Переквалификация действий подсудимого с ч. 1 ст. 159 УК РФ на ч. 3 ст. 327 УК РФ.

Ко мне обратился подзащитный С. и сообщил, что в отношении него возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 327 УК РФ (в редакции ФЗ от 07.12.2011 № 420-ФЗ), по следующим обстоятельствам: С. с целью поступления на службу на более высшую должность, чем позволяло имеющиеся  у него основное  общее образование, предоставил  заведомо подложный диплом с внесенными в него не соответствующими действительности данными о получении им высшего профессионального образования и на основании представленного диплома  С. был назначен на соответствующую должность.

Основными доказательствами вины С. являлись признательные показания самого подзащитного, сведения из образовательного учреждения о том, что С. не оканчивал университет, расположенный в другом городе, куда С. фактически не являлся, а также с учетом наличия 9 классов образования и не мог поступить.

С учетом очевидности данного преступления и позицией доверителя, сторона защиты нацелилась на прекращение уголовного преследования  в отношении подозреваемого с назначением меры уголовно-правового характера  в виде судебного штрафа.

Следователем было вынесено постановление  о возбуждении перед судом  ходатайства  о прекращении уголовного дела по указанным основаниям и уголовное дело было направлено в суд.

Каково было мое удивление, когда мне позвонил следователь и сообщил о том, что уголовное дело было возвращено, необходимо переквалифицировать преступление с  ч.3 ст. 327 УК РФ на ч.1 ст. 159 УК РФ.

После предъявления обвинения, соответственно мы не согласились с обвинением, тем более с учетом заявленного ущерба от преступления на сумму свыше 235 000 рублей.

После ознакомления с материалами уголовного дела мной было подготовлено ходатайство о переквалификации действий подзащитного, где в обосновании своей позиции было указано, что следователь не учел, что в  данном случае предметом преступления является официальный документ — диплом.

Состав преступления формальный. Субъективная  сторона характеризуется прямым умыслом. Обязательным  ее признаком  является цель использования официального документа, который предоставляет права (материальные, не материальные).

В соответствии с ч. 4 Пленума Верховного суда РФ, приведенные в постановлении от 30.11.2017 № 48, в случаях, когда лицо получает чужое имущество или приобретает право на него, не намереваясь при этом исполнять обязательства, связанные с условиями передачи  ему  указанного имущества или права,  в результате чего потерпевшему  причиняется материальный ущерб,  содеянное следует квалифицировать как мошенничество.

О наличии такого умысла могут свидетельствовать, в частности, заведомое отсутствие у лица реальной возможности  исполнить обязательства в соответствии с условиями договора.  Вместе с тем, в каждом конкретном случае необходимо с учетом всех обстоятельств дела установить, что лицо заведомо не намеревалось исполнять свои обязательства.

В рамках настоящего уголовного дела подзащитный проходил службу и в полной мере выполнял все возложенные на него обязательства, соответствующие  должности. Разрешая вопрос о наличии в деянии состава хищения, с учетом обстоятельств дела, подтверждающие выполнение последним обязательств в полном объеме, признак в инкриминируемой статье – хищение, отсутствует.

Действия подзащитного не причинили материального ущерба государству РФ, в связи с чем, иск заявлен незаконно.

Мошенничество, связанное с подделкой и использованием  подложных документов, следует отличать от случаев  устройства  на работу  на основании подложных документов и получения обоснованного соответствующего денежного довольствия  за выполнение обязанностей в соответствии с занимаемыми должностями.

В действиях подзащитного очевидно, что отсутствуют признаки преступления, предусмотренные ст. 159 УК РФ, так как конечная цель при предъявлении подзащитным диплома, являлось трудоустройство, а при трудоустройстве подзащитный выполнял все возложенные на него обязанности. В данном случае денежное довольствие  добровольно перечислялось за выполнение общих и специальных обязательств, а также в полном объеме подзащитный исполнял все данные приказы и распоряжения руководящего состава.

Следователем было принято решение об отказе в удовлетворении указанного ходатайства, однако на первом судебном заседании государственным обвинителем было заявлено ходатайство о переквалификации деяния в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающие более мягкое наказание, действия подзащитного были переквалифицированы на ч.3 ст. 327 УК РФ, производство по исковому заявлению прекращено в связи с отказом от исковых требований и после  судебного процесса в отношении подзащитного был назначен  штраф.

Государственный обвинитель сообщил мне, что  прислушался к моему мнению, которое я выражала на следствии, заявляя вышеназванное ходатайство. Спасибо ему за объективность.