«ЧЕРНЫЙ ОБРЯД» Приговор по ч.2 ст.228 УК РФ с применением ст.73 УК РФ вместо оправдательного приговора. Исключение судом фальсифицированных доказательств, но не производных от него!

С недавних времен считается, что практически любое утвержденное прокурором обвинительное заключение может стать порталом в мир осужденных. Одним из «мистических ритуалов» с уголовным делом, является обряд «правосудие».

Одна из трёх следователей, расследовавших данное дело, почувствовала себя богом – творцом доказательной базы, и умышлено вложила в дело сфальсифицированное доказательство!

Итак, шли трое молодых людей на автобусную остановку, напротив которой, через дорогу, располагался стационарный пост полиции (СПП). Навстречу им шел пеший патруль из трёх бойцов внутренней службы МВД, которые захотели проверить документы у молодых людей, по причине, якобы подозрительного поведения. Зашли все в СПП, досмотрели, ничего не обнаружили!

Сотрудник отвернулся, и тут сотрудник услышал «шлепок», повернулся, посмотрел на пол и увидел там пакетик с веществом, поднял пакетик с пола и положил на стол. Двоих отпустил, третьего задержал до приезда СОГ, т.к. по мнению сотрудника, пакетик принадлежал задержанному по причине нахождения пакетика ближе всех к нему. А то, что рядом стояли еще двое, не важно. Даже их данных не записал.

Приехал следователь, составил ОМП, изъял со стола пакетик с веществом. В протоколе ОМП задержанный указал, что изъятый пакетик ему не принадлежит.

Далее история стремительно развивалась по отлаженному сценарию «куй железо пока горячо»! Задержанный подписал признательные показания, в обмен на подписку о не выезде, которые полностью были составлены следователем в отсутствии адвоката по назначению. Дежурный адвокат приехал и подписал протокол после допроса.

С этого момента я вступил в дело, ознакомился с материалами. Почти все следственные действия были проведены. Через несколько недель предъявили окончательное обвинение. От дачи показаний отказались, в том числе и по факту признания либо не признания вины.

В ходе ознакомления с материалами дела (ст. 217 УПК РФ) нами было обнаружена подмена Постановления о ВУД; Постановления о производстве обыска; Постановление об избрании меры пресечения (во всех постановлениях изменены фабулы и подогнаны под «привлеченку»). Было обнаружено много и других процессуальных нарушений, которые впоследствии суд посчитал не существенными.

Но это еще цветочки, а вот и ягодки!

«Проанализировав материалы дела, я пришел к выводу, что Протокол осмотра предметов (документов), которым был осмотрен изъятый при ОМП наркотик и Постановление о приобщении наркотика в качестве вещественного доказательства к делу являются сфальсифицированными.

Стороной защиты в соответствии с п.п.2 п.3 ст.6 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п.2 ч.3 ст. 86 УПК РФ было принято решение о проведении опроса понятых Егоровой Н.Е. и Мухаметшина И.Р. по адресам, указанных в протоколе осмотра предметов (документов), на предмет участия их в осмотре наркотического средства и трубки из металла серебристого цвета.

Стороной защиты установлено, что по указанным в протоколе адресам, указанные понятые не проживают. Лица, зарегистрированные по указанным в протоколе адресам, дали свое согласие на их опрос и пояснили, что по данным адресам проживают длительное время и граждан Егорову Н.Е. и Мухаметшина И.Р. не знают. Таких, знакомых и родственников у них нет, и в следственных действиях они не участвовали. (Протоколы опросов с фотокопиями паспортов прилагались к ходатайству)

Таким образом, стал очевидным факт формального составления протокола осмотра предметов (документов) с признаками фальсификации доказательства по уголовному делу, т.к. указанные в нем понятые вымышленные и фактического участия в осмотре не принимали. Протокол составлен с нарушением требований ч.5 ст.164, статей 166, 170, 176 УПК РФ».

Просили исключить данное доказательство как незаконное, признать незаконным постановление о приобщении наркотика в качестве вещественного доказательства, как производное действие после фальсифицированного протокола осмотра, т.к. наркотическое средство не приобщено в качестве вещественного доказательства к материалам уголовного дела в установленном законом порядке.

Суд на месте постановил, рассмотреть данное ходатайство при вынесении приговора. Гособвинитель попросила перерыв, и суд объявил перерыв на неделю! Ну, тут понятно для чего, думаю, все прекрасно понимают.

Через неделю в суде был осмотрен конверт, в который был упакован наркотик. Все участники процесса убедились, что после проведения химической экспертизы конверт не вскрывался, соответственно никем не осматривался (экспертиза была проведена до составления протокола осмотра).

По ходатайству гособвинителя был допрошен эксперт, проводивший химическую экспертизу, с участием которого прокурор в судебном заседании вскрыл конверт и осмотрел его содержимое – наркотик и трубку.

Далее допрос, непризнание вины, прения и последнее слово.

Вынести оправдательный приговор – смерти подобно. Поэтому суд стоит насмерть и вот что делает суд для спасения сложившейся ситуации!

Оглашая приговор, суд исключил протокол осмотра предметов (документов) из числа доказательств, как недопустимое, но вместе с тем не исключил постановление о приобщении наркотического средства в качестве вещественных доказательств, указав на то, что наркотическое средство следователем уже приобщено, а в судебном заседании оно осмотрено с участием эксперта. Таким образом, пробелы следствия восполнены судом!

Вместе с тем, порядок осмотра и приобщения предмета в качестве вещественного доказательства указанный в УПК РФ является императивным, т.е. сначала осмотр, а потом приобщение. Мы же все прекрасно понимаем, что невозможно, например, сначала предъявить обвинение, а потом возбудить уголовное дело или сначала допросить в качестве обвиняемого, а потом предъявить обвинение. Следуя логике суда, видимо можно.

Скажу более, суд своим решением разрешил следователям вообще не осматривать предметы, а просто приобщать их в качестве вещественных доказательств, т.к. суд и сам их может осмотреть в ходе судебного следствия!

Сторона защиты просила суд вынести оправдательный приговор.

Суд приговорил к трем годам лишения свободы с испытательным сроком четыре года.

С таким приговором мы согласиться не могли и подали апелляционную жалобу, по результатам рассмотрения которой, суд, бурно и громко посовещавшись, минут 30-40, оставил приговор без изменения, жалобу без удовлетворения.

Не дождавшись адекватной законной реакции от суда апелляционной инстанции, доверителем было подано заявление в следственный комитет о привлечении следователя к уголовной ответственности по ч.3 ст. 303 УК РФ. На следующий день после подачи заявления, представитель гособвинения также обратилась в СК.

В ходе проверки по заявлению выяснилось, что ни один из трех следователей расследовавших данной дело не составлял исключенный из числа доказательств, сфальсифицированный протокол осмотра предметов (документов).

Более того, в ходе проверки выяснилось, что постановление о приобщении наркотика в качестве вещественного доказательства, было подписано следователем от имени которой оно и было составлено, но само постановление она не составляла, а кто-то из следователей ей принес данное постановление на подпись, а кто именно, она не помнит. И вот тут возникает масса вопросов, которые СК следователю не задал!

Следственным комитетом была назначена почерковедческая экспертиза. Не дождавшись заключения эксперта, в возбуждении уголовного дела было отказано (сроки проверки вышли).

Через некоторое время было получено заключение эксперта. Выводы эксперта: установить, кем их трех следователей выполнена подпись от имени (фио) не представляется возможным в виду ее краткости...

Надеюсь, что по этому делу судом вышестоящей инстанции всё-таки будет проведен «БЕЛЫЙ ОБРЯД».