История одной меры пресечения или как помочь суду принять законное решение

Так сложилось, что достаточно большое количество уголовных дел, по которым я осуществляю защиту, связаны, с незаконным оборотом наркотических средств и психотопных веществ. При этом, как стороннему обывателю, так и даже адвокату со стажем, может показаться (к сожалению, очень часто слышу такое мнение от коллег), что дела «по наркотикам» не являются каким-то уж очень сложными для защиты: «задержали, изъяли, провели пару-тройку экспертиз и приговор. Что там еще  делать? Все равно, все зависит от судьи, его  «лояльности» и того, как «звезды сойдутся».

Но я всегда считал, считаю и буду считать, что такой подход не допустим, в особенности по данной категории дел, там где, как правило, происходит огромное количество нарушений процессуального характера, как в ходе предварительного расследования (от момента задержания и изъятия вещества и до самого последнего следственного действия) так и в ходе судебного разбирательства. Количество нюансов, «мелких» деталей и пробелов в законодательстве, с которыми приходится сталкиваться на практике, просто зашкаливает, что также не способствует «шаблонной защите». Ну а то, как суды «раздают» на право и на лево наказания по статьям 228 и 228.1, в сособенности в отношении лиц, содержащихся до приговора под стражей –давно печально известный факт.

В этой публикации я хочу рассказать об одном, на первый взгляд, не примечательном деле, точнее о небольшом эпизоде дела, связанном с избранием меры пресечения моему подзащитному. Пожалуй, повторюсь, но к сожалению, судебная практика старается не отступать от шаблона: «всякому кто под стражей – реальное наказание» (за редким исключением, конечно), поэтому, как правило, если удается убедить суд в нецелесообразности данной меры пресечения – это маленький шажок к итоговому успеху.

Итак, как-то обратились ко мне родственники одного молодого человека, который был задержан с психотропным веществом. Уголовное дело было возбуждено, по первой части ст. 228 УК РФ, однако, в связи с тем, что подозреваемый был гражданином другого государства, орган дознания его сначала задержал в соответствии со ст. 91 УПК, а в дальнейшем, как водится, направил в суд ходатайство об избрании меры пресечения в виде содержания под стражей. И хоть парень был ранее не судим (и вообще полностью положительный), ситуацию осложняло то обстоятельство, что регистрация у молодого человека была в РФ лишь временная, по месту регистрации он не проживал, а сведения о его постоянном месте жительства на территории РФ в материалах дела отсутствовали, точнее присутствовали лишь с его слов и объективно, на тот момент, ничем не подтверждались.  

Также была еще одна сложность, которая состояла в том, что у меня совершенно не было времени на подготовку, т.к. обратились ко мне доверители всего лишь за пару часов до предполагаемого начала судебного заседания. Но выхода нет, принимаю поручение и выдвигаюсь в суд, успевая лишь немного подзарядить свой походный «боевой» ноутбук.

Приехав в суд, и предъявив свои полномия, я начал знакомиться с материалом, представленным органом дознания вместе с ходатайством. С подзащитным увидиться пока не получается, т.к. задерживается конвой.

Из материала становится понятно, что парень действительно не судим и никогда к уголовной ответственности не привлекался, являясь гражданином Республики Беларусь имел лишь временную регистрацию в Москве и «со слов» проживал по другому адресу. При этом, я сразу же обратил внимание, что у него изъято 0,33 г вещества, содержащего психотропное вещество амфетамин, т.е. не «чистого» наркотика, а с примесью других веществ. Все… больше никаких данных, имеющих существенное значение на тот момент в материалах не было. Благо, конвой по-прежнему задерживался и у меня было немного времени, для того чтобы «выстроить» позицию.

Я решил, что позицию я буду строить следующим образом:

В первую очередь, необходимо обратить внимание суда, на то, что в соответствии со ст. 97,99, 108 УПК отстутствуют формальные основания для избрания меры пресечения в виде содержания под стражей, а именно:

Подзащитный подозревается в совершении преступления небольшой тяжести;

— имеет постоянное место жительства на территории РФ, его личность установлена, мера пресечения подозреваемым никогда не нарушалась и он не скрывался от органов предварительного расследования и суда;

— органом дознания не представлено доказательств того, что подозреваемый может скрыться от органов дознания и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, каким-либо образом скрыть или уничтожить вещественные доказателтьства по делу, либо иным способом воспрепятствовать установлению правосудия.

Однако здесь меня смущали два обстоятельства. Первое – это все то же отсутствие объективно подтвержденных сведений о его постоянном месте жительства на территори РФ и второе – к такой формальной позиции суды в подавляющем большинстве случаев относятся скептически, игнорируя нормы закона и предписания Пленума.

Поэтому я решил усилить позицию следующим образом: т.к. у подзащитного изъято всего лишь 0,33 г смеси вещества в состав которой входило и психотропное вещество, я решил поставить вопрос перед судом о необоснованности подозрения. И эту часть общей позиции я решил выстроить следующим образом :

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 N 41 (ред. от 11.06.2020) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению… проверка обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению не может сводиться к формальной ссылке суда на наличие у органов предварительного расследования достаточных данных о том, что лицо причастно к совершенному преступлению. При рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу судья обязан проверить, содержит ли ходатайство и приобщенные к нему материалы конкретные сведения, указывающие на причастность к совершенному преступлению именно этого лица, и дать этим сведениям оценку в своем решении.

В соответствии со ст. 14 УК РФ преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания, при этом, не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

Вместе с тем, согласно Постановления Правительства РФ от 01.10.2012 N 1002 (ред. от 07.02.2024) «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 Уголовного кодекса Российской Федерации», амфетамин входит в список I психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации и его минимальная масса, достаточная для привлечения лица к уголовной ответственности, равна 0,2 г.

Таким образом, в случае изъятия у лица аналогичного вещества массой менее 0,2 г, указанное лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности в связи с тем, что его деяние не является преступным.

При этом, согласно примечания, указанного Постановления,  для всех жидкостей и растворов, содержащих хотя бы одно наркотическое средство или психотропное вещество, перечисленных в списке I, их количество определяется массой сухого остатка после высушивания до постоянной массы при температуре +70… +110 градусов Цельсия.

Однако, в соответствии с  представленными органом дознания материалами  уголовного дела, у моего подзащитного изъято вещество массой 0,33 г СОДЕРЖАЩЕЕ в своем составе психотропное вещество амфетамин, т.е. вещество в смеси с другими веществами (или веществом), что всего лишь на 0,13 г более 0,2 г.

Согласно, проведенного и представленного суду, химического исследования № 6501 от 21.12.2020 года установлена общая масса изъятого вещества, при этом не установлено, является ли изъятое вещество расствором и если да, то раствором какого типа (жидкий, твердый и т.д.), кроме того, указанный вопрос перед специалистом, производившим исследование, органом дознания не ставился, что ставит под сомнение не только обоснованность подозрения, а и сам факт совершения подзащитным именно уголовно-наказуемого деяния, т.к. не исключает возможности того, что в ходе судебной химической экспертизы будет установлен факт изъятия у него психотропного вещества массой менее 0,2 г.

Таким образом,  я решил попытаться убедить суд в том, что ходатайство органа дознания об избрании меры пресечения в виде содержания под стражей не может быть удовлетворено не только в связи с формальным отстутсвием оснований, предусмотренных ст.ст. 97,99, 108 УПК РФ, но и в связи с необоснованностью подозрения в совершении инкриминируемого деяния. 

Т.к. заседание началось с существенным опозданием, я успел упорядочить свои мысли и подготовить письменную речь для приобщения в судебном заседании.

Итак, вроде бы готов – можно начинать.

Заседание происходило довольно обыденно: дознаватель монотонно зачитал ходатайство, прокурор не менее монотонно его поддержал (ух как я обожаю эти прокурорские заготовленные и многократно отрепетированные фразы), ну а я изложил выработанную позицию. Когда я закончил, судья немного поморщившись выдала: «уважаемый защитник, а известно ли Вам, что суд не вправе оценивать на данной стадии доказательства по делу?»

«Известно, Ваша Честь, но я этого и не прошу»,- ответил я и выдохнул, ведь свой план я реализовал, хотя, если честно, вначале немного опасался того, что суд, мотивирую свои действия таким образом, не даст мне закончить свою мысль. Но этого не произошло и судья удалилась в совещательную комнату.

Поразмыслив там почти два часа – вышла и огласила Постановление: в ходатайстве органу дознания отказать. Победа!

К сожалению, в самом Постановлении суд не отразил основную часть позиции на предмет «необоснованности подозрения», но главное результат, не так ли? При этом, удивило то, что суд посчитал факт наличия постоянного места жительства у подзащитного на территории РФ абсолютно доказанным.

Вот такая, возможно для кого-то банальная, но как по мне – интересная ситуация. Ну а дело… дело закончилось штрафом, и есть у меня большие сомненния в том, что в случае избрания меры пресечения в виде содержания под стражей, оно (дело) закончилось бы именно так.