Часть 1. Возвращение уголовного дела следователю в порядке ст. 221 УПК РФ.

Данное уголовное дело довольно стандартное и состоит всего лишь из двух эпизодов мошенничества. При этом оно достаточно необычное, ну хотя бы потому (если не учитывать обстоятельств его возбуждения и допущенных процессуальных нарушений), что в нем полностью отсутствует состав преступления. Однако эти «мелочи» абсолютно не мешают правоохранительным органам расследовать его на протяжении почти трех лет.

Основанием для возбуждения в отношении доверителя первого уголовного дела послужили показания женщины которая, кстати, задолжала ему чуть меньше 3 500 000 рублей. О совершении им преступления, она решилась сообщить аккурат после того, как он обратился в суд с требованием о взыскании долга. При этом образование долга и обстоятельства инкриминируемого доверителю деяния между собой никак не связаны.

Второе уголовное дело (еще более глупое, чем первое) возбудили только через 9 месяцев. В тот момент я предположил, что такое решение возможно принято из-за ущербности первого дела и оказался прав. Ошибся я только в основаниях ущербности.

 Итак, срок предварительного следствия по соединенному уголовному делу продлевался неоднократно, в том числе и на самом высоком уровне сначала до 15 месяцев, потом до 18, а затем и до 21…

Последнее такое решение принято в мае 2020 года, когда заместитель руководителя следственного департамента МВД РФ продлил срок предварительного следствия до 21 месяца, а именно до 23 августа 2020 года. Этот день – воскресенье, таким образом, окончание срока приходилось на выходной.

Незадолго до этого, нам вручено уведомление об окончании следственных действий и предложено ознакомиться с уголовным делом. Все представленные материалы я, конечно же,  сфотографировал после чего, прямо на уведомлении написал что-то вроде ходатайства, в котором сославшись на положения части 2 ст. 128 УПК РФ:

… Если окончание срока приходится на нерабочий день, то последним днем срока считается первый следующий за ним рабочий день, за исключением случаев исчисления сроков при задержании, содержании под стражей, домашнем аресте, запрете определенных действий и нахождении в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях, или в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях…

просил считать днем окончания срока понедельник – 24.08.2020 года. Так же пояснил, что указанное время мне необходимо не только для ознакомления с представленными материалами, но и для подготовки ряда ходатайств о проведении дополнительных следственных действий. Данная просьба была удовлетворена.

В понедельник я принес свои ходатайства и в этот же день, следователь полностью отказала в их удовлетворении. Затем она прекратила наше ознакомление с материалами дела и, составив обвинительное заключение, направила его на согласование руководителю следственного отдела. Руководитель в свою очередь тут же отменила указанное решение следователя и возвратила ей уголовное дело, установив месячный срок для устранения выявленных нарушений, выразившихся в «…ограничении времени ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела…». Таким нехитрым способом срок предварительного следствия продлен на 1 месяц, то есть до сентября 2020 года. Почему я так подробно останавливаюсь на этом, станет понятно в следующей публикации.

Появившееся свободное время использовано мной для изучения материалов уголовного дела. Следователь же, в свою очередь, активно проводила следственные действия, о которых я говорил в своих ходатайствах, хотя, напомню, официально в их удовлетворении было отказано.

В ходе изучения документов я увидел довольно интересные обстоятельства. Так, до возбуждения уголовного дела, материал проверки около полугода «кочевал» между различными структурами (ФСБ, МВД) и многократно регистрировался в разных отделах полиции с присвоением различных номеров КУСП.

Всего эта процедура происходила около 10 раз – уголовное дело в отношении доверителя не возбуждалось ровно до того момента, пока не было принято окончательное решение по гражданскому делу о взыскании с заявительницы денежных средств. При этом один из материалов проверки как, собственно и само заявление «правосознательной гражданки» в представленных нам материалах уголовного дела отсутствовал. Это натолкнуло меня на мысль о том, что в такой чехарде регистраций, про него могли просто забыть и где-то лежит «неотмененный отказной» по тому же составу преступления. Надежды на это было мало, но все же...

Когда следователь снова собралась направлять уголовное дело прокурору и в очередной раз знакомила нас с материалами уголовного дела я, как бы невзначай, спросил ее о том куда же подевалось это заявление. После получения сумбурного ответа, вроде: «Понятия не имею, мне его не передавали. Да и вообще, оно здесь лишнее, потому что поводом для возбуждения дела послужил рапорт сотрудника полиции» — я понял что, по всей видимости, нахожусь на правильном пути. Отразив в протоколе ознакомления факт отсутствия заявления, я отправился к прокурору.

В своей жалобе, адресованной ему, я изложил мысли относительно квалификации действий моего доверителя, а так же сообщил о возможном нарушении органами предварительного следствия требований п. 5 ч.1 ст. 73 УПК РФ.

В прокуратуре меня внимательно выслушали, забрали жалобу и сказали, что ответ мне направят  «в письменном виде, в установленный срок». Через некоторое время я действительно получил письмо, из которого следовало, что как раз накануне поступления жалобы заместитель прокурора сам во всем разобрался и возвратил уголовное дело следователю для устранения выявленных недостатков. Основанием же для принятия мер прокурорского реагирования послужило то, что следователь не приобщила к уголовному делу материал проверки, по которому ранее принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

Ну, что тут скажешь… сам, так сам! Спорить я не стал, только порадовался, что надзор за следствием осуществляет компетентный человек.

А вот руководство следственного органа, как оказалось, с таким решением надзирающего прокурора было категорически несогласно. Обжаловали они его вплоть до областной прокуратуры, но безуспешно. Отказывая в удовлетворении ходатайства следователя об отмене решений нижестоящих прокуроров, заместитель прокурора области дословно указал следующее:

…на момент возбуждения уголовного дела № 1,…………..2 (23.11.2018) в отношении указанного лица имелось неотмененное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела ввиду отсутствия в деянии состава преступления. В соответствии с положениями п. 5 ч.1 ст. 27 УПК РФ наличие такого решения является препятствием для привлечения лица к уголовной ответственности…Но об этом я узнал только через два месяца. Мне позвонила следователь и сообщила, что производство по уголовному делу возобновлено, требования прокурора, послужившие основанием для возвращения уголовного дела, выполнены, а потому нам с доверителем необходимо получить уведомление об окончании следственных действий и ознакомиться с материалами уголовного дела.

Продолжение.