Переход в суде с обвинения по ч. 1 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжких телесных повреждений) на ч. 1 ст. 114 УК РФ (превышение пределов необходимой обороны) с прекращением дела за примирением

Вступление

Ко мне за адвокатской помощью обратился мой старый знакомый А., описав довольно сложную ситуацию, в которой он оказался. А. объяснил, что на днях в результате конфликта, он «порезал» ножом человека (проникающее ранение). Сейчас этот человек находится в больнице в тяжелом состоянии, а сам А. объявлен в розыск.

Рассказ А. был сбивчив и сумбурен, но все сводилось к тому, что он не знает, что ему делать в этом положении. Я заметил А., что в любом случае  уже хорошо, что он  не пустил дело на самотек, а обратился к адвокату. Первым делом нужно было выяснить все подробности происшедшего касаемо мельчайших деталей, отбросить все эмоции и заняться холодным анализом.

Рассказ А.

За пару дней до обращения ко мне, А. днем решил сходить в магазин за хлебом. Он вышел из дома и шел по своему двору. Возле одного из подъездов тусовалась подвыпившая компания, там были мужчины и женщины. А. увидел, что посреди этой компании на корточках сидит его знакомый М., уже пожилой человек, а двое мужчин бьют его ладонями по голове и ругают. А. просто не мог пройти мимо, ведь он с детства знает М. как друга еще своего деда.

А. сделал мужчинам замечание, заступившись за М. Тем это совсем не понравилось. Несколько человек двинулись в его сторону. Один из тех, которые били М., подошел к А., предложил ему идти «своей дорогой» и толкнул. Видя, что А. не уходит, схватил его за шею. А. оттолкнул мужчину и автоматически достал из штанов перочинный нож. Нападающий — З. снова пошел в атаку и, видимо, в этот момент получил удар ножом в живот. Но вышло так, что удара З. сразу не почувствовал. Ситуация как-то сама собой разрядилась, все успокоились, и лишь потом обратили внимание на кровь, сочившуюся из-под футболки.

А. сбегал в аптеку, купил бинтов, обрабатывающего материала и принял активное участие в оказании помощи З. Потом последнему стало хуже и его на автомашине увезли в больницу. Собутыльник потерпевшего — К.(добрый человек), решив добавить масла в огонь, доверительно сообщил А., что З. умер по дороге в больницу, об это ему, якобы, сообщили по сотовому телефону. А. сильно испугался и подался «в бега». Сам А. был в курсе, что позже приезжала полиция, которая его искала.

Анализ ситуации

Из рассказа получалось, что ударять ножом З. особой нужды, вроде бы, и не было. Но, опять таки, кто знал как станет развиваться этот конфликт дальше? А. говорил, что нож, скорей всего, никто не видел, все произошло очень быстро, и, может быть, не стоит признаваться в нанесении удара. Но мое мнение: «Раз тебя ищут, значит имеют основания считать, что ударил ты». Отрицая удар ножом, мы можем сильно усугубить свое положение (поймают на вранье хотя бы раз и веры нам больше ни в чем не будет), поэтому лучше говорить правду и обратить внимание на субъективную сторону восприятия А. этого столкновения.

Мое мнение было такое, что свести ситуацию к чистой необходимой обороне (ст. 37 УК РФ) здесь не удастся, но есть хорошая перспектива, при грамотном подходе, доказать превышение пределов необходимой обороны ( ч. 1 ст. 114 УК РФ). Большим плюсом в этом деле, конечно же, было то, что А. после случившегося встретился изначально не с сотрудниками полиции (уж они бы допросили его в аккурат на ст. 111 УК РФ), а с адвокатом, которому доверял и к мнению которого прислушивался.

Следствие

Мы договорились, что я узнаю у кого в производстве находится это уголовное дело. Подготовлю, так сказать, почву, и мы пойдем «сдаваться» (всю жизнь не пробегаешь). Опера искали А., несколько раз приезжали к нему домой, оставили свой телефон его родным, чтобы А. всегда мог к ним обратиться и рассчитывать на теплый прием. Но я здраво рассудил, что «посредники» в этом деле нам, совсем, не нужны.

Я нашел начальника подразделения СО, у которой было это дело, объяснил ситуацию с нашей точки зрения. Сказал, что хотим «сдаться» и хотелось бы остаться «под подпиской». А. был не судим, работал, имел двоих малолетних детей. Главный вопрос следователя был: Вы признаете факт нанесения ножевого удараДа, признаем.Ну раз это признаете, тогда под стражу брать не будем.И вот уже с адвокатом А. дает последовательные показания, хорошо нами проработанные, на основании которых я смог бы строить защиту по уходу со ст. 111 УК РФ. Но это была только одна сторона медали. Вторая сторона нас, совсем, не впечатлила…

Главные свидетели — члены пьяной компании и сам потерпевший, во-первых, не горели большим желанием рассказывать все подробности ситуации, а во-вторых, следствие то ведь нам не друг, поэтому все они оказались допрошены таким образом, что выходило будто А., практически без причин, ударил ножом З. А показания М., которого А. защищал в этом конфликте, были о том, что он был пьян и ничего не помнит. Просматривались в их показаниях кое-какие зацепки, но чтобы их развить, этих ребят должен был допросить не следователь, а адвокат...

Мы, конечно, компенсировали потерпевшему причиненный вред (это нужно было сделать в любом случае). Своих же позиций мы придерживались твердо и готовились главный бой дать в суде… По обвинению А. в преступлении, предусмотренном ст. 111 ч. 1 УК РФ, дело было отправлено в суд.

Суд

… провели уже два заседания, а потерпевший и свидетели из его компании на суд и носа не показывали. Мы же категорически отказывались оглашать их показания. Пришлось оформлять на всех приводы. Полиция рано поутру перед судебным заседанием отлавливала всю эту публику...

И вот в суде картина происшедшего начинала складываться уже ближе к реальности. Все члены компании, во главе с потерпевшим, «поддавали» чуть ли не каждый день, следовательно, какие показания ими давались на следствии, их чугунные головы помнили смутно, а поэтому на живом допросе в судебном заседании им гораздо проще было рассказывать ситуацию, как они ее видели реально, чем мучить себя воспоминаниями о том, как их слова фиксировались следователем.

Изменения в их показаниях были незначительные, как дуновение легкого ветерка, но для квалификации вины это было очень серьезно. Потерпевший и его товарищ согласились, что они, действительно, легонько ладонями били М. по голове, перед тем как А. сделал им замечание. Сам М. «вспомнил» это и подтвердил их слова. Потерпевший согласился, что во время конфликта он хватал А. за шею, и, что следы агрессии проскальзывали в его поведении. А нам большего было и не надо…

Предварительное следствие как-то мягко обошло эти моменты и постаралось внимания на них не заострять. Ну а мы, наоборот, уделили в суде наибольшее внимание именно этим обстоятельствам.

Показания потерпевшего и свидетелей, данные ими в судебном заседании, полностью согласуются с показаниями А. А вот показания данных фигурантов на предварительном следствии не отражают ряда серьезных для нас нюансов. Но очных ставок следствием не проводилось, противоречия не устранялись… Весь вопрос был в том, как это оценит суд?

На наше предложение о примирении в случае переквалификации действий А. на ст. 114 ч. 1 УК РФ, потерпевший не возражал. Обвинение с накатанных рельсов сходить не собиралось и требовало признать А. виновным по ст. 111 ч. 1 УК РФ (и никакой необходимой обороны).

Ст. 37 ч. 2 УК РФ указывает, что Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.
В нашем случае мы, по-моему, смогли доказать наличие в действиях потерпевшего посягательства на А. Причем, на момент ответных действий А. (удара ножом) данное посягательство прекращено не было. Опасности для жизни А., либо непосредственной угрозы в этом, действия потерпевшего, скорей всего, не несли. То есть на момент конфликта А. находился в состоянии необходимой обороны и имел право на защиту, но защиту, разумеется, соразмерную нападению.

Судом  была «услышана» позиция защиты о наличии в данном деле признаков института необходимой обороны. Было вынесено красивое, грамотно аргументированное постановление о квалификации действий подсудимого по ст. 114 ч. 1 УК РФ и прекращении уголовного дела за примирением, несмотря на возражения стороны обвинения. Данное постановление не обжаловалось и вступило в законную силу.

P.S. Результат этого дела, по-моему, наглядно подтверждает факт того, как важно вовремя обратиться к адвокату со своей проблемой.