Вспомнил дело из своей кассационной практики, где пришлось изрядно попотеть и принести пользу своему доверителю.
У строительной компании был договор подряда стоимостью 20,7 млн руб., вступившее в законную силу решение о взыскании почти 49,5 млн руб. и проигранная апелляция.
Именно с таким набором документов руководство компании обратилось ко мне за юридической помощью.
Меня рекомендовал знакомый юрист, который знал, что я занимаюсь в том числе сложными делами, где приходится исправлять последствия уже состоявшихся судебных решений.
Признаюсь, сумма взыскания впечатляла, но после изучения материалов гораздо больше вопросов у меня возникло к тому, как суды вообще пришли к такому результату.
И чем внимательнее я разбирался в деле, тем отчётливее понимал, что основания для кассационного обжалования имеются, причём далеко не одно.
Как подрядчик оказался должен почти 50 млн руб.
Всё началось с договора на строительство индивидуального жилого дома фахверковой конструкции с заполнением стен из клееного бруса.
Между подрядчиком и заказчиком возник конфликт, после чего последний отказался от договора, сославшись на нарушение сроков строительства и существенные недостатки выполненных работ.
Впоследствии потребитель обратился в суд с требованиями о возврате денежных средств, взыскании убытков, неустойки, процентов, компенсации морального вреда и штрафа.
Решением Троицкого районного суда города Москвы от 30.06.2022 с подрядчика взыскали почти 49,5 млн руб., из которых 20,7 млн руб. составляла неустойка, а ещё 16,4 млн руб. потребительский штраф.
Московский городской суд 22.12.2022 оставил решение без изменения.
Первое, что меня удивило при изучении дела, заключалось в отсутствии заявления о применении ст. 333 ГК РФ.
То есть с подрядчика взыскивают неустойку в размере стоимости всего строительства, к ней добавляют внушительный потребительский штраф, а вопрос о снижении санкций даже не ставится.
Впрочем, как вскоре выяснилось, отсутствие такого заявления было далеко не главной проблемой.
Суды определили срок окончания строительства по дате поступления первого авансового платежа, фактически не разобравшись в остальных условиях договора, предусмотревших целый график финансирования.
В основу решения было положено внесудебное заключение специалистов, представленное потребителем, хотя подрядчик оспаривал его выводы и представлял собственные доказательства.
При этом суд первой инстанции отказался приобщить рецензию на исследование заказчика, а судебная строительно-техническая экспертиза вообще не проводилась.
И всё это при том, что заказчик уже организовал демонтаж строительных конструкций, недостатки которых впоследствии стали основанием для многомиллионных требований.
У меня складывалось устойчивое ощущение, что первоначальное рассмотрение дела прошло без надлежащего исследования обстоятельств, от которых непосредственно зависел исход спора.
Оставалось убедить в этом кассационный суд.
Кассационная жалоба
Работать над делом мы начали вместе с коллегой, которую компания пригласила независимо от меня.
Сначала я относился к такой организации защиты несколько скептически, поскольку два представителя с собственным профессиональным взглядом на одно дело далеко не всегда оказываются удачным сочетанием.
Однако мы довольно быстро согласовали стратегию, распределили направления работы и впоследствии прекрасно сработались.
При подготовке кассационной жалобы для меня было принципиально важно добиться не просто отмены неблагоприятных судебных актов, а направления дела именно в первую инстанцию.
Причина заключалась в том, что правильно разрешить этот спор без судебной экспертизы и полноценного исследования условий договора было практически невозможно.
Одним из основных доводов жалобы стало неправильное определение судами срока выполнения строительных работ.
Согласно пункту 1.5 договора строительство должно было осуществляться в течение 260 календарных дней с даты поступления авансового платежа в соответствии с приложением № 2.
Суды решили, что этот срок необходимо исчислять с 10.01.2020, когда заказчик перечислил первую часть аванса.
Но приложение № 2 предусматривало график финансирования строительства с общей суммой аванса 18,6 млн руб., которую заказчик должен был перечислить несколькими платежами.
Последний предусмотренный графиком платёж следовало внести до 20.05.2020, однако фактически платежи производились с нарушением согласованных сроков, последний из них поступил только 23.09.2020, а общая недоплата составила 562 тыс. руб.
Получалась довольно любопытная ситуация, когда заказчик сам нарушил договорные обязательства по финансированию строительства, но при этом потребовал взыскать с подрядчика 20,7 млн руб. за просрочку выполнения работ.
Мы считали, что для правильного разрешения спора суды обязаны были дать толкование пункту 1.5 договора во взаимосвязи со всем графиком авансирования по правилам ст. 431 ГК РФ и оценить последствия нарушения заказчиком встречных обязательств.
Другим направлением кассационной жалобы стали нарушения, допущенные при исследовании доказательств строительных недостатков.
Суд положил в основу решения внесудебное заключение заказчика, несмотря на наличие противоположных выводов специалиста со стороны подрядчика и обстоятельства, затруднявшие проверку первоначального состояния строительных конструкций.
Между тем вопросы о наличии, характере и причинах строительных недостатков требовали специальных знаний, а значит, имелись основания поставить на обсуждение сторон вопрос о судебной экспертизе.
Отдельно мы обратили внимание на то, что при взыскании аванса и убытков суды не выяснили, какие работы фактически выполнил подрядчик, какие материалы использовались и какие расходы были понесены.
В результате получилось, что с компании взыскали денежные средства, не установив целый ряд обстоятельств, необходимых для определения действительных обязательств сторон.
Наша задача заключалась не в том, чтобы убедить кассационный суд самостоятельно разобраться в качестве деревянных конструкций или установить стоимость выполненных строительных работ.
Мы показывали, какие существенные обстоятельства остались без исследования и почему допущенные нарушения невозможно устранить без нового рассмотрения дела.
21.03.2023 Второй кассационный суд общей юрисдикции отменил оба судебных акта и направил дело на новое рассмотрение в Троицкий районный суд города Москвы.
В определении по делу № 88-7703/2023 кассационный суд указал на необходимость обсуждения вопроса о назначении судебной экспертизы, толкования условий договора с учётом всего графика авансовых платежей и исследования обстоятельств, связанных с выполненными работами, строительными материалами и расходами сторон.
Именно этого процессуального результата мы и добивались.
Однако отмена решения о взыскании почти 49,5 млн руб. ещё не означала, что при новом рассмотрении суд не придёт к похожему результату.
Теперь предстояло воспользоваться открывшейся возможностью.
Новое рассмотрение и судебная экспертиза
После возвращения дела в первую инстанцию мы подготовили ходатайство о назначении судебной строительно-технической экспертизы.
Признаюсь, именно её результаты вызывали у меня наибольшие опасения, поскольку первоначальные строительные конструкции к тому времени уже подверглись демонтажу.
Причём заказчик заключил договор с новой строительной организацией ещё 19.01.2021, то есть до проведения основных внесудебных экспертных осмотров.
Мы считали, что его действия существенно затруднили возможность объективной проверки качества первоначального строительства.
В самом деле, как установить наличие и причины возникновения строительных недостатков, если конструкции, состояние которых необходимо исследовать, уже разобраны?
Поэтому при подготовке ходатайства мы предложили поставить перед экспертами вопросы не только о предполагаемых дефектах, но и о самой возможности установить их по сохранившимся материалам, причинах возникновения, возможном влиянии демонтажных работ и повторном использовании строительных материалов.
Мне представлялось принципиальным, чтобы эксперты исследовали не только претензии заказчика, но и обстоятельства, при которых возникла невозможность непосредственного обследования первоначального объекта.
28.06.2023 суд назначил судебную строительно-техническую экспертизу, включив предложенные нами вопросы в определение и поручив исследование специалистам НИУ МГСУ.
На тот момент у меня не было уверенности, что экспертиза окажется благоприятной для подрядчика, но без неё рассчитывать на объективное разрешение спора было ещё сложнее.
В октябре 2023 года мы получили заключение.
Его выводы оказались для нас весьма удачными.
При натурном осмотре исследуемого объекта недостатков выявлено не было, а подтвердить по представленным материалам наличие дефектов, указанных в первоначальном внесудебном исследовании заказчика, эксперты не смогли.
В заключении также отмечалась недостаточная обоснованность выводов первоначального исследования, из-за чего определить причины предполагаемых недостатков и стоимость их устранения не представлялось возможным.
Кроме того, эксперты установили, что при возведении нового здания повторно использовались материалы, оставшиеся после демонтажа первоначального объекта.
Разумеется, невозможность подтвердить наличие первоначальных недостатков не означает, что их заведомо не существовало.
Но для судебного спора имеет принципиальное значение не только то, о каких нарушениях заявляет сторона, но и то, какими доказательствами эти нарушения подтверждаются.
Истец не согласился с результатами экспертизы и добивался назначения повторного исследования.
Мы с коллегой возражали против этого ходатайства, поскольку считали, что представленные доводы не опровергают заключение судебных экспертов и не свидетельствуют о необходимости проводить экспертизу заново.
Повторная экспертиза назначена не была.
При этом наша защита не сводилась исключительно к результатам исследования НИУ МГСУ.
Не меньшее значение сохранял вопрос о том, нарушил ли подрядчик сроки строительства с учётом того, как заказчик исполнял собственные обязательства по финансированию работ.
Именно эти два направления защиты стали основой нашей дальнейшей позиции.
От взыскания почти 50 млн руб. до отказа в иске
07.12.2023 Троицкий районный суд города Москвы вынес новое решение, которым отказал в удовлетворении оставшихся исковых требований потребителя к строительному подрядчику.
Суд исходил из того, что заказчик не представил достаточных доказательств ненадлежащего качества выполненных работ, а просрочка строительства была связана с нарушением им самим согласованного графика авансовых платежей и неполным финансированием.
Таким образом, дело, которое первоначально закончилось взысканием с подрядчика почти 49,5 млн руб., после кассационной отмены и нового рассмотрения получило противоположный результат.
Но заказчик на этом не остановился.
22.05.2024 Московский городской суд оставил новое решение без изменения.
Затем последовала ещё одна кассационная жалоба, по результатам рассмотрения которой Второй кассационный суд общей юрисдикции 07.11.2024 также сохранил состоявшиеся судебные акты.
Впоследствии истец обратился в Верховный Суд Российской Федерации, однако 02.04.2025 в передаче его кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам было отказано.
На этом судебная история завершилась сохранением благоприятного для подрядчика результата.
Вместо заключения
Когда я вступил в это дело, у компании уже имелось вступившее в законную силу решение о взыскании почти 49,5 млн руб., а две судебные инстанции сочли требования потребителя обоснованными.
В результате совместной работы нам удалось отменить первоначальные судебные акты, добиться нового рассмотрения, провести необходимую судебную экспертизу и защитить решение об отказе в оставшихся требованиях потребителя при последующем обжаловании.
Для доверителя это означало устранение серьёзной угрозы финансовому положению компании.
А для меня главным в этой истории осталось то, что ещё при подготовке первой кассационной жалобы я понимал, какого процессуального результата необходимо добиться и каким образом мы будем действовать после отмены судебных решений.
Ведь выиграть кассацию иногда оказывается только половиной дела, а настоящая работа начинается уже после неё, но это уже другая история, ведь меня на деле при новом рассмотрении могло и не оказаться.
Рейтинг публикации:
«
