Итак, уважаемые коллеги, история, начавшаяся (Здесь) завершилась в суде первой инстанции. Слава Богу, никого реально не осудили, приговор вступил в законную силу без обжалования. Была робкая попытка прокурора района принести апелляционную жалобу, но она была подана с какими-то процессуальными нарушениями, оставлена без движения с предоставлением срока на устранение недостатков. Срок истек, на этом все и закончилось. Так что я даже текста этой апелляционной жалобы не видел!
Квалификация устояла для всех троих подсудимых, директору МУП назначили наказание с применением положений ст. 73 УК РФ в связи с наличием на иждивении троих несовершеннолетних детей. Мой подзащитный и риэлтор сохранили статус пособников, соответственно так же остались на свободе. Со всех троих солидарно взыскали стоимость земельного участка, поскольку он не был возвращен в муниципальную казну от добросовестного приобретателя.
Лично мне такой подход при разрешении гражданского иска не совсем по душе, учитывая номинальную роль моего подзащитного в отчуждении земельного участка, отсутствии корыстного мотива и получения какой-либо материальной выгоды. Но, как мы понимаем, не я принимаю в данном случае решения. Выдохнув после оглашения приговора, Дмитрий пожелал оставить все как есть. Да будет так, вопрос не критичный, тем более что есть иные способы снижения финансовых рисков для него в сложившейся ситуации.
Сам процесс в целом прошел гладко, практически в ранее спрогнозированном нами сценарии. Попытки государственного обвинителя «догрузить» Дмитрия с помощью скорректированных заранее показаний подельников и продолжительного допроса в качестве свидетеля реального покупателя земельного участка, если честно, выглядели беспомощно.
В условиях, когда было очевидно, что состав преступления в действиях Дмитрия отсутствует от слова «совсем», а это вытекало, собственно, из сформулированного ему обвинения, такие происки со стороны прокурора мы предполагали и были к ним готовы.
Напомню, что это преступление на начальном этапе следствия фактически раскрыто было нами исходя из версии Дмитрия. Все, к чему мы пришли, полностью нашло свое подтверждение и не было опровергнуто обвинением.
Поэтому, когда подельники, с подачи прокурора, стали корректировать свои показания, указывая в судебном заседании на то, что Дмитрий, якобы, самостоятельно проводил финальную сделку, получил деньги от покупателя и т.д., то есть пытались привести суд к убеждению, что Дмитрий был осведомлен о противоправном характере приобретенного права на земельный участок и действовал согласованно с остальными участниками, мы воспользовались заготовками, связанными с тем, что в позициях самих подельников Дмитрия имелись существенные разногласия.
Подготовившись основательно к допросу, Дмитрием эти разногласия были четко, однозначно и согласованно с другими доказательствами по делу, уже исследованными в судебном заседании, устранены. Озвученная им итоговая позиция по делу вынудила подельников, что называется, прикусить языки.
Ну а попытки прокурора дополнительными вопросами развести конечного покупателя на то, чтобы он изменил показания, данные на следствии и сообщил суду, что передал деньги от сделки Дмитрию, а не риелтору, вообще ни к чему не привели. Свидетель, пожилой чеченец, за полчаса прокурорских «танцев с бубнами» так и не понял его «тонкой игры».
Это, что касается самого процесса. Но к текущему повествованию меня побудило другое.
Реально в судебном заседании было доказано, что:
- Дмитрий не был осведомлен о противоправном характере действий, связанных с приобретением права собственности на земельный участок;
- он не имел корыстного мотива по отношению к преступному результату;
- он не получил после реализации земельного участка не только доли от достигнутого преступного результата, но и вообще никакого вознаграждения. Более того, оно ему вообще не было обещано.
Очевидно, что при таком раскладе состав преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, в его действиях отсутствует и он должен был быть судом оправдан.
Однако, обратимся к реалиям. Напомню, уголовное дело изначально было возбуждено в отношении Дмитрия. Его задерживали в порядке ст. 91 УПК РФ и заключали под стражу на основании постановления суда, которое затем было отменено апелляционной инстанцией.
Чтобы с такими исходными данными рассчитывать на оправдательный приговор в существующей судебной системе, нужно просто быть блаженным идиотом. Лично я не понимаю, как объяснить подзащитному, что по закону суду его следует оправдать, но суд его не оправдает потому, что… Потому что, ЧТО?
Но при отсутствии ответа на этот вопрос, я, как защитник, все равно буду суд об этом просить. Следующий вопрос, ЗАЧЕМ?
Поэтому я, с согласия своего подзащитного, решился в этом деле на эксперимент. Я предложил ему в прениях подвести итог таким образом, чтобы не изменять отношения к обвинению (а мы признали вину в предъявленной квалификации) и просить суд вынести оправдательный приговор, а предложить суду компромиссный вариант осуждения.
Озвученные мною прения, в некотором смысле, «взорвали» мозг не только председательствующему, но и коллегам – защитникам других подсудимых. Однако, к прискорбию моему, я не имею возможности объективно оценить их профессиональный потенциал, поскольку ранее никогда с этими коллегами не пересекался.
Не стану детализировать суть предложенного мною варианта осуждения, поскольку предлагаю коллегам ознакомиться с полной версией прений по этому делу и при желании высказать свое объективное мнение, за которое я буду каждому безгранично признателен.
Скажу лишь, забегая вперед, суд не оценил (или не понял) моих стараний.
Рейтинг публикации:
«
Уважаемый Владимир Борисович, Ваше выступление в прениях безусловно интересно, но хотелось бы посмотреть и текст приговора, чтобы сравнить как ваши доводы были оценены судом ;)