Отказ во включении требований в реестр требований кредиторов на 1 200 000 000 рублей

Ох, давно я не публиковалась на своем любимом портале! Всегда кажется, что  не такое значительное дело было, что бы «хвастаться» им или что любой бы нормальный юрист увидел, донес, отбил....

Но, этой практикой прям очень хочется поделится!

Одна достаточно крупная организация была признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее была  введена процедура банкротства — наблюдение.

После введения наблюдения, начали включатся кредиторы и я, как представитель одного из кредиторов внимательно наблюдала за этим!

Сижу я значит, спокойно наблюдаю и вижу, что включается компания на 1,2 миллиарда, изучила документы и увидела очень странную картину, начала копать глубже и обнаружила  аффилированность и одну из форм финансирования во время финансового кризиса, а это значит, что в реестре этим ребятам не место)

и вот почему:

30.11.2019 года был заключен договор уступки права требования, в соответствии с которым «недокредитор» уступает, а должник принимает права (требования) к должнику- Обществу с ограниченной ответственностью «ХХХ» по агентскому договору, объем уступаемых прав требования составил 1 159 323 000,00 (один миллиард сто пятьдесят девять миллионов триста двадцать три тысячи) рублей.

В соответствии с п. 2.3 вышеуказанного договора уступка права требования являлась возмездной, срок оплаты по договору не позднее 31.12.2020 г.

Очень интересные условия, согласитесь… Фактически перекладывание денег из одного кармана в другой.

Все это мне кажется очень странным и я начинаю «Капать» и нахожу, что «Недокредитор» и его бывший генеральный директор  являются поручителями должника перед ПАО Сбербанк по договорам об открытии возобновляемой кредитной линии, и перед Банком ВТБ (ПАО) по кредитным соглашениям от 22.11.2017 и 31.05.2018, заключенным между Банком ВТБ (ПАО) (займодавец) и Должником (основной заемщик).

Сам по себе факт выдачи поручительства в обычной деловой практике, как правило, обусловлен фактом наличия внутригрупповых отношений между основным заемщиком и поручителем.

Таким образом, ООО «Недокредитор» аффилирован с ООО «Должником».

Банком ВТБ (ПАО) в материалы другого банкротного дела дела  представлены кредитные договоры, из условий которых также прослеживается подконтрольность Должника  руководящим лицам «недокредитора»

  Кроме того, наличие аффилированности между должником и ООО включающегося в реестр установлена в рамках дела и другого дела о банкротстве.

Так, определением Арбитражного суда Новосибирской области  и постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда  установлено, что ООО «Углетранс» обязался предоставлять Сбербанку консолидированную отчетность за 9 месяцев 2019 года по компаниям группе компаний, тем самым подтвердив факт о вхождении указанных лиц в одну группу.

Так, по моему мнению, договор уступки права требования № 59 от 30.11.2019, заключенный между должником и ООО  являлся финансированием, поскольку Должник в ситуации имущественного кризиса заключил с аффилированным по отношению к нему обществом  договор  уступки права требования, фактически получив  в пользование 1 159 323 000,00 (один миллиард сто пятьдесят девять миллионов триста двадцать три тысячи) рублей, без фактического возмездного встречного исполнения.

Всего Должник за весь период погасил 21 475 000 (двадцать один миллион четыреста семьдесят пять тысяч) рублей, что составляет менее 2% от общей задолженности.

В то же время, за период с 30.11.2019 года по 01.04.2021 года по агентскому договору  Должником было получено 655 275 352,58 руб. ( шестьсот пятьдесят пять миллионов двести семьдесят пять тысяч триста пятьдесят два руб. 58 коп.), что подтверждается реестром дебиторов Должника предоставленным им в материалы дела.

Таким образом, конечные бенефециары, контролирующие как должника, так и «недокредитора»  имели возможность определять действия каждой из сторон договора.

НеДоКредитор в силу аффилированности не мог не знать о том, что должник находится в ситуации имущественного кризиса, т.е. существует реальная угроза неполучения встречного денежного исполнения по договору уступки права требования.

 В такой ситуации вполне ожидаемым поведением любого не связанного с должником разумного участника гражданского оборота явился бы отказ от заключения договора с отсрочкой платежа.

Сущностью конструкции коммерческой организации, предполагающей имущественную обособленность названного субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), извлечение им прибыли в качестве основной цели деятельности (п. 1 ст. 50 ГК РФ).

Однако ООО договор заключило и фактически его исполнило, передав Право требования задолженности, без фактического возмездного встречного исполнения, что по своей правовой природе схоже с договором процентного займа.

Наиболее вероятной причиной подобных действий недокредитора является использование лицами контролирующими обе стороны сделки, преимуществ своего положения для выведения одной стороны – должника – из состояния имущественного кризиса.

Для достижения данной цели Контролирующие должника лица фактически перераспределили активы подконтрольных обществ, предоставив должнику 1 159 323 000,00 (один миллиард сто пятьдесят девять миллионов триста двадцать три тысячи) в ситуации имущественного кризиса последнего.

Честно говоря, при подготовке к делу, была проведена колоссальная работа, но результат порадовал!

Многие мои доводы легли в основу определения об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов

Дело № А45-1962/2021