Сбыт или пособничество в приобретении, вопросы квалификации содеянного

Сотрудника СИЗО задерживают и в ходе личного досмотра при нем обнаружено наркотическое средство.

Уголовное дело автоматически возбуждается по ст. 30 ч.3, 228.1 ч.4 п. «б» УК РФ, т.е. покушение на незаконный сбыт наркотических средств в следственном изоляторе, с использованием служебного положения, в значительном размере, не доведённое до конца по независящим от воли виновного обстоятельствам.

До 2015 года в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2006 N 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами»  содержалось разъяснение о квалификации действий посредника, звучавшее так:

Действия посредника в сбыте или приобретении наркотических средств, … следует квалифицировать как соучастие в сбыте или в приобретении наркотических средств, … в зависимости от того, в чьих интересах (сбытчика или приобретателя) действует посредник.

И согласно ранее сложившейся судебной практики такие действия квалифицировались как соучастие в содеянном в форме пособничества.

Однако, одновременно в указанное постановление был введен п.15.1, согласно которого:

в случае, когда лицо передает приобретателю наркотические средства, … по просьбе (поручению) другого лица, которому они принадлежат, его действия следует квалифицировать как соисполнительство в незаконном сбыте указанных средств, веществ, растений.

Поэтому сегодня суд чаще всего указывает, что действия в интересах иного лица не имеют правового значения для квалификации совершенного преступления.

Принимая поручение на защиту, в материалах дела уже была явка с полным признанием вины в сбыте наркотических средств на территории изолятора, допросы в качестве подозреваемого, обвиняемого с участием адвоката по назначению.

Мотивом полного раскаяния и признания вины в покушении на сбыт было убеждение надежда на то, что срок будет 10 лет, а не 20 — при непризнании вины, как ему было обещано гарантировано оперативниками при задержании.

Несмотря на такие обстоятельства, было решено позицию изменить, отказаться от явки и от признательных показаний в части сбыта,  с частичным признанием вины в пособничестве в незаконном приобретении.

Доказательствами  в пользу защиты стали показания приобретателя – сидельца, который не отрицал факт обращения к подзащитному с просьбой о проносе наркотического средства.

Также материалами ОРМ  подтверждалось, что приобретение наркотического средства и передача его подзащитному проводилась  приобретателем, за его счет и под его контролем.

Сведений о том, что клиент ранее был замечен в приобретении, сбыте наркотических средств следствием не было добыто.

Обнадеживала практика Новосибирского областного суда, который оставил без изменения приговор г.Куйбышева Новосибирской области от 2019 года, где действия  подсудимого с аналогичной фабулой дела были переквалифицированы судом на пособничество. Стороной обвинения не представлены доказательства того, что  В.В. намереваясь передать СС наркотические средства, действовал в интересах лица, сбывшего указанные наркотические средства, либо по сговору с ним; а также доказательства того, что  В.В. занимался или занимается сбытом наркотических средств, в связи с чем, вывод органа предварительного расследования и государственного обвинителя о наличии у  В.В. умысла на незаконный сбыт наркотических средств является необоснованным. При этом в отношении лица, сбывшего наркотические средства Иванову В.В. уголовное дело по п. «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ выделено в отдельное производство.

Таким образом, фактические обстоятельства, установленные судом свидетельствуют о том, что  В.В. не являлся исполнителем преступления, направленного на сбыт наркотических средств, а только по просьбе и в интересах СС, отбывающего наказание в ФКУ ИК-№, оказывал ему содействие в приобретении наркотических средств, то есть являлся пособником в приобретении наркотических средств в крупном размере, и в действиях  В.В. не усматривается умысла на сбыт наркотического средства.

 И вот, судом, который должен был рассматривать наше,  дело выносится приговор  коллеге подзащитного с переквалификацией на пособничество, который в 2021 году отменяется Новосибирским областным судом с вынесением обвинительного приговора  по ст. 30 ч.3, 228.1 ч.4 п. «б» УК РФ и назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 7 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Как говорится, никогда такого не было и вот опять…

Однако, по содержанию отменённого приговора понятно, что причиной отмены стала переоценка фактических обстоятельств (наличие наркотических средств дома, не признание факта приобретения «сидельцем», сведения о ранее совершенных действиях), что дало основание суду говорить о наличии умысла на сбыт, поэтому пособничество было исключено из квалификации.

Перед этим, в своем вступительном слове я заявляла о наличии в действиях пособничества в незаконном приобретении, но ближе к прениям все таки решила не рисковать неоднозначной практикой суда и с учетом всех обстоятельств просила переквалифицировать на приобретение для личного употребления, поскольку часть  наркотического средства, которое передавалось,  была предназначена ему,  т.е. имело место совместное приобретение для личного употребления.

При этом в качестве доводов защиты указывалось и на недоказанность умысла на сбыт, провокацию сотрудников полиции, недопустимость доказательств и максимально все смягчающие обстоятельства и нормы.

Прокурор просил 8 лет.

С первой фразы суда после «Установил» стало понятно, что все получилось, но только мне. Подзащитный эту главную фразу не уловил и до конца оглашения думал, что все плохо.

Фактически суд отклонил все  мои возражения и по провокации и про недопустимость и про личное употребление, но в итоге, приняв желаемое решение, переквалифицировав действия подзащитного на пособничество в незаконном приобретении с назначением наказания в виде 1 года  10 месяцев. 

Так как представления не было, подзащитный вышел на свободу через месяц после оглашения приговора.

Так что не все так однозначно, хотя практика очень не стабильная.