Адвокат в Зеленограде добился прекращения уголовного дела по ч. 1 ст. 157 УК РФ (неуплата алиментов) за отсутствием состава преступления

Итак, ч.1 ст. 157 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за неуплату родителем без уважительных причин в нарушение решения суда или нотариально удостоверенного соглашения средств на содержание несовершеннолетних детей, а равно нетрудоспособных детей, достигших восемнадцатилетнего возраста, если это деяние совершено неоднократно.

Обстоятельства дела: в июне 2020 года я вступил в уголовное дело, возбужденное в отношении моего доверителя отделом ФССП по Зеленоградскому административному округу города Москвы. Дело было возбуждено по ч.1 ст. 157 УК РФ.

При первой встрече с доверителем, мне стало известно о том, что родителем несовершеннолетних детей, за неуплату на содержание которых его и привлекают к уголовной ответственности, он не является. Самое интересное, что ему самому об этом стало известно лишь после возбуждения уголовного дела, о данном факте ему рассказала его родная сестра.

В связи с этими обстоятельствами, подзащитный при допросе в качестве подозреваемого вину в совершении вменяемого преступления не признал, аргументируя это тем, что не обязан содержать чужих детей. Наша позиция сводилась к тому, что неисполнение незаконно возложенной обязанности не может влечь наступление уголовной ответственности.

Незаконность возложения на доверителя обязанности по содержанию детей, по нашему мнению, заключалась в том, что при подаче им совместного с бывшей сожительницей заявления в органы ЗАГСа, он не знал, что не является их отцом.

Ссылаясь на имеющиеся свидетельства о рождении детей, а также вступившие в законную силу решение суда о взыскании с подзащитного алиментов на содержание детей и постановление мирового судьи о привлечении доверителя к административной ответственности по ч.1 ст. 5.35.1 КОАП РФ, дознание считало, что в действиях доверителя усматривается состав преступления, предусмотренный ч.1 ст. 157 УК РФ.

Кроме того, из постановления об отказе в удовлетворении ходатайства о производстве судебной генетической экспертизы следовало, что бывшая сожительница подзащитного и не отрицает того, что он отцом ее детей не является.

Рассмотрение уголовного дела в суде первой инстанции.

В суде наша позиция не изменилась, мы продолжали настаивать на том, что подзащитный не является субъектом преступления, предусмотренного ч.1 ст. 157 УК РФ, т.к. не является родителем детей, обязанность по содержанию которых была на него возложена.

В суде мы повторно заявили ходатайство о производстве судебной генетической экспертизы, в удовлетворении которого нам также было отказано, со ссылкой на вступившее в законную силу решение суда, возложившее на доверителя обязанность по уплате алиментов на содержание двух несовершеннолетних детей.

Доводы о том, что ранее доверитель не мог оспорить отцовство, т.к. об отсутствии биологического родства между ним и несовершеннолетними детьми бывшей сожительницы он узнал лишь после возбуждения уголовного дела, никакой поддержки со стороны суда не нашли.

Основным для защиты был допрос бывшей сожительницы доверителя, которая являлась представителем несовершеннолетних потерпевших (детей). Принципиально важным было добиться от нее правдивых показаний относительно времени, когда она сообщила доверителю о том, что он фактически не является отцом ее несовершеннолетних детей.

Важность этого обстоятельства заключается в том, что оспаривать отцовство в нашей ситуации, т.е. когда доверитель самостоятельно подал заявление в ЗАГС, можно было лишь при условии, что на момент подачи заявления ему не было известно о том, что он не является отцом.

При даче показаний бывшая сожительница подтвердила то, что доверитель в момент подачи заявления не знал, что дети не его. Данные показания нашли свое отражение в протоколе судебного заседания, который в судебном процессе об оспаривании отцовства был одним из доказательств.

Рассмотрение уголовного дела в суде первой инстанции закончилось обвинительным приговором по ч.1 ст. 157 УК РФ, с назначением наказания в виде исправительных работ сроком 08 месяцев, с ежемесячным удержанием 10 % заработка в доход государства.

Суд первой инстанции все доводы стороны защиты об отсутствии состава преступления оценил одним выводом:

«Довод защитника Шмелева Е.В. об отсутствии в действиях ФИО состава преступления в связи с тем, что он не является биологическим отцом детей ФИО: ФИО, г.р., и ФИО, г.р., не может быть принят во внимание, поскольку на квалификацию действий подсудимого не влияет».

Приговор был обжалован в апелляционном порядке в Московский городской суд. Параллельно с этим, мы предъявили бывшей сожительнице доверителя иск об оспаривании отцовства.

Судебный процесс по оспариванию отцовства. 

Иск об оспаривании отцовства был основан на том, что доверитель, в момент обращения в органы ЗАГС, с заявлением о внесении в книгу записи рождений сведений о нем как об отце детей бывшей сожительницы, не был осведомлен о том, что дети не его. 

Представитель бывшей сожительницы, исковые требования об оспаривании отцовства и аннулировании актовой записи об установлении отцовства не признал, пояснив, что мой доверитель пытается уклониться от уплаты алиментов.

Такая позиция, конечно, не могла не удивить, т.к. отсутствие биологического родства между моим доверителем и детьми его бывшей сожительницы никем не оспаривалось. Заявленное нами в третий раз ходатайство о производстве судебной генетической экспертизы было оставлено судом без удовлетворения.

В тоже время, при рассмотрении дела был истребован протокол судебного заседания по уголовному делу по ч.1 ст. 157 УК РФ, содержащий показания свидетелей (мамы и сестры доверителя) и его бывшей сожительницы, из которых следовало, что мой доверитель не является биологическим отцом двух несовершеннолетних детей последней, а также то, что на момент подачи заявления об установлении отцовства ему, доверителю, об этом факте ничего известно не было.

Все эти показания были расценены судом как достоверные и достаточные доказательства заявленных доверителем требований об оспаривании отцовства, в связи с чем, иск был удовлетворен в полном объеме с аннулированием актовых записей об установлении отцовства.

На принятое судебное решение, бывшей сожительницей была подана апелляционная жалоба в Московский городской суд, которая была оставлена без удовлетворения, а решение без изменения.

Рассмотрение уголовного дела в апелляционной инстанции.

После того, как решение об оспаривании отцовства вступило в законную силу, оно, вместе с апелляционной жалобой осужденного и материалами уголовного дела было направлено в Московский городской суд для рассмотрения по существу. Суд апелляционной инстанции оставил обжалуемый по ч.1 ст. 157 УК РФ приговор без изменения.

По поводу вступившего в законную силу решения суда, которым были удовлетворены требования осужденного об оспаривании отцовства и аннулировании актовых записей со сведениями о нем, как об отце двух несовершеннолетних детей его бывшей сожительницы, суд апелляционной инстанции указал, что оно не является безусловным основанием для освобождения доверителя от уголовной ответственности, являвшегося на момент инкриминируемого ему деяния родителем данных детей.

Обжалование постановления по ч.1 ст. 5.35.1 КОАП РФ и рассмотрение уголовного дела по ч.1 ст. 157 УК РФ в суде кассационной инстанции.

После вступления приговора в законную силу, нами были поданы жалоба на постановление мирового судьи, которым подзащитный был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 5.35.1 КОАП РФ и кассационная жалоба на приговор.

Пока суд первой инстанции выполнял требования УПК РФ о направлении участникам процесса копии кассационной жалобы и получения от них возражений, Второй кассационной суд общей юрисдикции удовлетворил нашу жалобу на постановление, которым доверитель был привлечен к административной ответственности по ч.1 ст. 5.35.1 КОАП РФ и прекратил производство по делу за отсутствие состава административного правонарушения.

Основанием для отмены постановления явились как раз наши доводы о том, что доверитель не является субъектом такого правонарушения, поскольку решением суда, вступившим в законную силу, отцовство было оспорено.

Так, суд в постановлении, мотивируя свое решение сослался на пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.04.2021 года № 6 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, связанных с неуплатой средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей», которым определено:

«Если на момент рассмотрения дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 ст. 5.35.1 КОАП РФ, либо жалобы на состоявшееся по делу о таком правонарушении постановление вступившим в законную силу решением суда удовлетворены требования об оспаривании отцовства (материнства) либо об отмене усыновления, производство по делу об административном правонарушении в отношении лица, ранее указанного в актовой записи о рождении ребенка в книге записи рождений в качестве отца (матери), либо в отношении лица, усыновившего (удочерившего) ребенка, подлежит прекращению на основании пункта 2 части 1 ст. 24.5 КОАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения».

После получения постановления Второго кассационного суда общей юрисдикции, отменившего постановление по ч.1 ст. 5.35.1 КОАП РФ, я подал дополнительную кассационную жалобу на приговор, обосновывая необходимость его отмены отсутствием в действиях подзащитного такого признака, как неоднократность неуплаты алиментов на содержание детей.

Второй кассационный суд общей юрисдикции рассмотрев мои кассационные жалобы, отменил состоявшиеся судебные акты, прекратил производство по уголовному делу на основании пункта 2 части 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в действиях подзащитного состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 157 УК РФ, признав за ним право на реабилитацию.