Как известно, степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, выразившегося в неизгладимом обезображивании его лица, определяется судом.
При этом каких–либо объективных критериев (медицинских, эстетических, юридических и т.д.) позволяющих считать то либо иное повреждение лица обезображивающим, а другое повреждение не обезображивающим, не существует.
Все отдано на откуп суда, в результате чего, решение о том, считать повреждение обезображивающим, а какое нет, становится, по сути, субъективным эстетическим критерием, который решается через призму личного восприятии судьи.

Продолжение, начало смотри первая часть, вторая часть.
В данной главе будет описана работа по назначению экспертизы, работа с экспертом на допросе, использование сведений, полученных на допросе эксперта. Результат этой работы явился одним из определивших успешное для моего подзащитного окончание дела.

Статья посвящена оспариванию выводов судебно-психиатрической экспертизы, основанной на доказательствах, которые в судебном заседании не оглашались и получены с нарушением права на защиту. Итогом кропотливой работы адвоката, стало назначение дополнительной стационарной судебно-психиатрической экспертизы.

Ко мне обратился гражданин Александр, в отношении которого было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 228 УК РФ — незаконное хранение наркотических средств в крупном размере . В ходе расследования Александр был признан невменяемым , а следствие ходатайствовало о применении к нему принудительных мер медицинского характера . Однако наша правовая позиция позволила добиться отмены принудительного лечения и прекращения уголовного дела . Первоначальное заключение: диагноз F21 и вывод о невменяемости Стационарная судебно-психиатрическая экспертиза , проведённая в ГБУЗ МО «Психиатрическая больница № 2 им. В.И. Яковенко» , установила: Диагноз: шизотипическое расстройство личности (F21 по МКБ-10) . Вывод: невменяемость на момент инкриминируемого деяния. Рекомендация: принудительное лечение в стационаре . Критика защиты: формальный подход и нарушение стандартов Было заявлено о необоснованности выводов экспертов , указав на: Формальный и шаблонный подход при формулировке симптомов. Отсутствие всес

В 2008 году экспертная комиссия сделала вывод, усомнивший следствие. Член комиссии из госэкспертного учреждения уволен. Из дела в отдельное производство выделены материалы проверки этого врача за заведомо ложное заключение. Истину установили защитник и судья. Проверка бывшего эксперта продолжалась 4 года.
 

Мой подзащитный Толк-ов обвиняется по части 3 статьи 264 УК РФ.
В конце ноября 2014 года предварительное расследование, проведённое в Северном районе Оренбургской области, было окончено, и уголовное дело направлено районному прокурору для утверждения обвинительного заключения.

Как рождается в уголовном судопроизводстве Заключение независимого судебно-медицинского специалиста? Семячков Анатолий Кириллович, г. Тюмень