Практика по избранию меры пресечения в виде заключения под стражу давно приобрела достаточно тревожный характер. Особенно по многоэпизодным экономическим делам, где тяжесть обвинения и количество фигурантов зачастую начинают восприниматься как самостоятельное доказательство необходимости помещения человека в следственный изолятор.
При этом сама логика закона остается неизменной: даже если речь идет об особо тяжком преступлении, следствие обязано доказать не только формальное наличие уголовного дела, но и реальную причастность лица к преступлению, а также наличие конкретных рисков, предусмотренных ст. 97 УПК РФ.
В рассматриваемом случае стороне защиты удалось добиться достаточно редкого результата: суд апелляционной инстанции отменил постановление о заочном заключении под стражу обвиняемого, находящегося в межгосударственном и федеральном розыске, и полностью отказал следствию в удовлетворении ходатайства.
Фабула дела
Уголовное дело было возбуждено по ч. «а, б» ч.6 ст. 171.1 УК РФ.
По версии следствия, группа лиц незаконно приобрела, хранила и перевозила в целях сбыта демаркированную алкогольную продукцию на общую сумму свыше 126 млн. рублей.
Правоохранительными органами была установлена промышленная база, на территории которой, по мнению следствия, осуществлялось производство алкогольной продукции. После этого началась стандартная для подобных дел процедура установления круга лиц, которые могли иметь хоть какое-либо отношение к указанному объекту.
В числе подозреваемых, а затем и заочно обвиняемым оказался мой доверитель.
Основанием для возникновения подозрений в отношении него, по сути, являлось лишь то обстоятельство, что он присутствовал при покупке указанной базы.
На момент возбуждения уголовного дела местонахождение доверителя установлено не было. В дальнейшем он был объявлен в федеральный и межгосударственный розыск.
После установления иных фигурантов следствие обратилось в суд с ходатайством об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу всем участникам дела, в том числе — моему доверителю.
Позиция следствия
В ходе судебного заседания следователь приводил целый набор доводов, традиционно используемых при избрании наиболее строгой меры пресечения.
Так, в обоснование причастности доверителя к преступлению следствие ссылалось на показания продавца промышленной базы, который опознал доверителя по фотографии и сообщил, что тот участвовал в приобретении объекта недвижимости.
Кроме того, суду были представлены сведения о частых перемещениях доверителя по территории страны, что, по мнению следствия, свидетельствовало о намети скрываться от правоохранительных органов.
Дополнительно указывалось, что сам характер инкриминируемого преступления, якобы, подтверждает риск продолжения преступлений деятельности.
Отдельный акцент был сделан и на том, что противопоказаний для содержания с следственном изоляторе у доверителя не имеется.
Иными словами, суду предлагалось сделать вывод о необходимости помещения человека в СИЗО на основании:
- тяжести обвинения
- нахождения в розыске
- перемещений по территории страны
- показаний лица, продавшего объект недвижимости.
Почему сторона защиты была не согласна с позицией следствия
С самого начала позиция стороны защиты строилась на достаточно очевидном тезисе: покупка или участие в приобретении объекта недвижимости сами по себе не свидетельствуют о совершении преступления.
Фактически следствие пыталось подменить необходимый стандарт доказывая предположениями.
Даже если допустить, что доверитель действительно присутствовал при приобретении промышленной базы, это никоим образом не подтверждает:
- осведомленность о незаконной деятельности
- участие в производстве алкогольной продукции
- наличие умысла
- участие в организованной деятельности.
Более того, доводы следствия о намерении скрываться также носили откровенно предположительный характер.
Стороной защиты прямо ставился вопрос:
А имеются ли вообще доказательства того, что доверителю было известно о возбуждении уголовного дела?
Сам по себе факт отсутствия человека по месту жительства автоматически не означает, что он скрывается от следствия.
Равно как и перемещения по территории страны не являются противоправными действиями.
Дополнительно обращалось внимание суда и на то обстоятельство, что:
- доверитель ранее не судим
- сведений о попытках давления на свидетелей не имеется
- доказательств намерения воспрепятствовать расследованию не представлено
- доказательств причастности носят крайне поверхностный характер.
Тем не менее суд первой инстанции занял вполне ожидаемую позицию.
Решение суда первой инстанции
Несмотря на доводы защиты, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости избрания меры пресечения в виде заключения под стражу.
При этом ключевыми аргументами фактически стали:
- тяжесть предъявленного обвинения
- нахождения доверителя в розыске
- предположение о возможности скрыться либо продолжить преступную деятельность.
Постановлением суда доверителю была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца с момента фактического задержания.
Апелляционная жалоба
В апелляционной жалобе было подробно указано, что суд первой инстанции допустил существенные нарушения уголовно-процессуального закона.
Сторона защиты обращала внимание апелляционной инстанции на следующие обстоятельства:
- тяжесть обвинения не может выступать самостоятельным основанием для заключения под стражу
- выводы о причастности доверителя к преступлению не подтверждены достаточными доказательствами
- показания продавца промышленной базы не содержат сведений о совершении доверителем каких-либо противоправных действий
- перемещения по территории страны не свидетельствуют о намерении скрываться
- суд не дал надлежащее оценки вопросу о том, известно ли вообще доверителю о возбуждении уголовного дела
- выводы суда первой инстанции носят предположительный и шаблонный характер.
Отдельный акцент был сделан на том, что фактически суд ограничился формальным воспроизведением доводов следствия, не дав самостоятельной оценки представленным материалам.
Позиция апелляционного суда
Суд апелляционной инстанции согласился с доводами стороны защиты.
Апелляция указала, что суд первой инстанции допустил существенные нарушения уголовно-процессуального закона, а выводы о необходимости избрания меры пресечения были сделаны без надлежащей оценки представленных материалов.
Особое значение имел вывод суда о том, что представленные следствием доказательства не подтверждают в достаточной степени обоснованность причастности доверителя к инкриминируемому преступлению.
Фактически апелляционная инстанция прямо указала на формальный характер оценки доказательств судом первой инстанции.
В результате постановление о заключении под стражу было отменено.
При этом принципиально важно отметить следующее: апелляционный суд не стал избирать иную меру пресечения.
Суд не заменил содержание под стражей не запрет определенных действий, домашний арест или подписку о невыезде.
Апелляционная инстанция именно отказала следствию в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения.
И это при том, что местонахождение доверителя на момент рассмотрения жалобы по-прежнему установлено не было, а сам он продолжал находиться в федеральном и межгосударственном розыске.
Выводы для практики
Данный случай еще раз подтверждает крайне важную вещь: сам по себе федеральный или межгосударственный розыск не создает для следствия «автоматического права» на заключение человека под стражу.
Даже в подобных ситуация следствие обязано доказать:
- обоснованность подозрения
- наличие конкретных рисков, предусмотренных ст. 97 УПК РФ
- невозможность применения иной меры пресечения.
Не менее важно и другое.
По делам экономической направленности суда нередко начинают воспринимать тяжесть обвинения как достаточное основание для помещения человека в СИЗО. Однако подобный подход противоречит как положениям уголовно-процессуального закона, так и самой сути судебного контроля.
Кроме того, практика показывает, что апелляционное обжалование меры пресечения далеко не всегда является формальной процедурой.
При грамотной подготовке жалобы и детальной работе с материалами возможно добиться не только смягчения меры пресечения, но и полной отмены постановления суда с отказом следствию в удовлетворении ходатайства.
Рейтинг публикации:
«
Уважаемый Владислав Павлович, передача вопросов избрания меры пресечения в виде содержания под стражей из прокурорской в судейскую епархию произошла у меня на глазах, и я могу с сожалением констатировать, что лучше от этого точно не стало, т.к. если раньше прокуроры хоть как-то вникали в суть дела и обоснованность избрания столь строгой меры пресечения, то судьи фактически занялись «проштамповыванием» следовательских хотелок.
Вам очень повезло с апелляцией — случай действительно редкий, так что поздравляю с достигнутым результатом!
Уважаемый Иван Николаевич, прокуроры-то сегодняшние тоже совсем уже не те;)