Признание коммерческих подкупов недействительными сделками и взыскание суммы по ним в доход Российской Федерации. Иск прокурора после приговора по уголовному делу

Коллеги, хотелось бы поделиться с вами интересной судебной практикой, которая все чаще применяется прокуратурами различных уровней после приговоров по  «коррупционным» уголовным делам. В данном конкретном случае практика скорее негативная — иск прокуратуры удовлетворен, но это только по итогам  первой инстанции. Посмотрим что будет в итоге...

Суть вкратце: в производстве суда находилось дело по иску первого заместителя прокурора Самарской области в интересах Российской Федерации о признании недействительными сделок по получению ****** коммерческих подкупов от представителей 11 строительных организаций в период с февраля 2016 года по 31.07.2018 в общей сумме 36 900 380 рублей, которыми он распорядился по собственному усмотрению.

В качестве обоснования своих доводов истец указал на обстоятельства, установленные приговором Ленинского районного суда г. Самары. В числе иных доводов истец указывал, что согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.  В соответствии со ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные ст. 167 ГК РФ.

Истец ссылался в том числе и на определение Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2004 № 226-О, в котором отмечено, что ст. 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является её цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит — заведомо и очевидно для участников гражданского оборота — основам правопорядка и нравственности.

Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 20.12.2018 № 3301-О, сохранение в пользовании виновного лица денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения им преступления, потенциально способствовало бы такому общественно опасному и противоправному поведению, а потому противоречило бы достижению задач Уголовного кодекса Российской Федерации.

Особенность признания коммерческого подкупа как недействительной сделки заключается в том, что факт совершения такой сделки должен быть подтвержден только вступившим в законную силу приговором суда. Из приговора Ленинского районного суда г. Самары Самарской области  следует, что ****** совершил противоправные сделки.

По условиям указанных сделок ответчик незаконно получил денежные средства в качестве коммерческого подкупа от руководителей 11 коммерческих организаций. Каждая из сторон сделки знала о противоправности ее характера. Таким образом, незаконно полученные ******* денежные средства в общей сумме 36 900 380 рублей на основании ст. 169 ГК РФ по мнению истца подлежат взысканию в доход Российской Федерации.

В силу ч.4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Размер полученного коммерческого подкупа не подлежит доказыванию при рассмотрении дела о гражданско-правовых последствиях действий ******

При этом при рассмотрении уголовного дела судом не применялись положения ст. 104.1 УК РФ о конфискации имущества, т.е. о принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства на основании обвинительного приговора денежных средств, полученных в результате совершения преступления.  Гражданский иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки в соответствии со ст. 169 ГК РФ не заявлялся.

Согласно п. «а» ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее — Закон № 273-ФЗ) под коррупцией понимается: злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами.

Из положений ст. 3 Закона № 273-ФЗ следует, что противодействие коррупции в Российской Федерации основывается на следующих основных принципах: признание, обеспечение и защита основных прав и свобод человека и гражданина; законность и неотвратимость ответственности за совершение коррупционных правонарушений.

В силу ч. 1 ст. 13 Закона № 273-ФЗ граждане Российской Федерации за совершение коррупционных правонарушений несут уголовную, административную, гражданско-правовую и дисциплинарную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. В соответствии с ч.3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Положения ст. 169 ГК РФ особо выделяют опасную для общества группу недействительных (антисоциальных) сделок, противоречащих основам правопорядка и нравственности, признают такие сделки ничтожными, определяют последствия их недействительности, как безвозмездное изъятие и обращение в доход Российской Федерации всего полученного по сделке, в данном случае — в результате получения коммерческого подкупа, то есть преступления коррупционной направленности.

В соответствии с п. 1 Национальной стратегии противодействия коррупции, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 13.04.2010 № 460, коррупция рассматривается как одна из системных угроз безопасности Российской Федерации. Несоблюдение требований законодательства о противодействии коррупции со стороны ***** напрямую нарушает интересы Российской Федерации, неопределенного круга лиц.

ст. 45 ГПК РФ предусмотрено, что прокурор вправе обратиться в суд в интересах Российской Федерации.

 В итоге прокуратура просила суд:

• 1)  признать сделки по получению денежных средств в качестве коммерческого подкупа в общей сумме 36 900 380 рублей,  недействительными в силу ничтожности;
• 2) Применить последствия недействительности сделок, взыскать с ********** в пользу Российской Федерации денежные средства в сумме 36 900 380 рублей, полученные им в качестве коммерческого подкупа.

Данный подход безусловно вызвал у нас недоумение. Мы полагали, что заявленный заместителем прокурора Самарской области иск не подлежит удовлетворении в полном объеме по нижеизложенным основаниям.

1. Действия (преступления) нельзя отнести к действиям, направленным на заключение сделки. Коммерческие подкупы сделками не являются.
2. Заявителем не доказано, что действия***** являются антисоциальными, заведомо противоречащими основам правопорядка или нравственности.
3. Срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительной ничтожной сделки истек.
4. Отсутствуют основания для взыскания денежных средств.
5. Ссылка истца на ничтожность сделки в порядке ст. 169 ГК РФ, является несостоятельной по следующим основаниям.
6. Помимо прочего, даже сумма денежных средств, по мнению прокуратуры подлежащая взысканию с ****** в размере 36 900 380 рублей, которыми он якобы распорядился по собственному усмотрению,рассчитана неверно.
7. Нарушение принципа non bis in idem.

К сожалению суд наших доводы не услышал и удовлетворил иск в полном объеме. Подробную позицию по делу, уточненный иск и решение прикладываю к публикации. Доверитель  безусловно имеет намерение обжаловать незаконное решение до последней инстанции, в чем мы его поддерживаем.

Мы считаем абсурдным, что одно и то же действие прокуратура считает и преступлением, и гражданско-правовой сделкой.

Что само по себе противоречит как гражданско-правовой доктрине, там и здравому смыслу,  принципам законности и справедливости. Или может быть кто-то из коллег разделяет позицию прокуратуры?