
К участию в деле привлечено ООО «Большечапурниковское коммунальное хозяйство».

Обстоятельства дела: Инспекцией государственного жилищного надзора Волгоградской области в отношении заявителя была проведена внеплановая проверка соблюдения жилищного законодательства в сфере управления многоквартирными домами.  По результатам проверки в действиях ООО «Красноармейская Жилищная Компания»  было установлено  нарушение требований пункта 5.5.6. Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных постановлением Госстроя Российской Федерации от 27.09.2003 № 170, а именно непринятие им необходимых мер по обеспечению надлежащего содержания и ремонта общего имущества многоквартирного жилого дома № 1А по улице Голубева, что не обеспечивает благоприятные и безопасные условия для проживания граждан в таком многоквартирном доме.

В частности, проверяющим органом было указано на отсутствие у общества заключенного в установленном порядке со специализированной организацией договора на техническое обслуживание и ремонт (в том числе замену) внутренних устройств газоснабжения многоквартирного жилого дома N 1а по ул. Голубева в г. Волгограде, находящегося  в его управлении.

В связи с выявленным нарушением, Инспекция вынесла в адрес заявителя предписание, обязывающее его заключить соответствующий договор.

В обоснование заявленных требований заявитель ссылался на несоответствие выводов проверяющего органа фактическим обстоятельствам, в материалы дела им был предоставлен договор от 01.07.2010 № 11/2010 на оказание услуг по техническому и аварийному обслуживанию внутридомового газового оборудования, заключенный между ним и ООО «Большечапурниковское коммунальное хозяйство».

Решением  Арбитражного суда Волгоградской области от 01.07.2013 в удовлетворении заявленных требований отказано.
Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2013 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований суды первой и второй инстанции указали на несоответствие заключенного между ООО «Красноармейская Жилищная Компания» и ООО «Большечапурниковское коммунальное хозяйство» договора требованиям закона. В связи с этим, сделали вывод о законности оспариваемого предписания.

Постановлением ФАС Поволжского округа от 05.12.2013 г. решение Арбитражного суда Волгоградской области от 01.07.2013 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2013 отменено, заявление ООО «Красноармейская Жилищная Компания» удовлетворено.

Мотивируя принятое по делу решение, ФАС Поволжского округа указал, что последствия недействительности сделки, в том числе в виде ее прекращения на будущее время, применяются  судом только по иску заинтересованного лица (статья 166 ГК РФ). В отсутствие иска о признании недействительным заключенного ООО «Красноармейская Жилищная Компания» с ООО «Большечапурниковское коммунальное хозяйство» договора от 01.07.2010 N 11/2010 (как оспоримой сделки по пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в действующей редакции) либо о применении последствий недействительности того же договора как ничтожной сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) суд не вправе разрешать вопрос о действительности либо недействительности данного договора, особенно в рамках административного производства.
Следовательно, договор от 01.07.2010 N 11/2010 является действующим и влечет согласованные в нем сторонами гражданско-правовые последствия.

Жилищная инспекция, не наделенная правом признания сделки недействительной, применения последствий недействительности сделки, обязала управляющую организацию заключить договор с иной специализированной организацией при наличии действующего договора, не признанного недействительным судом и не расторгнутого, что противоречит принципу свободы договора, закрепленному статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах заявление общества подлежит удовлетворению с признанием оспариваемого им предписания незаконным как противоречащим статье 421 ГК РФ.

С полным текстом Постановления ФАС Поволжского округа от 05.12.2013 г. по делу № А12-10525/2013 Вы можете ознакомиться здесь.
 

4. Сделка, не соответствующая требованиям закона: ничтожна или оспорима?
 
Новая редакция ст. 168 ГК РФ изменила правовой статус сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта. Если раньше по общему правилу такие сделки признавались ничтожными, то в настоящее время они рассматриваются в качестве оспоримых, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 ГК).
 
Указанный подход был обусловлен необходимостью пресечения получившей в последние годы широкое распространение практики признания недействительными сделок по формальным основаниям, при любом несоблюдении сторонами установленных законом требований для их совершения. Такая ситуация создавала угрозу предсказуемости и стабильности гражданского оборота и потребовала от законодателя принятия мер, направленных на сокращение легальных возможностей признавать сделки недействительными во всех случаях, когда недействительность сделки как гражданско-правовая санкция является неоправданной и явно несоразмерной характеру и последствиям допущенных при совершении сделки нарушений (п. 5.2.1. Концепции).
 
Однако для случаев, когда такая сделка посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, законодатель сохранил прежний подход – она признается ничтожной, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Ситуация из практики:
ОАО «Первое коллекторское бюро» обратилось в суд с иском к Тактарову Н.А. о взыскании задолженности по кредитному договору № 1 от ДД.ММ.ГГГГ.

Обстоятельства дела: ДД.ММ.ГГГГ. между Банком кредитования малого бизнеса (ЗАО) и ответчиком в офертно-акцептной форме заключен кредитный договор, по условиям которого ответчику предоставлен кредит на сумму 340000 рублей. В последующем названный банк реорганизован в форме присоединения к нему ЗАО «Банк Интеза»

ДД.ММ.ГГГГ ЗАО «Банк Интеза» заключило с ОАО «Первое коллекторское бюро» договор № уступки прав (требований), по условиям которого банк передал истцу свои права, возникшие из кредитных договоров, заключенных в том числе с физическими лицами, включая имущественные права по возврату суммы кредита, уплате процентов, в том числе права, возникшие из кредитного договора, заключенного ДД.ММ.ГГГГ с ответчиком Тактаровым Н.А.

 Решением Климовского городского суда Московской области от 06 марта 2014 года в удовлетворении исковых требований отказано.
Обосновывая принятое по делу решение, суд указал следующее.
В силу части 1 ст.168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

При этом, согласно ч. 2 ст. 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу ст.388 ГК РФ, уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору; не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Суд указал, что вступление гражданина в заемные отношения с организацией, имеющей лицензию на осуществление банковской деятельности, означает, что личность кредитора имеет для должника существенное значение. При этом, займодавцем по кредитному договору вправе быть только организация, имеющая лицензию на право осуществления банковской деятельности, поэтому сделка, в результате которой стороной кредитного договора на стороне кредитора становится лицо, не имеющее лицензии на право осуществления банковской деятельности, не соответствует требованиям настоящего Федерального закона.

Исходя из этого суд посчитал, что договор об уступке прав (требований), заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ЗАО «Банк Интеза» и истцом ОАО «Первое коллекторское бюро» в отношении имеющейся задолженности ответчика Тактарова Н.А. по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ., противоречит требованиям Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1  «О банках и банковской деятельности», в силу этого является ничтожным и с момента его заключения не порождает каких-либо правовых последствий, в том числе и прав истца на взыскание задолженности по кредитному договору, заключенному с ответчиком.
С  полным текстом Климовского городского суда Московской области от 06.03.2014 г. по делу № 2-318/2014 Вы можете ознакомиться здесь.

 
5. Может ли быть ограничено  право стороны по сделке оспаривать ее действительность?
 
В новой редакции статьи 166 ГК предусмотрены два случая, при которых право стороны по сделке требовать признания ее недействительной может быть ограничено. Оба они подразумевают запрет недобросовестно ссылаться на недействительность сделки.
 
Так, сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (ч.4 пункта 2 статьи 166 ГК). Указанная норма подразумевает, что в той ситуации, когда сторона знала или должна была знать о наличии оснований для оспаривания сделки и при этом своим поведением демонстрировала намерение сохранить силу этой сделки, она не вправе в дальнейшем оспорить сделку по данному основанию.
Ситуация из практики:
ООО «Инвест-Град» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы  с иском к  ООО «Сервис» о признании недействительным договора инвестирования.

Обстоятельства дела: между ООО «Инвест-Град» (заказчик) и ООО «Сервис» (инвестор) был заключен договор на привлечение заказчиком финансовых средств инвестора для реализации инвестиционного проекта, по условиям которого инвестор обязался перечислить на расчетный счет заказчика инвестиционный взнос в размере 36 056 000,00 руб. в установленный договором срок, а заказчик обязался осуществить реализацию инвестиционного проекта и передать инвестору нежилое помещение ориентировочной площадью 360,56 кв.м, после окончания строительства и получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Таким образом, между сторонами договора возникли отношения по купле-продаже будущей недвижимой вещи, урегулированные правилами, содержащимися в главе 30 Гражданского кодекса.

В обоснование заявленных требований истец сослался на то, что спорный договор заключен им без одобрения общего собрания участников общества. По мнению истца, данная сделка в соответствии со ст. 174 Гражданского кодекса является оспоримой, поскольку полномочия генерального директора истца ограничены п. 8.17 устава, в соответствии с которым истец не вправе был заключать сделки, прямо или косвенно связанные с приобретением, отчуждением или иным распоряжением объектами недвижимого имущества или правами на них, заключается генеральным директором только при наличии предварительного одобрения общего собрания участников общества.

Единственный участник общества – компания с ограниченной ответственностью «Хиротин Холдингз Лимитед» сделку не одобрял.
В связи с этим истец, ссылаясь на ст. 174 Гражданского кодекса, обратился в суд с требованием о признании спорного договора недействительной сделкой.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 27 февраля 2014 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Обосновывая принятое по делу решение, суд исходил из того, что поскольку истец при заключении сделки знал об основаниях ее недействительности, на которые он ссылается в обоснование иска, однако, как при заключении договора, так и в разумный срок после заключения договора, истец не заявлял ответчику о наличии препятствий для исполнения договора по причине ограничения полномочий, указанные требования не могут быть удовлетворены.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.
Обращаясь в арбитражный суд с иском о признании недействительной оспоримой сделки по указанному основанию, истец должен был доказать, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об ограничениях полномочий органа юридического лица, заключившего сделку. Однако, таких доказательств, подтверждающих доведение до ответчика необходимой информации об ограничении полномочий руководящего лица, в материалы дела не представлено.

Арбитражный суд пришел к выводу, что иск не направлен на защиту прав и охраняемых законом интересов истца. Все обстоятельства, на которые истец ссылается как на основания своих требований, были известны истцу еще при совершении сделки, и удовлетворение иска в данном случае нанесет вред стабильности гражданского оборота.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения иска отсутствуют, исковые требования удовлетворению не подлежат.
С  полным текстом Решения Арбитражного суда г. Москвы от 27.02.2014 г. по делу № А40-152818/13 Вы можете ознакомиться здесь.

 
Другой случай, который ограничивает право стороны оспорить действительность сделки, предусмотрен пунктом 5 статьи 166 ГК РФ, согласно которому заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Это правило, также известное как «правило эстоппель», направлено на защиту добросовестной стороны, которая положилась на заверения или поведение контрагента по оспоримой сделке и действовала с намерением исполнить ее.
Ситуация из практики:
ООО «Промышленные коммуникации и новые технологии» обратилось в Арбитражный суд Ростовской области  с иском к ООО «Завод Электросевкамонтажиндустрия» о взыскании задолженности по договору  поставки N 03/2011 от 14.12.2011 г.
ООО «Завод Электросевкамонтажиндустрия», в свою очередь,  обратилось к ООО «Промышленные коммуникации и новые технологии» со встречным иском о  признании договора N 03/2011 от 14.12.2011 недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Обстоятельства дела: между сторонами по делу 14.12.2011 был заключен договор N 03/2011 согласно условиям которого, поставщик обязался поставить, а покупатель — принять и оплатить продукцию в порядке, установленном настоящим договором.
В рамках указанного договора ООО «Промышленные коммуникации и новые технологии»  в адрес ООО «Завод Электросевкамонтажиндустрия» был поставлен товар на сумму 13 179 835,20 руб.
Ответчик произвел частичную оплату на сумму 10 128 230,23 руб., в результате чего у него перед истцом образовалась задолженность в сумме 3 051 604,97 руб.
Ненадлежащее исполнение со стороны ответчика обязательств по оплате поставленного товара послужило основанием для обращения истца в суд с иском.
Встречные исковые требования ООО «Завод Электросевкамонтажиндустрия» были мотивированы тем, что договор, на основании которого истцом по первоначальному иску заявлены исковые требования, является сделкой с заинтересованностью и совершен с нарушением требований действующего законодательства об обществах с ограниченной ответственностью (без должного одобрения участниками общества).

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 26.09.2013 в удовлетворении первоначального иска отказано. Встречный иск удовлетворен. Договор поставки N 3/2011 от 14.12.2011, заключенный между ООО «Промышленные коммуникации и новые технологии»  и ООО «Завод Электросевкавмонтажиндустрия» признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде двусторонней реституции.

Мотивируя принятое решение суд первой инстанции исходил из того, что совершенная между истцом и ответчиком сделка (договор N 03/2011 от 14.12.2011) обладает признаками сделки с заинтересованностью, совершена с нарушением требований Закона об обществах с ограниченной ответственностью, положений устава ответчика, совершение указанной сделки привело к ухудшению финансово-экономического состояния ООО «Завод Электросевкавмонтажиндустрия».

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2013 г. решение Арбитражного суда Ростовской области от 26.09.2013 г. отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования ООО «Промышленные коммуникации и новые технологии» удовлетворены, в удовлетворении встречного иска ООО «Завод Электросевкавмонтажиндустрия» отказано.

Отменяя решение суда первой инстанции, арбитражный суд апелляционной инстанции применил норму пункта 5 ст. 166 ГК РФ, согласно которой заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Суд второй инстанции указал, что оплата ответчиком товара, поставленного по оспариваемому договору свидетельствует о том, что ООО «Завод Электросевкавмонтажиндустрия», зная о заключении им спорной сделки с признаками заинтересованности, не получившей одобрения в установленном порядке, путем исполнения договора выразило волю сохранить силу данной сделки. Заявляя требование о признании данной сделки недействительной, ответчик по делу и истец по встречному иску не испытывает интереса в установленных судом последствиях недействительности, в том числе, в виде возврата поставленной ему продукции.

В условиях надлежащим образом исполненных истцом обязательств ответчик, заявляя о том, что договор является недействительным, действует исключительно с целью добиться освобождения от обязанности оплатить поставленные ему товары, а также от применения мер ответственности вследствие несвоевременного исполнения обязанности по оплате. Такой интерес не может и не должен быть удовлетворен установленными законом в расчете на добросовестных участников сделки последствиями ее недействительности, примененными судом. Поведение ответчика содержит не только признаки недобросовестности, предусмотренные пунктом 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, но и по смыслу статьи 10 Кодекса является злоупотреблением правом на признание сделки недействительной, последствием которого является отказ в защите данного права.

Кроме того, ООО «Завод Электросевкавмонтажиндустрия» не предоставило суду  достоверных доказательств того, что совершение спорной сделки повлекло или могло повлечь за собой причинение ему убытков либо возникновение иных неблагоприятных для него последствий. Указанный вывод также исключает возможность удовлетворения встречного иска.

С  полным текстом Постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2013 г. по делу № А53-31065/2012 Вы можете ознакомиться здесь.
 
Указанный правовой подход является примером исцеления (конвалидации) оспоримых сделок, когда последующее одобрение сделки стороной устраняет ее недействительность. Ранее аналогичное правило применялось в отношении сделок, заключенных акционерными обществами. Так, в частности, статья 84 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ  «Об акционерных обществах» предусматривает возможность конвалидации недействительной сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных законом требований к ней, если к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения данной сделки

Признавая допустимость исцеления ничтожных сделок, законодатель исходит из необходимости установления оптимального баланса между интересами добросовестных участников гражданского оборота и недопустимостью оставлять в силе наиболее социально опасные ничтожные сделки, грубо нарушающие закон.
 
В настоящей статье рассмотрена лишь часть наиболее общих положений Гражданского кодекса РФ о недействительных сделках.  В большинстве случаев их следует рассматривать во взаимосвязи с другими нормами ГК РФ (п.3 ст. 22, п.2. ст. 162, ст. 169-179 и др.) и иных федеральных законов, содержащими специальные правила, касающиеся недействительности сделок применительно к различным условиям гражданского оборота.
 
Следует отметить, что нормы Гражданского Кодекса РФ об основаниях и о последствиях недействительности сделок, в которые Федеральным законом от 07.05.2013 г. № 100-ФЗ были внесены рассмотренные в настоящей статье изменения, применяются к сделкам, совершенным после вступления в силу настоящего Федерального закона, то есть после 01 сентября 2014 г.
 
К сожалению, новая редакция статей ГК РФ о недействительности сделок содержит немало положений, позволяющих их неоднозначное толкование и способных повлечь значительные трудности в процессе их применения в практических ситуациях.
 
В настоящее время судебная практика по применению данных норм еще не получила широкого распространения, она только лишь начинает складываться и далека от совершенства. В условиях нового правового регулирования суды, полагаю, будут допускать немало ошибок, связанных с традиционной неясностью текста российских законов. Вероятнее всего, решающее значение в этом случае по-прежнему будет иметь внутреннее убеждение судьи.
 
 Остается надеется, что проведенная на фоне реформы гражданского законодательства реформа судебной системы, объединившая два высших суда, покажет свою эффективность и новый Верховный Суд РФ даст четкие разъяснения относительно порядка применения новых норм в условиях современных российских реалий.

Да 41 41

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Участники дискуссии: Бозов Алексей, Морохин Иван, Княжевская Галина, Былинин Сергей, Мишура Петр, Овчаренко Александр, Скибин Денис, Ещеркин Артем, Фролов Виктор, Акчурин Рим

Да 41 41

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Для комментирования необходимо Авторизоваться или Зарегистрироваться

Ваши персональные заметки к публикации (видны только вам)

Рейтинг публикации: «К вопросу о недействительности сделок. Что нового?» 5 звезд из 5 на основе 41 оценок.

Похожие публикации

Продвигаемые публикации