Диффамация в отношении защитника в деле по иску клиента о взыскании гонорара

Покушение на честь и достоинство, деловую репутацию участников уголовного судопроизводства, к сожалению, весьма распространенное явление в отечественной правовой практике. Как ни парадоксально к числу наиболее уязвимых групп лиц,  из числа вовлеченных в производство по уголовным делам, следует отнести защитников, которыми на профессиональной основе являются члены российского адвокатского корпуса.


В этой связи применительно к нам рассматриваемое негативное явление  достаточно многогранно, поскольку каждый адвокат подвергается риску стать мишенью диффамационных нападок не только со стороны лиц, так или иначе противостоящих ему в уголовном процессе, но и со стороны собственного подзащитного.

В настоящее время все большее число случаев распространения сведений, затрагивающих честь и достоинство, деловую репутацию защитников, со стороны клиентов связано с исками о ненадлежащем оказании юридических услуг (правовой помощи) по уголовным делам и взыскании сумм выплаченных гонораров, а равно иных убытков.

Более того, как показывает практика, основаниями подобных исков как раз и являются утверждения подзащитных о нарушении адвокатами требований Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики адвоката, существенно затрагивающие честь и достоинство, а равно деловую репутацию коллег.


Например, О. обратился в Центральный районный суд г. Хабаровска с иском к коллегии адвокатов «Л» и адвокату Ц. о возмещении вреда, причиненного вследствие недостатков услуги, возмещении убытков, понесенных  в связи с устранением недостатков услуги третьими лицами, компенсации морального вреда, возмещении расходов на оплату услуг представителя, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, ссылаясь на то, что 5 августа 2003 г. между ним и членом коллегии адвокатов «Л» адвокатом Ц. было заключено соглашение, согласно которому адвокат Ц. должен был представлять его интересы на предварительном следствии по уголовному делу, возбужденному по п. «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ. О. была произведена предоплата в размере 60 000 рублей.

Однако, адвокат Ц. в нарушение ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», в соответствии с которой адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами, к своим обязанностям не приступил, неоднократно отказывался от присутствия на следственных действиях, его участие в деле свелось к предъявлению ордера работникам следственных органов.

В этой связи О. пришлось заключить соглашение с членом коллегии адвокатов «Ф» адвокатом Т., который представлял его интересы в данном деле, и которому было выплачено 15 000 рублей. В результате действий адвоката Т. уголовное дело было прекращено.

В другом случае Ю. обратился к мировому судье судебного участка № 24 Центрального района г. Хабаровска с иском к коллегии адвокатов «М» и адвокату Т. о взыскании выплаченной денежной суммы, возмещении убытков, компенсации морального вреда, указав в обоснование заявленных требований, что он обратился к члену к коллегии адвокатов «М» адвокату Т. с просьбой об осуществлении его защиты по уголовному делу по ч. 3 ст. 160 УК РФ. 29 октября 2005 г. в качестве предоплаты за юридические услуги им было внесено 30 000 рублей. В нарушение ряда положений Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», Кодекса профессиональной этики адвоката при оказании услуг Т. действовал вопреки интересам Ю., давал ему обещания и вызывал необоснованные надежды на благоприятный исход дела. Кроме того, адвокат Т. в течение четырех месяцев бездействовал, от встреч со следователем уклонялся, его участие в производстве по уголовному делу свелось к передаче 31 октября 2005 г. ордера следователю. В результате 31 января 2006 г. Ю. был вынужден отказаться от услуг адвоката Т. и пригласить нового защитника. 

В этой связи важно учитывать, что в соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 24 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» в случае, когда сведения, по поводу которых возник спор, сообщены в ходе рассмотрения другого дела участвовавшими в нем лицами, а также свидетелями в отношении участвовавших в деле лиц, являлись доказательствами по этому делу и были оценены судом при вынесении решения, они не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном ст. 152 ГК РФ, так как нормами ГПК РФ и УПК РФ установлен специальный порядок исследования и оценки данных доказательств.

Иными словами, защита чести и достоинства, деловой репутации адвоката в подобных случаях должна осуществляется, прежде всего, в рамках первоначального иска клиента, что предопределяет ее повышенную сложность. Если в соответствии с п. 1 ст. 152 ГК РФ обязанность доказать соответствие действительности оспариваемых сведений лежит на лице, их распространившем, то по анализируемой категории дел в силу общего правила о распределении обязанности по доказыванию, закрепленного в ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, уже адвокат обязан доказать, что он оказывал услуги надлежащим образом.

 В этой связи адвокатами в рассматриваемых делах в обоснование надлежащего оказания клиентам юридической помощи представлялись следующие доказательства:

— соглашения об оказании правовой помощи и документы об оплате по ним;

— материалы адвокатских производств (досье) на соответствующих клиентов, значение которых для целей доказывания трудно переоценить, и которые во избежание дополнительных обвинения в нарушении ст. 8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» приобщались к материалам дела с предварительного согласия клиента;

— рабочие планы адвокатов с графиками встреч с клиентами за спорный период;

— свидетельства очевидцев обращений заявителей к адвокатам и т.д.

Кроме того, правоприменители сочли необходимым изучить материалы уголовных дел, в рамках которых осуществлялась правовая помощь по спорным соглашениям.
В соответствии с решением районного суда от 25 января 2005 г. и решением мирового судьи от 13 сентября 2007 г. в удовлетворении обозначенных исков было отказано.

При этом суды, обосновано исходя из того, что адвокатские образования не являются надлежащими ответчиками, а  законодательство о защите прав потребителей и компенсации морального вреда на данную группу правоотношений не распространяется, в удовлетворении исков в отношении адвокатов отказали по следующим основаниям: фактически адвокатами оказывалась клиентам определенная юридическая помощь, в виде дачи консультаций подзащитным, изучения постановлений и протоколов следственных действий, иной документации… истцами вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не были представлены доказательства, подтверждающие, что предметами заключенных ими соглашений выступали конкретные услуги с определением стоимости каждой из них, а также размеры уплаченных частей гонораров, неотработанных адвокатами на момент отказа от их услуг.

Не смотря на то, что указанные решения были оставлены без изменения судами кассационной и апелляционной инстанции, соответственно, следует констатировать, что как возникновение подобных споров, так и сложности, связанные с доказыванием факта надлежащего оказания услуг и их объемов, вызваны не только недобросовестностью клиентов, но и небрежным поведением коллег.

Действительно, в случаях, когда адвокатом в строгом соответствии с требованиями федерального законодательства и рекомендациями Федеральной платы адвокатов заключается с клиентом письменное соглашение, содержащее все предусмотренные п. 4 ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» существенные условия, максимально подробно ведется адвокатское производство (досье) на клиента, сама возможность возникновения ситуации с заявлением подобного рода исков представляется более чем проблематичной.