Переквалификация с ч.3 ст. 30 п.п. «а,б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ на ч.1 ст. 228 УК РФ и освобождение

Сразу напишу, в суде первой инстанции и апелляционном суде я не участвовала, обратились ко мне уже на стадии кассации, на шестом, месяце возможностей. Смогли оперативно предоставить материалы, близкие (это опекуны) очень переживали за осужденного по ч.3 ст. 30 п.п. «а, б»  ч.3 ст. 228.1 УК РФ молодого  мальчишку.

Дело интересное, обязательно знакомимся полностью. Ранее со стороны коллег и самого осужденного (я буду называть его далее Граф) были претензии к квалификации, коллеги и сам Граф указывали, что  квалификация не верна, что тут ч.1 ст. 228 УК РФ, но суды это старательно отбивали. Хотя резон в том как раз был, это станет понятным уже из касрешения.

 Становится понятным, что осужденный мальчик с очень непростой судьбой (при таких условиях его жизни и его действиях, считаю,  можно было бы и не закрывать его, знаем мым такие решения без изоляции).

Понимаю, что о квалификации коллега уже высказался полностью, добавить тут нечего, также затронул состояние Графа, сам Граф указывает также на квалификацию в своей жалобе.

Смотрим дело дальше, имеется интересная психиатрическая экспертиза в отношении Графа (но вызывает вопросы сразу, как при определённых диагнозах Графа в ней не участвует психолог, только два эксперта-психиатра). Из экспертизы следует, что Граф имеет определённое психическое расстройство в лёгкой форме. Обучался в коррекционной школе. Не знает таблицу умножения, количество дней в году и понятие високосного года. Общий запас знаний и представлений ничтожно мал. Не улавливает смысл поговорок и пословиц…и т.д.

Между тем, комиссия приходит к выводу, что глубина указанных особенностей психики Графа не столь значительна, чтобы лишать его в период совершения деяния возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. Такой вот вывод.

Но надо отдать должное и пока не слишком к этому придираться (хотя я бы  придралась), документы о развитии ребёнка были представлены полностью только в судебном заседании и на стадии дополнений. Должен ли был обратить на это внимание суд? Считаю, что обязан был это сделать. Из истории развития ребёнка следовало, что Граф рос и развивался с некоторым отставанием в нервно-психическом развитии. Согласно заключению комиссии Граф является ребенком с ограниченными возможностями здоровья.

Фундамент моей жалобы состоит их допущенных нарушений, на момент совершения Графу было 17 лет 2 месяца и 10 дней. Указываю про ответственность с 16 лет и ссылаюсь на ч.3 ст. 20 УК РФ, туда-же ч.3 ст. 27 УПК РФ, подкрепляюсь  позицией  Определения КС РФ от 18.07.2019 N 1865-О.

Указываю на то, что если несовершеннолетний достиг возраста уголовной ответственности, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, во время совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия), либо руководить ими, он не подлежит уголовной ответственности; вменяемое лицо, которое во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности (часть третья статьи 20 и часть первая ст. 22 УК РФ).

Данная правовая позиция закреплена и в п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от 01.02.2011 N 1 (ред. от 09.12.2025). В жалобе указаны все ссылки на документы и приложены к дополнительно. Были иные основания в жалобе.

Прошу приговор и апелляционное определение отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

За  судьбу Графа очень переживали его опекуны, они присутствовали вживую на заседании Судебной коллегии по уг/делам 2 кассуда, всё видели сами и слышали, Граф конечно по ВКС ( кстати на вопрос Графу, есть ли у него заявления и ходатайства, тот ответил, что не понимает, что это). Отдельная история, как потом несколько дней пришлось бороться с неповоротливой системой бумажной волокиты, вследствие чего Граф пересидел несколько дней.

Но на сегодня Граф находится дома у своих опекунов и его ждёт постепенное возвращение и вхождение в нормальную жизнь. А ведь можно было и не ломать мальчишке судьбу,  даже с учётом изначально квалификации по ч.3 ст. 30 п.п. «а, б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ на ч.1 ст. 228 УК РФ. 

Такое решение Кассуда, как пеквалификация на ч.1 ст. 228 УК РФ, это компромисс или действительно всё дело было в неверной квалификации изначально?