Судьи за экономию средств федерального бюджета

Военно-следственный отделом военного гарнизона были привлечены к уголовной ответственности трое военнослужащих по ст. 30 ч. 3 ст. 228.1 ч. 3 УК РФ.

Один из них заключил со мной соглашение на его защиту. До этого момента он был допрошен в качестве подозреваемого с участием другого адвоката, где воспользовался правом показания не давать. Второй подозреваемый тоже. Третий с адвокатом по назначению показания дал.

Подумали мы, подумали со вторым адвокатом, решили, что молчать смысла нет, в суде военном доказывать будет что-либо бесполезно и решили дать показания, для начала второму подозреваемому, не моему клиенту.

Дали. Это внесло  сумятицу в ряды стороны обвинения, выразившуюся в том, что дело зависло. Зная по опыту, как  работает этот отдел, такое замешательство давало надежду. В это время мы попробовали обжаловать ОРМ «проверочная закупка», конечно нам отказали. Мы установили круг свидетелей, которых намерены были представить следствию для подтверждения показаний второго подозреваемого.

Выждали время и выдали этих свидетелей, после чего направились и мы с моим клиентом на допрос, завершающим аккордом,  такова была наша тактика.

После того, как следователь  пришел в себя, посоветовался со всеми, как положено, дело было преращено за отсутствием состава преступления.

Оказалось, что наша стратегия была верна и попали мы прямо в точку, так как в этом ОРМ «проверочная закупка» был огромный пробел, который был восполнен нашими показаниями, все стало на свои места, все  противоречия были устранены. Признали за моим клиентом и за остальными право на реабилитацию.

Обратился он нынче в суд с ходатайством о возмещении ему расходов на оплату юридической помощи. Интересное началось с того, что он  приложил к заявлению не копию, а подлинник моей квитанции, хотя в заявлении было указано «копия квитанции».

Когда  клиент приехал в суд, он увидел ксерокопию вместо подлинника и вообще был в шоке, когда у него потребовали предъявить подлинник. То есть подлинник исчез.

Я выдала ему свой экземпляр квитанции, он предъявил его в суд, что там началось. Представитель УФК придирался к каждой запятой, посчитали дни моего участия  в следственных действиях,  как будто я адвокат по назначению и оплату должна получать только за непосредственное участие именно в следственных действиях, задавались вопросом о том, почему  соглашение заключили в августе 11 года, а первые следственные действия начались с моим участием весной 12 года, есть расценки — 552, 50 рубля за следственное действие и т.п.

Мой клиент твердит им: я оплатил за защиту, я эти деньги оплатил,  мне положено их вернуть, так как я реабилитированный. Приобщил соглашение, справку коллегии, что соглашение не расторгалось, деньги не возвращались и пр. В итоге суд взыскал с УФК 8000 рублей из оплаченных 50000 рублей.

Скажите мне, это что такое. Бедствие в России? На всем экономим?  Завтра мне привезут  постановление суда, обязательно выложу его, давайте обсудим этот вопрос. Я с этим  еще никогда не сталкивалась в работе. Да, суды уменьшают по своему разумению  вознаграждения представителям по гражданским делам, да, считают дни участия по уголовным делам по назначению, пытаясь как-нибудь, да уменьшить размер оплаты. Но тут реабилитация — гражданину нужно вернуть все, что он потратил. И вот на тебе.

Я не могу уразуметь, почему именно 8000 рублей, не дождусь завтрашнего дня.