Иск о гонораре: морально-этический аспект

Во взаимоотношениях двух равных субъектов, какими являются адвокат и его доверитель, в обязательном порядке должен непременно присутствовать элемент доверия друг к другу.
 
Невозможно, не доверяя человеку, начать работать с ним. Часто так бывает, особенно по уголовным делам, когда человеческие чувства обнажаются до предела, что за то время, пока идет процесс расследования, затем долгий процесс рассмотрения дела в суде, адвокат «срастается» духовно со своим подзащитным.
 
Однако эта так называемая духовная близость в наш век прагматизма, стяжательства быстренько исчезает, когда речь заходит о гонораре адвоката за оказанную им помощь, когда дело уже, как правило, окончено, адвокат обращается к своему доверителю с просьбой рассчитаться окончательно. Тут начинается, как говорится, другая часть взаимоотношений доверителя и адвоката. Вчерашние союзники оказываются по разные стороны правовых баррикад. Адвокаты в подобных случаях, отстаивая свои имущественные интересы, предъявляют в суды иски к своим бывшим доверителям о взыскании неуплаченных или не в полной мере уплаченных сумм гонорара.
 
О морально-этической стороне данной проблемы мне хотелось бы сейчас поговорить.
 
Насколько этично для адвоката, носителя идей гуманизма, нестяжательства, человеколюбия, уважения прав человека, обращение в суд к своему пускай бывшему, но доверителю с иском о взыскании суммы гонорара. Другая сторона затрагиваемого вопроса в другом, адвокатская профессия конечно самодостаточная, финансово независимая. Однако законом и кодексом профессиональной этики нам, адвокатам, запрещено, как известно, заниматься предпринимательской деятельностью. Это обстоятельство делает гонорар адвоката по каждому из дел единственным, пожалуй, источником дохода  адвоката и его семьи.
 
Начну с себя. Мне дважды пришлось в своей небольшой практике обращаться в суд с исками о взыскании с моих доверителей сумм гонорара. В одном случае это было юридическое лицо, в другом -  гражданин. В обоих случаях суд, конечно, вставал на мою сторону, поскольку собственно доказывать мне ничего не приходилось, иски, что называется, бесспорны. Проблема была несколько в другом. В ходе рассмотрения дел у меня, естественно, сложились хорошие отношения с моими доверителями, после предъявления иска я потерял клиентов навсегда.
 
После очередного «гонорарного» дела, я, получив исполнительный лист, задумался насколько этично я поступил по отношению к своему бывшему доверителю, а также насколько правильно я поступил как адвокат. К сожалению, я не нашел прямого ответа в современной юридической литературе, посвященной проблемам адвокатской этики. Пришлось обратиться к более ранним источникам. Поиски меня привели к истокам французской адвокатуры, на опыт которой равняются сегодня, разрабатывая стандарты адвокатской деятельности в России наряду с опытом присяжной адвокатуры.
 
Вот что мне удалось найти в книге известнейшего адвоката Франции Франсуа Молло «Правила адвокатской профессии во Франции, — пишет он, — не подлежат, во-первых, сомнению, что наше настоящее законодательство не воспрещает адвокату иска о гонораре и что некоторые суды фактически допускают и узаконяют его; но мы, парижские адвокаты, держимся в данном случае прежнего права, по которому иск о гонораре был воспрещен адвокату под страхом исключения из списков. На нем зиждется честь нашего сословия, им оно отличается от всякой другой профессии».

«Допустив иск о гонораре, — пишет далее Молло, — мы радикально изменим, мы совершенно уничтожим функции адвокатуры, мы превратим последнюю в платный мандат, в наем работы, подвергнем исковое требование адвоката, а следовательно его деяния, заслуги, достоинство, а может быть и самую нравственность, сомнительному, унизительному гласному обсуждению, а его самого ответственности тем более строгой, чем выше будет предъявленный иск; мы его поставим в необходимость давать расписку в получении гонорара, а также документов и актов или присягать в том, что он вернул их клиенту, наконец, в необходимость доказывать это, может быть, все на суде.

Что станется с нашими Правилами и правами, с духом бескорыстие и благопристойности, отличающими и облагораживающими наше сословие, внушающими к нему уважение не только со стороны клиентов, но и суда? Это будет гибель профессии».

Дальше Молло пишет: «Адвокат, строго соблюдающий правила, воздержится от устного или письменного требования гонорара, в особенности до судебного заседания. Отказ от ведения дела в виду неуплаты, не говоря уже о том, что он является как бы косвенным требованием, может еще повредить и делу и таким образом усилить вину адвоката».

Таким образом, адвокатам Франции в прошлом воспрещалось под страхом исключения из адвокатского сословия предъявлять иски к своим доверителям о взыскании гонораров.
Также можно увидеть, что коллегам нашим рекомендовалось воздерживаться даже от напоминания доверителю о необходимости произвести оплату услуг адвоката.

Как указал Молло: письма и напоминания редко достигают цели — напротив, скорей вредят. Клиент знает, что он ваш должник и что вы не можете предъявить к нему иска. Он может еще вернуться к вам, а вы этими напоминаниями отталкиваете его сами. Пожалуй, точнее не скажешь.

Потому, подводя итог, нужно сказать, чтобы не попадать в ситуации, когда клиент отказывается произвести оплату труда адвоката, необходимо гонорар получать вперед. Хотя и у этого подхода есть свои минусы, поскольку, клиент может просто развернуться и уйти к другому коллеге, который в вопросах как размера, так и порядка оплаты гонорара будет намного уступчивее меня.

В указанной работе Молло  указывается, что адвокат не нарушит правил ни благопристойности, ни бескорыстия, если, покидая свои обычные занятия и консультации, чтобы вести дело вне своей оседлости, выразит желание или условиться о гонораре или получить его даже вперед. Положение вещей здесь изменяется: адвокат, покидая свой кабинет, теряет других клиентов, подвергается большей сравнительно усталости, большим издержкам, — следовательно, исключение в данном случае совершенно законно; самая строгая щепетильность никого не обязывает к жертвам.

Интересная и другая сторона затронутой нами проблемы, а именно вопрос: а имеет ли право клиент получить обратно гонорар, уплаченный им добровольно адвокату по делу, которое, выражаясь профессиональным сленгом «не пошло»?

В современной практике, я не встречал подобных исков, однако судя по дисциплинарной практике адвокатской палаты, членом которой я состою, можно сделать вывод, что как только возникает недовольство клиентом адвокатом, рождается жалоба в Совет палаты, адвокат, дабы избежать дисциплинарного взыскания, чаще всего возвращает либо полностью либо в части полученный им от клиента гонорар.

Иначе решалась названная проблема в XVIII веке во все той же Франции. Имеет ли клиент право требовать возврата гонорара, уплаченного им добровольно адвокату? Спрашивает Ф. Молло, и сам отвечает — думаю, что нет, даже и в том случае, когда дело не имело ни предполагаемой длительности, ни предполагаемого развития. Только сам адвокат может решить по совести, следует ли принять во внимание вышеупомянутые обстоятельства.

С точки зрения права долг совершенно законен. Если, с одной стороны, мы постоянно воздерживаемся от исков о гонораре, то с другой имеем полное право отклонять обратное его истребование, которое может быть вполне произвольным. Тут, как говорится, комментарии излишни, поскольку попадание в точку и совершенно верно.

К сожалению, как мы видим, в современном кодексе профессиональной этики адвоката в России не выработано единого подхода к указанной проблеме. Думаю, что стоило бы разрешить в важнейшем документе для адвокатов этот вопрос, указав раз и, наверное, навсегда, как поступать в подобной ситуации.