Изменение меры пресечения с заключения под стражу на запрет определенных действий в отношении доверителя, обвиняемого по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ и ч. 1 ст. 228 УК РФ при полном непризнании вины в инкриминируемых преступлениях

Жесткость принимаемых в нашей стране уголовно-процессуальных законов в работе адвоката-защитника по уголовным делам, в настоящее время, полностью компенсируется катастрофическим и тотальным снижением уровня профессионализма и компетенции следственных подразделений, по крайней мере, в системе МВД РФ в Ростовской области.

Об этом бы хотелось поговорить в этой публикации.

Доверитель, обвиняемый по ч.1 ст. 228.1 УК РФ и ч.1 ст. 228 УК РФ, провел под стражей почти год. Кем только данное уголовное дело не возвращалось в орган предварительного следствия: и судом в порядке ст. 237 УПК РФ, и прокурором в порядке ст. 37 УПК РФ. Следственные органы даже продлили сроки предварительного расследования в Москве на срок свыше года и это по уголовному делу с одним фигурантом, обвиняемым в двух эпизодах преступной деятельности.

В ходе предварительного следствия по данному уголовному делу уже сменилось 8 следователей, двое из которых были со стажем следственной работы менее 3 месяцев, и это, чтобы вы понимали, городское следственное управление! Боюсь себе представить, что творится в низовых следственных подразделениях. 

Не буду говорить о многочисленных нарушениях норм материального и процессуального права по данному уголовному делу, которые впоследствии привели к освобождению доверителя из-под стражи… кому интересно могут посмотреть ходатайство защиты после очередного выполнения требований ст. 217 УПК РФ.

Хотелось бы остановиться на одном интересном уголовно-процессуальном моменте, который лично я своей работе немного упустил. Точнее об этих изменениях в УПК РФ я знал, но с тем как они используются следственными органами на практике столкнулся впервые.

Оказывается, еще в 2018 году законодатель ввел изменения в ст. 109 УПК РФ, фактически позволяющие следственным подразделениям спокойно продлевать сроки заключения под стражу, в том числе предельные, минуя при этом ведомственный контроль неограниченное число раз. Это пресловутый пункт 8.1 ст. 109 УПК РФ, согласно которому:По уголовному делу, направляемому прокурору с обвинительным заключением, обвинительным актом, обвинительным постановлением или постановлением о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, по ходатайству следователя или дознавателя, возбужденному в порядке, установленном частью третьей статьи 108 настоящего Кодекса и частью восьмой настоящей статьи, срок запрета определенных действий, срок домашнего ареста или срок содержания под стражей может быть продлен для обеспечения принятия прокурором, а также судом решений по поступившему уголовному делу на срок, продолжительность которого определяется с учетом сроков, предусмотренных частью первой статьи 221, либо частью первой статьи 226, либо частью первой статьи 226.8, а также частью третьей статьи 227 настоящего Кодекса.

Когда следователи сделали такой ход «лошадью» по данному уголовному делу в первый раз, я сначала не поверил в происходящее, после чего внимательно изучил данную нормативную базу и офигел от осознания того, что да, с точки зрения новой нормы права, все законно и обоснованно.

На самом деле и раньше было довольно тяжело вытаскивать людей на свободу. Но сейчас в связи с вышеуказанными изменениями освобождение доверителей из-под стражи в связи с наступлением предельного срока содержания — из области под названием «маловероятно» переместилось в область «совершенно невозможно». Все как говорится делается для людей.

При этом профессиональный уровень следствия, как я упоминал выше, мягко говоря, оставляет желать лучшего практически во всех звеньях ГСУ ГУ МВД по Ростовской области. То, что они пишут в ответ на законные и обоснованные ходатайства защиты иногда даже стыдно помещать в раздел юридический юмор. Честно признаюсь, что до сих пор не знаю, как реагировать на то, что следователь вместо предусмотренного уголовно-процессуальным законом ответа на заявленное мною ходатайство начинает искренне плакать, истерить и на полном серьезе говорить, что ему все надоело и он будет увольняться.

Все эти негативные обстоятельства, в конечном результате, зачастую, несмотря на жесткость принимаемых в нашем государстве уголовно-процессуальных законов, как например, введённый в 2018 г.  в ст. 109 УПК РФ пункт 8.1, все равно приводят следователей к печальным для них последствиям по находящимся в их производстве уголовным делам.

Это уголовное дело живой и яркий тому пример, и мне, честно говоря, как выходцу из системы следствия МВД РФ, которая по факту деградирует прямо на глазах, радоваться этому всему совсем не хочется…

P.S.: Есть русская народная пословица: «Рыба гниет с головы»… может действительно проблема в нынешнем руководителе ГСУ ГУ МВД РФ по РО, который, по словам его же подчиненных, больше озабочен не профессиональной подготовкой сотрудников и морально-психологическим климатом в следственных подразделениях ГСУ ГУ МВД РФ по РО, а знаниями своими подчиненными истории Донского казачества?