Практика защиты по ч.4 ст. 159 УК РФ

Этой статьей начинаю цикл, посвященный успешной защите доверителя, в отношении которого было возбуждено уголовное дело по двум эпизодам ч.4 ст. 159 УК РФ. Этот цикл статей был анонсирован ранее.

Задержание.

Звонок по телефону в начале рабочего дня от коллег, осуществляющих деятельность исключительно в области цивилистики. Нашего клиента забрали, сейчас он находится в СЧ ГСУ регионального главка. Все как всегда – с собой бланк соглашения, ордер.

Пациент стоит с телефоном на лестничной клетке в ожидании следователя. Познакомились, пообщались. Ждать пришлось долго, так что времени для общения было достаточно. Оказалось, что его доставили приводом, а не задерживали. В следствии уже около полутора лет находился материал проверки по заявлению якобы обманутых дольщиков. Обстоятельства были следующие – клиент застройщик многоквартирных домов, на рынке уже много лет, построил больше десятка больших домов, в т.ч. один очень большой жилищный комплекс на несколько тысяч квартир. Осуществлял строительство очередного мкд. На определенном этапе у финансирующего банка была отозвана лицензия, правопреемник отказался от обязательств по договору кредитной линии. Проект дома предусматривал несколько сотен квартир и нежилые коммерческие помещения. Всего было привлечено несколько дольщиков – физических лиц, общая сумма полученных от них средств составила чуть более 30 миллионов рублей. Схема взаимоотношений была выстроена через заключение предварительного договора, а затем должен быть заключен основной договор долевого участия с регистрацией в реестре. Однако по 4-м квартирам, оформленным на 3-х физических лиц, граждане не явились для заключения договора. В отношении остальных, осмотрительных и разумных – договоры были внесены в реестр, в дальнейшем права были внесены в реестр кредиторов, имеющих право на получении квартир. Впоследствии предприятие – застройщик было признано банкротом, дольщикам отказали во внесении в реестр кредиторов, имеющих право получить квартиру. Денежные средства от дольщиков зачислялись на р/с и все пошли на выплату процентов банку. Банк осуществлял финансирование по факту выполненных СМР. Такое положение событий вселило в меня оптимизм.

Но!, — одно дело анализ с точки зрения права, а другое правоприменение современным следствием.

Наконец его капитанское высочество соизволило позвать нас. Заходим. И сразу при входе получаем атаку в лоб: «Дело возбуждено по требованию генпрокуратуры, оно у них на контроле. Так что сейчас задерживаем по ст. 91 УПК РФ, послезавтра выйдем на меру. У вас есть 2 – 3 часа чтобы произвести выплаты дольщикам, всего сумма требований около 4 миллионов. Иначе СИЗО, следствие, сумма долга по всем дольщикам, неизвестно что с кредитом, ну и вообще ожидает долгий срок».

На мой вопрос об основаниях задерживать получаю очень весомый ответ: «Да вы что смеетесь?».

В протоколе задержания пишу все с чем не согласен, в т.ч. и с тем, что в повестке по которой не явился для допроса, указан неверный адрес проживания, соответственно доверитель не мог ее получить.

Переходим к допросу. Прошу следователя разъяснить в чем именно подозревается мой подзащитный. Разъяснить механизм совершения преступления. А вам зачем? Да чтобы защищаться! На это гражданин имеет право? Ну он, это…, своровал короче. А как, у кого? Вы это потом узнаете. Все написано в постановлении. Занавес.

Доверитель, по моему совету, начинает подробно излагать все обстоятельства, начиная с выкупа земли под застройку, особенностей договора генподряда, финансирования. Задаю ему вопросы по генподряду, физических объемов выполненного строительства, финансирования, предпринятых мерах по поиску финансирования после отказа банка, направлении денег, полученных от дольщиков.

Меня прерывает следователь. Не надо задавать эти вопросы. И вообще мы сегодня кратко допросимся.

Недоумение. Ответ еще более обескуражил. «Я не понимаю в области строительства, поэтому не могу контролировать ваши вопросы. Я больше в компьютерах специалист.»

Разговор слепого с немым о достоинствах изобразительного искусства эпохи ренессанса продлился несколько часов. Но главное, удалось в протоколе допроса зафиксировать нужные обстоятельства, в т.ч. что не проживает по адресу, указанному в повестке.

Избрание меры пресечения.

Знакомлюсь с материалом. Стандартное может, имеет возможность, в тюрьму его. И ни одного доказательства. Но было еще одно – повестка по которой не явился с указанием адреса по которому никогда не жил. А также самое интересное. Допрос генподрядчика. Именно на нем следствие решило строить доказательства наличия хищения. Иначе как опусом неумного и не соображающего в строительстве следователя такое не назовешь. Согласно этой версии – строить никто и ничего не собирался. Деньги должны были быть обналичены. Так, якобы договорились мой подзащитный и руководитель генподрядчика, который к тому моменту был под прессом по обвинению в хищениях при строительстве за счет бюджета. Блин!, а откуда же появились 5 этажей и выполнение на 70 миллионов именно этим генподрядчиком? Если в этом русле будет следствие – все шансы на успех.

На судебном заседании приобщаю свидетельства о рождении детей, находящихся на иждивении, паспорта родителей, находящихся на иждивении и задаю 2 вопроса следователю. По какому адресу вызывали? Какие доказательства или материалы, предусмотренные ч.3 ст. 108 УПК РФ, есть, т.к. в имеющемся материале таковых не имеется.

Получаю ответ от которого судья (надо сказать очень жесткая и требовательная) чуть не упала со стула. Адрес потому что он строил дом и покупал эту квартиру на отца, а из доказательств достаточно тяжести.

Надо сказать, что следователю в тот день не фартило. Он вышел в суд с 2 – мя ходатайствами и по обоим получил полный отлуп.

Освобождение в зале суда.

Через 3 дня после неудачного для следователя с\з явились для проведения следственных действий. Но как то все не заладилось, наше желание дать подробные показания с цифрами и после этого перейти к вопросам экспертизы не встретило со стороны следователя здорового оптимизма по причине отсутствия у него времени. Ограничились возвратом паспорта. Через неделю следователь потерялся, на звонки не отвечал.

Наступил 4-х месячный перерыв. Так как меры пресечения избрано не было, моего доверителя это не напрягало.

Продолжение следует.