Существенное уменьшение объема обвинения по ст. 228.1 УК РФ и переквалификация со ст.228.1 УК РФ на 228 УК РФ на стадии апелляционного рассмотрения.

Для меня эта история началась в 2015 году, когда, вступив на стадии апелляции в уголовное дело в качестве защитника, мне пришлось обжаловать приговор, постановленный в особом порядке судебного разбирательства. Это был первый приговор по данному уголовному делу.

Клиента обвиняли в совершении порядка 8 сбытов наркотических средств в составе ОПГ, хранении огнестрельного оружия и легализации преступных доходов. Эпизоды сбытов были квалифицированы 3-мя преступлениями. Следует отметить, что значительное число эпизодов «появилось» лишь благодаря разговорчивости моего клиента, которому пообещали условное наказание за взаимодействие со следствием. Ясно, что обманывали, но т.н. «дежурный адвокат» ему иного не разъяснил.

Итог обмана 8,5 лет лишения свободы. С указанным сроком клиент был не согласен и только тогда понял, что его обманывали.

Судом ХМАО-Югры приговор был отменен и дело направлено на новое рассмотрение в Урайский городской суд. Причиной отмены явилось необоснованное вменение легализации. Из обвинения следовало, что преступные доходы легализованы раньше, чем совершены остальные преступления, в ходе которых эти доходы получены.

При повторном рассмотрении уголовного дела обвиняемый отказался от взаимодействия со стороной обвинения и выполнении условий досудебного соглашения о сотрудничестве. На этом основании его уголовное дело было соединено с делом в отношении двух подельников, которое как раз начиналось рассматриваться в суде первой инстанции.

Желание отказаться от соглашения принадлежало исключительно доверителю, я же опасаясь результатов в виде срока в 12-15 лет лишения свободы, предложил ему определиться самому, разъяснив все негативные и положительные последствия.

В самом начале судебного следствия сторона обвинения отказалась от обвинения по ст. 174.1 УК РФ, а в конце обвинения еще и от квалифицирующего признака «в составе ОПГ» и 6 эпизодов сбытов, вменяя моему клиенту лишь 1 оконченный эпизод сбыта, 1 покушение на сбыт наркотических средств и эпизод хранения огнестрельного оружия.

Отказ от «организованной преступной группы» был связан с тем, что никаких доказательств, помимо показаний моего подзащитного о наличии ОПГ в ходе следствия добыто не было. Были лишь телефонные переговоры между всеми тремя подсудимыми, на тот период находившимися в дружеских отношениях. По телефону они конечно разговаривали о наркотиках, т.к. все их употребляли, но в переговорах не звучали данные о том, что они вместе планируют преступления.

От 6 эпизодов сбыта наркотиков сторона обвинения отказалась, т.к. по данным эпизодам сбыта наркотические средства изъяты не были, а были лишь показания моего клиента, полученные на следствии, о том, что он сбывал наркотики, а также фрагменты телефонных переговоров с лицами о том, что они могут забрать что то (предположительно наркотики) с различных адресов.

В ходе судебного разбирательства сторона защиты  указала, что невозможно определить, что за вещество было сбыто данным лицам. Мой подзащитный указал, что  он обманывал данных граждан, сбыв им вместо наркотиков смесь таблеток и муки. Указанные доводы опровергнуты не были.

При вынесении приговора судья самостоятельно еще изменила квалификацию с покушения на сбыт наркотиков на хранение наркотических средств без цели сбыта.

Итог 12 лет лишения свободы моему подзащитному, столько же второму подельнику, а третьему фигуранту 6 лет лишения свободы за хранение наркотических средств без цели сбыта.

Приговор был обжалован в апелляционном порядке и отменен в виду нарушений УПК РФ.

Еще на стадии судебного разбирательства третьим фигурантом заявлялось ходатайство о допуске защитника по соглашению, который защищал его на стадии предварительного расследования по назначению, однако судья отвела данного адвоката, мотивируя нарушением права на защиту, т.к. данный адвокат на стадии расследования защищал свидетеля по делу, который (согласно обвинению) приобретал наркотики у одного из подсудимых, а также разово представлял интересы моего доверителя при рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Суд апелляционной инстанции указал, что адвокат отведен судом незаконно и права подсудимого нарушены. Дело возвратилось в суд первой инстанции.

В ходе третьего судебного разбирательства сторона обвинения практически в самом начале судебного следствия отказалась от обвинения по тем же эпизодам, что и в конце предыдущего суда. В итоге нам пришлось защищаться только от 1 эпизода сбыта, эпизода с хранением наркотических средств и эпизода хранения оружия, что существенно облегчало работу.

Эпизод сбыта «держался» на все тех же показаниях моего подзащитного, полученных на следствии и показаниях лица, приобретшего наркотики, данные на следствии. В суде свидетель заявлял, что мой подзащитный помог ему приобрести наркотики, а не сбывал их. То же утверждал и подсудимый. Отрадно, что из телефонных переговоров следовало, что подсудимый звонил и искал наркотики в тот день, в том числе и себе, что подтверждало наши доводы.

И здесь стороной обвинения была допущена ошибка. Гособвинитель не огласил показания свидетеля, данные на следствии, несмотря на то, что имелись существенные противоречия, и при вынесении приговора суд не мог на них ссылаться. Получается, что в подтверждение сбыта остались лишь показания моего подзащитного. Суд конечно попытался выкрутиться и  сформировать доказательства из того, что есть, но не удалось.

Эпизод же по хранению наркотических средств суд исключил самостоятельно по следующим причинам. Наркотики, хранение которых вменялось моему подзащитному, были изъяты с подоконника в его квартире и на момент изъятия и осмотра состояли из двух кучек разного размера приблизительно 2 и 52 грамма.

При проведении первой экспертизы кучки исследовались отдельно, однако данная экспертиза по ходатайству стороны защиты была исключена из числа доказательств при рассмотрении дела в суде во второй раз. Тем же судом была назначена повторная экспертиза, в ходе которой из за ненадлежащего хранения вещественных доказательств кучки оказались смешанными. Масса наркотиков была установлена лишь общая.

Мой доверитель конкретизировал показания и указал, что наркотики были лишь в маленькой кучке, а большая была не наркотического содержания и то, что эксперт смешал наркотики незаконно и влечет искусственное увеличение объема наркотических средств. Опровергнуть эти показания суд не смог и был вынужден оправдать подсудимого по данному эпизоду.

Итогом осуждения по 1 эпизоду сбыта наркотиков — 11 лет лишения свободы.

Приговор был вновь обжалован в апелляционном порядке. Нами приведены доводы о том, что все доказательства свидетельствуют непосредственно о совместном приобретении наркотиков моего подзащитного и свидетеля, они знакомы, оба употребляют наркотики и т.п.

Судом апелляционной инстанции наши доводы приняты во внимание и приговор изменен. Действия моего подзащитного квалифицированы по ст. 228 УК РФ и назначено наказание 3,5 года лишения свободы.

Желаемого результата пришлось добиваться 3 года. Однако и он не мог быть получен без судей Урайского городского суда и суда ХМАО-Югры, проявляющих объективность, справедливость и беспристрастность. Спасибо им!!!