Выплата по ОСАГО без учёта износа при отказе в ремонте: ошибки страховщика, из-за которых он проиграл суд

Как возник спор

10 мая 2025 года около 19 часов 50 минут на улице Победы столкнулись мотоцикл Suzuki GSX-S1000F и автомобиль Hyundai Solaris. Мотоцикл получил механические повреждения. Виновником происшествия признали водителя автомобиля Д.Р.С., чья ответственность была застрахована в АО «С.» по договору ОСАГО.

28 мая 2025 года С.В.П. — владелец мотоцикла, подал в страховую компанию заявление о страховом возмещении, а 9 июня 2025 года – заявление о направлении мотоцикла на ремонт. После осмотра транспортного средства экспертная организация подготовила расчет: стоимость устранения повреждений без учета износа комплектующих изделий составила 368 541 руб. 96 коп., с учетом износа – 223 000 руб. В ремонте ему отказали, сославшись на отсутствие сервисов по ремонту мотоциклов, и 16 июня 2025 года перечислили страховую выплату, рассчитанную с учетом износа, – 223 000 руб.

Именно здесь возник спор. Натуральная форма возмещения предполагает ремонт новыми деталями, а страховщик рассчитал выплату так, как если бы часть деталей уже была изношена.

Первоначально сумма требования была иной. В иске стоимость устранения повреждений определялась не по Единой методике, а с учетом коммерческого предложения: работы по замене, оцененные актом осмотра в 3 690 руб., истец пересчитал по предложению ИП Ч. в 22 400 руб. и указал на арифметическую ошибку в подсчете итоговой суммы. После корректировки стоимость ремонта составила 393 641 руб. 96 коп., а невыплаченный остаток – 170 641 руб. 96 коп. Именно эта сумма и была заявлена к взысканию вместе со штрафом.

Досудебный этап и вынужденная пауза

Претензия о доплате осталась без удовлетворения, поэтому С.В.П. обратился к финансовому уполномоченному, но решением от 18 сентября 2025 года в удовлетворении требований было отказано.

Далее возникла сложность, никак не связанная с правом. С 25 сентября 2025 года по 2 марта 2026 года С.В.П. работал на судне за пределами России в должности квалифицированного матроса. Возможности своевременно ознакомиться с материалами и подготовить иск у него не было, а за время рейса истек срок обращения в суд. Именно это обстоятельство стало поводом для отдельного ходатайства в суде первой инстанции.

Как было выстроено дело

Первый иск, поданный 20 мая 2026 года, суд вернул из-за пропуска срока. 5 июня 2026 года иск подан повторно – вместе с ходатайством о восстановлении срока и документами, подтверждающими уважительность причин: записями в мореходной книжке и сведениями о периоде работы на судне. 

Иск был предъявлен по месту нахождения филиала страховой компании. Такое право потерпевшему дает подсудность по выбору истца: иск к организации, вытекающий из деятельности ее филиала, может быть предъявлен по адресу филиала, а по требованиям о защите прав потребителей – также по месту жительства или пребывания истца, причем выбор между несколькими судами принадлежит истцу (ст. 29 ГПК РФ).

Правовой каркас иска образовали две опоры: п. 56 постановления Пленума № 31, на котором строилось требование о возмещении убытков, и п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, которым обосновывался штраф. Обязанность возместить вред подкреплялась ссылками на ст. 935 и 1064 ГК РФ, а восстановление пропущенного срока – на ч.1 ст. 112 ГПК РФ.

В ходе разбирательства истец отказался от требований о взыскании 3 690 руб. и 22 400 руб. Определением от 8 июля 2026 года отказ принят, производство в этой части прекращено. Предметом спора осталась разница между стоимостью ремонта без учета износа по Единой методике и фактически выплаченной суммой.

За этим решением стоял практический расчет. Истец хотел получить деньги как можно быстрее и не был готов годами отстаивать каждую цифру: спорные эпизоды расчета снимались с обсуждения, а вместе с ними – и повод тянуть дело дальше.

Чем закончилось дело

Решением от 8 июля 2026 года (мотивированный текст изготовлен 21 июля 2026 года) срок обращения в суд восстановлен, а иск удовлетворен частично. С АО «С.» взыскано страховое возмещение в размере 145 541 руб. 96 коп. и штраф 60 000 руб.: суд определил его как 50 процентов от взысканной разницы, то есть 72 770 руб. 98 коп., а затем снизил по заявлению ответчика. Дополнительно со страховщика взыскана государственная пошлина 7 166 руб. в доход местного бюджета. Решение вступило в законную силу, присужденные суммы выплачены. 

Как получили деньги

После вступления решения в законную силу взыскатель получил исполнительный лист и предъявил его не судебным приставам, а напрямую в банк, обслуживающий счет должника. Деньги поступили на следующий день.

Порядок здесь простой, и закон его прямо допускает. Исполнительный лист выдается судом взыскателю после вступления судебного постановления в законную силу и по его ходатайству может быть направлен для исполнения непосредственно судом (ст. 428 ГПК РФ). Далее исполнительный документ о взыскании денежных средств может быть направлен в банк или иную кредитную организацию непосредственно взыскателем; одновременно представляется заявление с указанием реквизитов счета взыскателя и его данных (ст. 8 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»). Банк, обслуживающий счет должника, исполняет содержащиеся в исполнительном документе требования о взыскании денежных средств с учетом ограничений, установленных этим же Законом.

Выбор такого порядка исполнения сэкономил месяцы. При взыскании через службу судебных приставов поступление денег зависит от возбуждения исполнительного производства и от того, удастся ли обнаружить средства на счетах должника. Прямое предъявление листа в банк дает результат быстро, когда известно, где у должника открыт счет.

В данном случае я просто вбила в поисковике запрос о наличии счетов у страховой компании и интернет мне выдал три банка, в которых у компании открыты счета))) Доехали до ближайшего банка — им оказался «Газпромбанк» и сдали за 10 минут исполнительный лист.))) Через день — деньги на счету взыскателя)))

Именно это и подтвердило, что отказ от незначительных требований был не уступкой, а расчетом: решение вступило в силу без обжалования, а исполнение заняло один день.

Почему страховщик не вправе был заменить ремонт на выплату

По общему правилу возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, принадлежащему гражданину и зарегистрированному в России, производится в натуре: страховщик организует и оплачивает восстановительный ремонт. При таком ремонте нельзя использовать бывшие в употреблении или восстановленные детали, если по Единой методике требуется их замена. Иное допускается только по письменному соглашению страховщика и потерпевшего. Это правило закреплено в п. 15.1 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», далее – Закон об ОСАГО.

Заменить ремонт денежной выплатой страховщик вправе лишь в случаях, перечисленных в п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО. К ним относятся, в частности, полная гибель транспортного средства, смерть потерпевшего, а также ситуация, когда ни одна станция обслуживания, с которой у страховщика заключен договор, не отвечает установленным требованиям, а потерпевший не согласился ремонтироваться на такой станции (п. 15.2 ст. 12 Закона об ОСАГО).

В рассматриваемом деле суд установил, что договоров со станциями, отвечающими требованиям к восстановительному ремонту, у страховщика не имелось, однако потерпевший от ремонта не отказывался и согласия на денежную выплату не давал. Отсюда вывод: односторонняя замена натуральной формы возмещения на денежную неправомерна.

Именно так спор и возник. Заявление содержало просьбу о направлении на ремонт мотоцикла, а страховщик в ремонте отказал, объяснив отказ отсутствием сервисов по ремонту мотоциклов, и перечислил выплату с износом. Суд этот довод не принял: сведений и документов, подтверждающих невозможность проведения ремонта на станции, в дело не представлено, а наличие или отсутствие у страховщика договоров со станциями само по себе права на односторонний переход к денежной выплате не дает.

Логика нормы такова: выплата вместо ремонта допускается тогда, когда потерпевший не дал согласия на ремонт на станции, не отвечающей установленным требованиям к организации восстановительного ремонта (п. 15.2 ст. 12 Закона об ОСАГО). Если же потерпевший на ремонте настаивает, страховщик обязан его организовать, а не заменять обязательство денежной суммой, рассчитанной с износом.

Тот же подход проводится и в разъяснениях Пленума: в отсутствие оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта с применением новых заменяемых деталей и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на страховую выплату (п. 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. № 31).

Здесь необходимо важное уточнение, без которого статья была бы неточной. Правило о расчете без учета износа закон связывает именно с легковыми автомобилями граждан: для них стоимость восстановительного ремонта определяется без учета износа деталей. Для остальных транспортных средств действует другое правило – размер возмещения в форме организации ремонта определяется по Единой методике с учетом износа, который не может превышать 50 процентов стоимости деталей (п. 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. № 31). Объектом в этом деле был мотоцикл, поэтому результат достигнут не прямым применением «автомобильного» правила, а через возмещение убытков: страховщик принял заявление о ремонте, не организовал его и в одностороннем порядке заменил форму возмещения, а последствия такого нарушения определяются общими правилами об обязательствах.

Почему износ не стал законным вычетом

Правовая позиция, на которой строилось дело, изложена в п. 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. № 31. Если страховщик нарушил обязательство по организации и оплате восстановительного ремонта, потерпевший вправе требовать возмещения убытков в размере действительной стоимости этого ремонта. Смысл возмещения – поставить потерпевшего в то положение, в котором он оказался бы при надлежащем исполнении обязательства.

Тот же подход закреплен в п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 30 июня 2021 г.: при неправомерном отказе от организации и оплаты ремонта в натуре и одностороннем изменении условия обязательства на денежную выплату потерпевший вправе требовать полного возмещения убытков, то есть в размере стоимости такого ремонта без учета износа.

Поэтому выплата 223 000 руб., рассчитанная с износом, обязательство не закрывала. Для натуральной формы возмещения износ законом исключен, а неправомерная замена формы не превращает износ в законный вычет.

Что стало со штрафом

Один из наиболее спорных вопросов практики состоит в том, сохраняется ли штраф за неисполнение требований потребителя в добровольном порядке, если суд взыскивает не страховую выплату, а убытки. Позиция Верховного Суда РФ такова: взыскание убытков в размере действительной стоимости неосуществленного ремонта не освобождает страховщика от штрафа, однако сам штраф исчисляется не из суммы убытков, а из размера неосуществленного страхового возмещения.

Суд первой инстанции применил эту логику: определил штраф как 50 процентов от 145 541 руб. 96 коп., то есть 72 770 руб. 98 коп., после чего снизил его до 60 000 руб. по ст. 333 ГК РФ по ходатайству ответчика.

Отдельно стоит отметить, как штраф обосновывался на этапе иска. Он заявлялся по п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей – как пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Суд применил специальную норму: при удовлетворении требований потерпевшего-гражданина об осуществлении страховой выплаты взыскивается штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером выплаты, произведенной страховщиком в добровольном порядке (п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО). Формулировки различаются, результат один: взысканная сумма и есть неосуществленное страховое возмещение.

Как восстановили пропущенный срок

Решение финансового уполномоченного обязательно для страховой организации, тогда как для потребителя обращение к уполномоченному – процедура досудебного урегулирования. Как по мне — бесполезная прослойка между потребителем и судом. Это не отменяет процессуальных сроков на обращение в суд и правил их восстановления.

Институт восстановления процессуального срока закреплен в ст. 112 ГПК РФ: срок, пропущенный по причинам, признанным судом уважительными, может быть восстановлен, а заявление подается в суд, в котором надлежало совершить процессуальное действие, одновременно с самой жалобой.

В этом деле суд проверил, насколько своевременно потерпевший обратился после того, как препятствия отпали, и учел незначительность пропуска и объективную невозможность подготовить иск в период рейса. Подтверждением послужили записи в мореходной книжке и обстоятельства возвращения на берег. Тот же подход сформулирован в п. 16 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2019): уважительными признаются не только обстоятельства, относящиеся к личности заявителя, но и обстоятельства, объективно препятствовавшие добросовестному лицу реализовать право на обжалование, включая разумный срок на ознакомление с судебным актом.

Зачем отказались от части требований

Определением от 8 июля 2026 года производство по делу в части взыскания 3 690 руб. и 22 400 руб. прекращено: истец от этих требований отказался, а суд признал, что отказ не противоречит закону и не нарушает права других лиц (ст. 39, 173 ГПК РФ). Последствие прямо предусмотрено законом: повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается (ст. 220, 221 ГПК РФ).

С практической точки зрения это рационально. Слабо подтвержденные эпизоды расчета исключены из предмета доказывания, а основной расчет построен на данных экспертного исследования и Единой методики. Заявлять все суммы одновременно – путь к частичному отказу и пропорциональному распределению судебных расходов.

Точнее эпизоды выглядели так. Отказ затронул стоимость работ по замене, определенную актом осмотра в 3 690 руб., и ее оценку по коммерческому предложению в 22 400 руб. После отказа исковая сумма уменьшилась с 170 641 руб. 96 коп. до 145 541 руб. 96 коп., то есть до разницы между стоимостью ремонта без учета износа и выплаченными 223 000 руб. Спор о размере расчета исчез, остался спор о праве.

Но главным мотивом было время. Истец хотел получить деньги как можно быстрее и не был готов ждать окончательного разрешения спора: спорные суммы были несопоставимы с той, которую предстояло взыскать. Отказ от них сократил предмет доказывания и убрал у страховщика поводы для возражений – оспаривать расчет и итог разбирательства стало почти нечем.

Формального права на апелляционную жалобу ответчика такой отказ не лишает: процессуального запрета на обжалование он не создает. Однако повода для жалобы не осталось, и решение вступило в законную силу без обжалования. Именно это и дало нужный результат: исполнительный лист взыскатель получил сразу после вступления решения в силу, предъявил его напрямую в банк должника – и деньги пришли на следующий день.

Незначительные суммы оказались обменены на скорость исполнения.

Как суд оценил экспертизу

Большая часть спора касалась расчетов. Здесь действует общее правило: заключение эксперта для суда необязательно и оценивается по правилам ст. 67 ГПК РФ, однако несогласие суда с ним должно быть мотивировано в решении или определении. Заключение оглашается и исследуется в судебном заседании и заранее установленной силы не имеет.

В этом деле суд подробно объяснил, почему принимает расчет экспертной организации: полнота ответов, примененные корректировки, соответствие требованиям к судебно-экспертной деятельности. Именно такая мотивировка делает решение устойчивым и закрывает страховщику путь к пересмотру по формальным основаниям.

Одно расхождение в цифрах заметно при чтении материалов. В иске стоимость ремонта без учета износа, приведенная по акту осмотра, указана как 368 451 руб. 96 коп., тогда как в заключении эксперта и в решении суда фигурирует 368 541 руб. 96 коп. Разница в 90 руб. объясняется тем, что суд исходил из заключения, а не из первоначального акта, и на существо спора она не влияет: расчет строился именно на заключении.

Позиция Конституционного Суда и границы возмещения

В решении упомянуто Постановление Конституционного Суда РФ от 26 мая 2026 г. № 34-П. Им п. 15.1, 15.2 и 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО и подп. «б» ст. 7 того же Закона во взаимосвязи со ст. 15 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции в той мере, в какой они служат основанием для взыскания со страховщика убытков, превышающих страховую сумму, если страховщик не смог организовать ремонт в ее пределах.

Одновременно Суд сформулировал гарантию для потерпевшего: если рыночная стоимость ремонта превышает страховую сумму, а стоимость по методике Банка России в нее укладывается, потерпевший при несогласии на доплату вправе требовать денежное возмещение в размере страховой суммы. Убытки со страховщика могут быть взысканы в полном объеме, но без суммы, которую надлежало доплатить самому потерпевшему.

Результат по этому делу новым подходом не поколеблен: взысканные суммы укладываются в пределы страховой суммы по вреду имуществу, а спор шел не о превышении лимита, а о допустимости односторонней замены ремонта на выплату по износу.

Что осталось за рамками дела

После вступления решения в законную силу часть возможностей закрыта, однако несколько требований заявлено не было, и каждое из них имеет собственный срок.

Первое – судебные расходы. Заявление о расходах, не разрешенных при рассмотрении дела, подается в суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня вступления в законную силу последнего судебного акта. 

Второе – неустойка. За несоблюдение срока страховой выплаты или выдачи направления на ремонт предусмотрена неустойка 1 процент за каждый день просрочки, за нарушение срока ремонта – 0,5 процента. 

Третье – компенсация морального вреда как потребителю.

Почему результат оказался устойчивым

Разбирая дело после его завершения, нетрудно заметить, что страховщик нарушил закон. Существеннее другое: исход определился на этапе подготовки, когда вместо перечисления всех возможных нарушений была выбрана одна правовая линия – неправомерная замена натуральной формы возмещения денежной выплатой, рассчитанной с износом.

Такая линия требовала нескольких точных решений. Прежде всего, опоры на п. 56 постановления Пленума № 31 и п. 8 Обзора № 2 (2021), а не на общие рассуждения о недобросовестности страховщика. Далее – согласия с расчетом по Единой методике без учета износа и отказа от попытки доказывать рыночную стоимость по коммерческому предложению: это исключило спор о размере и оставило спор о праве. Кроме того, штраф был заранее определен именно от размера неосуществленного страхового возмещения – так, как его впоследствии исчислил суд.

Последовательным было и ходатайство о восстановлении срока: к нему приложили документальное подтверждение – записи в мореходной книжке и сведения о периоде отсутствия в стране. Отказ от части требований освободил дело от слабых по доказыванию эпизодов, лишил ответчика возможности оспаривать расчет в целом и снял повод для апелляции: истцу важнее было получить деньги быстро, а не спорить о каждой цифре.

Именно поэтому решение оказалось сдержанным по мотивировке и устойчивым по существу: суду оставалось применить нормы, на которых спор был построен изначально, а у страховщика не нашлось формальных оснований для пересмотра.

Что из этого следует для практики

Замена восстановительного ремонта на выплату с износом при отсутствии оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, недопустима, а последствие такой замены – возмещение убытков, а не уточнение ранее произведенной выплаты. Штраф и неустойка исчисляются от размера неосуществленного страхового возмещения, а не от суммы убытков, что важно учитывать при расчете требований.

Отказ финансового уполномоченного не лишает потерпевшего права на суд, однако процессуальные сроки необходимо соблюдать и уметь обосновывать их пропуск. Заявлять сразу весь набор требований невыгодно: точный выбор правового основания и отказ от слабых эпизодов дают больше, чем иск, перегруженный по составу требований. И наконец, после вступления решения в законную силу работа не заканчивается: судебные расходы, неустойка, компенсация морального вреда и индексация – самостоятельные требования со своими сроками.

У этого дела мог быть иной финал. Срок обращения в суд был пропущен, финансовый уполномоченный в требованиях отказал, а расчет страховщика внешне выглядел безупречно: сумма выплаты совпадала с экспертизой, проведенной по его же заказу. При самостоятельной попытке защитить свое право такие споры чаще всего заканчиваются возвратом иска или отказом в требованиях – и не потому, что права нет, а потому, что дело проигрывается на процедуре: не восстановлен срок, не выбран способ защиты, не подготовлен расчет штрафа и неустойки, не собраны доказательства уважительности причин.

Между проигранным и выигранным делом здесь стояло несколько решений, каждое из которых требует профессионального взгляда: какую форму возмещения признать нарушенной, на какую норму опереться, что заявлять, а от чего отказаться, чем подтвердить уважительность пропуска срока и в каком порядке получить исполнение. Работа представителя в этом деле измеряется не количеством заявленных требований, а тем, что спор дошел до судебного решения, решение устояло без пересмотра, а присужденные суммы поступили взыскателю в короткий срок.

Тем, кто оказался в похожей ситуации, стоит помнить: страховые компании ведут такие споры постоянно и располагают собственным штатом юристов, тогда как попытка разобраться в одиночку нередко оборачивается утратой права на возмещение – из-за пропущенного срока, неверно выбранного требования или неверно определенного размера. Своевременное обращение к специалисту стоит несопоставимо меньше, чем потерянная выплата, а «самодеятельность» в споре с профессиональным участником рынка почти всегда обходится дороже юридической помощи.

Адвокат Краснова Светлана 

запись на консультацию по телефону 8(903) 348 26 89